"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Калинин

Я окинул взглядом поле битвы и понял, что Вайнор исчез. Рядом лежало несколько погибших воинов из нашего отряда, их тела дымились от магического огня.

— Вайнор! — закричал я что было сил, но мой голос утонул в шуме битвы.

Небо снова озарили ослепительные вспышки, и на сей раз я успел нырнуть за обломки разрушенного здания. Магия продолжала безумствовать в воздухе, словно живая, разя всех без разбора. По звукам выстрелов я понял, что мы по-прежнему пытались достать эволисков, но с таким количеством стрельцов, да ещё и в узких улицах сделать это было тяжело.

Холодная волна страха прокатилась по спине. Я не мог оставить Вайнора одного.

«Соберись и найди его», — мелькнула в голове единственная мысль.

Когда магический шторм стих, я выскочил на улицу и подхватил с земли чей-то обронённый меч. Рядом надрывно стонал раненый — совсем молодой боец с оторванной по локоть рукой. Я опустился рядом и, коснувшись его, направил целительную силу в рану. Мышцы и кости начали срастаться, плоть затягивалась на глазах. Боец потрясённо моргнул, и я резко поднял его на ноги:

— Бери оружие и в бой!

— Д-да, господин!

Вместе мы влились в ближайший отряд уцелевших вотрийцев. Вокруг замаячили ряды оикхелдской пехоты — целый лес копий и мечей, жаждущих нашей крови. Я ринулся в бой, позволяя силе Нэйтаара течь сквозь меня. Мышцы налились неукротимой мощью, движения стали стремительными и точными. Мой клинок рассекал кожаные доспехи словно бумагу. Оикхелдцы падали один за другим, и их место занимали всё новые и новые воины.

— Вайнор! — закричал я. — Вайнор!

Внутри нарастала паника. Где искать? Как найти? Куда бежать в этом хитросплетении улиц?

И вдруг — озарение. Я же знал способ. Если стать частью потока, частью реки… Но получится ли? Прямо посреди битвы?

«Хватит думать, — одёрнул я сам себя. — Сейчас или никогда».

Продолжая сражаться, я попытался отсечь лишние мысли. Посреди кровавого хаоса я искал внутреннюю тишину, безмолвную точку опоры. Вместо того, чтобы черпать силу Нэйтаара, я пытался погрузиться в него, стать неотъемлемой частью.

Постепенно окружающие звуки начали меркнуть, уступая место спокойной сосредоточенности. Я чувствовал, как поток обволакивает меня. Люди, здания, поле боя — всё обратилось в туманные тени на краю восприятия. С каждым ударом сердца я всё глубже проникал в поток. Границы между мной и энергией таяли, размывались.

И вдруг словно невидимый рубильник щёлкнул в моём сознании, открывая шлюзы чего-то невообразимого. Реальность вокруг взорвалась новыми красками и ощущениями. Это случилось так резко, что у меня перехватило дыхание. Так легко?

Я был не просто телом с мечом, а живой частицей могущественного Нэйтаара, его пульсом. Нелепость происходящего захлестнула меня: моё физическое тело продолжало яростно сражаться, рубя врагов, а сознание парило где-то в невесомости, купаясь в океане первозданной энергии.

Хотелось кричать от восторга, но мысль о Вайноре быстро отрезвила меня. В памяти всплыло нужное воспоминание Сар’кханис. Одним усилием воли я обострил обоняние до невероятных пределов. Меня захлестнула волна запахов: кровь, пот, горящее дерево, дым, порох, раскалённый металл. И в этом бурлящем котле ароматов я безошибочно различил запах Вайнора, хотя прежде никогда не замечал его.

Я развернулся вправо и, перепрыгнув через своих солдат, врезался в строй оикхелдцев. Мой клинок превратился в серебристую молнию, разящую без промаха. Враги падали, не успевая даже вскрикнуть. Я мчался по лабиринту улиц, следуя за неуловимым шлейфом. Поворот, ещё поворот — и вот знакомый отряд, отчаянно отбивающийся от наседающих врагов. В центре схватки сражался Вайнор.

«Живой», — выдохнул я.

Издав громогласный боевой клич, я привлёк к себе внимание и ворвался в самую гущу битвы.

— Эйдан! — заметил он меня.

Мы сомкнули ряды. К нам присоединились уцелевшие островитяне и подоспевшие на помощь вотрийские пехотинцы. Охрана Вайнора, воодушевлённая нашим появлением, ринулась в бой с удвоенной яростью.

— Тесни их!

— Бей гадов!

Я уклонился от удара копья, перехватил древко и, выдернув его из рук врага, тут же пронзил им другого. Удар локтем отбросил следующего, и хруст сломанной шеи потонул в грохоте битвы. Всё слилось в безумную круговерть боя.

Внезапно небо озарилось зловещим светом — это была очередная магическая атака.

— В укрытие! — выкрикнул я, заметив массивную дверь ближайшего здания.

Мы бросились внутрь, едва успев избежать объятия огненного шара. Бойцы из личной охраны Вайнора стремглав выстроились вокруг нас, подняв щиты над головами на случай обрушения крыши.

— Вайнор, как ты? — громко спросил я.

— Не слышу тебя! — прокричал он и показал на уши.

Лишь сейчас я заметил струйки крови, стекающие из его ушей. Должно быть, взрывная волна повредила барабанные перепонки. Я коснулся его висков, направляя целительную энергию. Он вздрогнул, услышав очередной взрыв магического снаряда, а затем облегчённо выдохнул:

— Спасибо.

— Есть ещё раны?

— Я цел, — ответил он и глянул в открытые ставни: — Они стянули сюда очень много магов… Их предупредил кто-то из круга Лампара?

— Не знаю, — сказал я и добавил: — Если не разберёмся с ними, не выберемся.

— Есть идеи? — спросил Вайнор, рефлекторно пригнувшись, когда за окном ударила молния. — Может, попробовать собрать всех стрельцов на какой-нибудь возвышенности?

Я приблизился к окну и взглянул наверх. Всё, что сейчас требовалось — это оказаться на небе. Левитация не была мне доступна, однако…

«Когда сольёшься с энергией, поймёшь, насколько податливым может быть тело», — вспомнились слова Сар’кханис.

Сейчас, пребывая в единении с Нэйтааром, я в полной мере постиг глубину этих слов. Метаморфоза больше не казалась чем-то недостижимым. Я знал наверняка: подобно скульптору, творящему шедевр из мягкой глины, я мог изменять свою плоть, используя лишь силу намерения.

— Эйдан?

— Ждите здесь, — коротко бросил я.

— Что? — опешил Вайнор. — Что ты собрался делать?

Я закрыл глаза, воскрешая в памяти образы Сар’кханис. Я вспомнил то ощущение, когда энергия струится по венам, делая плоть податливой, как воск. Сосредоточившись, я представил маленького, юркого стрижа. Представил его обтекаемое тело, идеально приспособленное для стремительного полёта, острые крылья и раздвоенный хвост. Я позволил этому образу заполнить всё моё существо.

Мгновение спустя реальность поплыла перед глазами. Моя плоть начала трансформироваться: кости истончались и видоизменялись, мышцы и сухожилия переплетались в новом порядке.

Мир вокруг преобразился. Зрение обрело небывалую остроту; слух настолько обострился, что я