Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

— То есть, меня послали? — хмыкнув, спросила у Шана.

— Хеес доложит амиру о вас, — улыбнулся Шан.

И едва он это произнёс, двери снова открылись и этот самый Хеес произнёс весьма недовольным тоном:

— Райни Алесандра, амир согласен принять вас, но не в своих покоях. Он назначил вам встречу в главном саду у фонтана через пятнадцать минут.

И двери тут же были закрыты. Слуга видимо опасался, что я не послушаюсь и попытаюсь вломиться?

Снова хмыкнула и сказала Шану:

— Что ж, мой юный проводник, веди меня в сад с фонтаном.

— Вы не обижайтесь, райни. Просто это неприлично, чтобы женщина сама ходила в мужскую половину дворца и искала встречи с мужчиной. Тем более, вы райни. Обычно посылается слуга и заранее договаривается о встрече в публичном месте.

— Чтобы видели, что нет поползновений на женщину амина? — хохотнула я.

— Именно так, — серьёзно сказал наг. — Но видимо вы имеете больше привилегий, чем обычно дозволено райни амина.

— Ты даже не представляешь, насколько, — произнесла чуть грустно.

К фонтану мы вышли быстро, и я отпустила Шана, поблагодарив его за услугу проводника, на что наг сильно удивился и сказал:

— Я слуга. Исполнение приказов — моя обязанность.

— Благодарность, Шан — это не только вежливость, но и чувство радости. Я рада, что ты помог мне и за это благодарю тебя.

Наг не нашёлся с ответом. Удивлённый, он поклонился мне и уполз по своим делам.

Глава 15

— Александра-

Военачальник — высокий, сильный, даже мощный и смуглый наг, одетый в чёрные брюки и длинную чёрную рубашку со стоячим воротником.

Его сверкающие глаза и напряжённая, воинственная поза — широко расставленные ноги и сложенные на груди руки — выдавали недовольство.

Надо же, за такое короткое время я успела вызвать нервный тик и глухое раздражение у высокостоящих нагов. Прямо горжусь собой.

— Райни, — почтительно произнёс Масуд, хотя в голосе прозвучала настороженность. — Вы хотели меня видеть.

Вроде тон вежливый, но я прямо так и слышу: «Какого чёрта тебе от меня надо?»

— Да, я хотела с вами поговорить, как с непосредственным начальством всех воинов прекрасного клана Рави, — пропела я соловьём и не забыла про чарующую улыбку во все тридцать два зуба.

Мужчина нахмурился. Моя улыбка не вызвала в нём радостного отклика, лишь напрягла. Очевидно, чувствует, что я сейчас подкину ему самого настоящего пушного белого зверька.

— Райни Александра, у меня много дел, будьте добры, перейдите сразу к сути, — произнёс он спокойным и вежливым до зубного скрежета тоном.

Хотя я видела по беснующемуся взгляду, что наг от всего сердца ничего не хочет знать от меня, а хочет послать сразу к амину.

Но не-е-ет, голубчик, я настырная, въедливая как та противная смола летних почек, и не отстану пока не выпью всю кровь.

Пожала плечами. Тоже ненавижу реверансы.

— Хорошо, — кивнула я и тут же прекратила светить улыбкой и изображать придурковатое счастье. — Я хочу пройти отбор в клан воинов Рави. Что для этого требуется?

И только наг открыл рот, уверена, чтобы мне сказать «нет» или отослать к амину, я опередила его и выдала со знанием дела:

— Параграф сто сорок семь, пункт семнадцать закона о статусе воинов клана Рави гласит, цитата: «Вступить в клан воинов Рави может любой совершеннолетний наг или человек, прошедший должные испытания на пригодность к военной службе».

Умолкла и когда наг снова открыл рот, чтобы мне что-то сказать, а скорее опять отказать и адресовать по известному маршруту к амину, я снова вставила своё слово:

— Как видите, в вашем же законе ни слова не сказано, что воином может быть только мужчина. Также обращаю ваше внимание, что никакие звания тоже не указаны. То есть, по сути, воином может стать хоть кто — женщина, мужчина, наг или человек, высокого происхождения или из самых низов.

Замолчала и улыбнулась военачальнику. И моя улыбка была не победной, а доброй и открытой.

Масуд буравил меня тяжёлым взглядом, а потом сказал:

— Райни, зачем вам это нужно? Вы — женщина. В вас природой заложены другие задачи. Оставьте военное дело тем, кто в нём действительно разбирается. Если это всё, что вы хотели обсудить, то я откланиваюсь. Мой ответ вам — нет. Я не приму вас. И к испытаниям не допускаю.

Моя улыбка угасла. Сощурила глаза, скопировала позу нага — скрещенные на груди руки, широко расставленные ноги и сказала:

— Но на рассветные игры готовы были дать добро. Что изменилось сейчас?

— Рассветные игры — это игры, где сложно дойди до победы, где много крови и жестокости. Но на играх никогда не бывает жертв, райни. А в военном деле никто в игры не играет. Тем более, в нынешней ситуации.

Он смерил меня оценивающим взглядом и добавил:

— Я убедился, что вы сильная и смелая женщина, достойная уважения, но война — это дело для мужчин. А теперь…

Он поклонился.

— Мне нужно идти, — произнёс он и развернулся, сделал шаг.

— Стойте! — рявкнула сердито.

Военачальник остановился. Тяжело вздохнул, кажется, даже простонал сквозь стиснутые зубы, медленно обернулся, и гневно сверкнув глазами, процедил:

— Что ещё, райни Александра?

— Будьте так добры, проводите меня к амину, — произнесла я с акульей улыбкой.

Чувствую, наг скоро сильно пожалеет, что именно я спасла его дочь.

* * *

— Александра, — обречённо вздохнул Сандар, глядя на меня тяжёлым взглядом, в котором на миг мне показалось, будто он пожалел, что я не сдохла от укуса Эши.

Перевёл недовольный взгляд на своего военачальника.

— Ну? — нахмурил амин брови.

— Ваша райни желает вступить в ряды рекрутов, — без сожалений и с каким-то злорадством в голосе произнёс Масуд.

Сандар сначала буравил меня своим зелёным светящимся взглядом, а потом, неожиданно для меня и даже для военачальника, засмеялся.

Честно, от этого жуткого смеха в одно мгновение слезла бы шкура с динозавра.

— Я достаточно повидал на своём веку, — отсмеявшись, произнёс вождь. — Но подобную настойчивость вижу впервые. После нашего с тобой разговора, я был уверен, что ты услышала меня! Александра, тебе не хочется жить? Откуда в тебе это суицидальное желание?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что это сразу суицидальное? — удивилась я. — Моё желание охарактеризовано тем, что я из другого мира, где женщина — свободна в своём выборе в любой сфере жизни. А в вашем мире главенствует во всём мужчина. Женщина у вас как само собой разумеющееся приложение, которое вы, несомненно, холите и лелеете, — тут я скривилась,