"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

Действительно, разве в источнике ума дело? Намного важнее как мы этот ум применяем, на что его расходуем, а в этом вопросе я с Пименом был совершенно согласен, пускай даже и в такой терминологии как «стяжать добро и человеколюбие». В конце концов, дело ведь не в терминах, а в их значении.

— Ну так чего же ты хотел найти сегодня от меня, или монахи трудиться бросили?

— Да нет, монахи трудятся с самым крепким усердием, за это я благодарен и им, и тебе, что дело наше поддержали.

— Значит что-то есть у тебя сказать, верно?

— Верно, — утвердительно кивнул я головой.

— Ну так говори, чего же вокруг да около ходить-то.

— Мы со штабс-лекарем Модестом Петровичем Румом были сегодня у Бэра, стройку ещё одну думаем начать, — я посмотрел на церковный купол, на медном покрытии которого послеобеденное и уже начинавшееся клониться к вечеру солнце отбрасывало мягкие блики.

— И что же за стройка такая, ежели ты мне решил о том рассказать? — Пимен повернулся, и мы пошли в сторону здания с его кельей.

— Богадельню думаем построить.

— Эва как… — Пимен остановился и повернулся ко мне, посмотрел прямо в лицо. — А потянете дело-то такое? Ведь ты и на заводе вон цеха перестраиваешь, и трубы задумал под воду прокладывать. Здесь ведь дело затратное выходит, что по средствам, что по людям, потянете ли такое дело?

— По перестройке цехов работа уже хорошо продвинулась. Кирпич у нас заготовлен, сейчас вот снег последний сойдёт и котлованы рыть под здания будем, — спокойно ответил я Пимену, — Да и с водопроводной прокладкой, трубы уже месяц почти как готовы, только каналы прорыть, но здесь я и сам где надобно буду трудиться. Архип-то сейчас в лазаретной залечивается после обрушения старого цеха, скорее всего только ближе к апрельскому теплу вернуться к работе сможет.

— Да, с Архипом незадача вышла, — вздохнул Пимен, — Но и не без промысла Божиего ведь, ему теперь уход имеется не только телу, но и душе его…

— Не понимаю, причём же здесь душа Архипа?

— Как же, разве не Акулина Филимонова за ним ходит?

— Ну верно, она.

— Так они ж приходили за благословением на женитьбу, вот и проверяются в беде-то, перед женитьбой-то побудет Архип в подчинении у женоского ухода, терпением поупражняется, — улыбнулся старец.

— Аа, вот ты о чём, — я тоже заулыбался. — Ну это и правда резон, хотя и нам-то утруждаться теперь от архипова отсутствия придётся.

— Так на то и промысл Божий, чтобы проверить, готов ли ты на дела большие, или так, хорохоришься только. Так и что же с богадельней выходит, на какие средства строить-то собираетесь? — вернул Пимен разговор к главной новости.

— Мы с Модестом Петровичем до протопопа здешнего Анемподиста Антоновича сходили, предложили ему поучаствовать, купеческое сословие сподвигнуть на пожертвования для богадельни.

— Это да, для такого дела благочинного нашего Анемподиста необходимо извещать, здесь надобно порядок соблюсти, дабы никакой обиды не посеять, — кивнул старый монах и чему-то улыбнулся. — И что же Анемподист Антонович? Согласился он на ваше предприятие?

— Согласился, хотя и не сразу… — я помолчал и добавил: — Мы же ему такое предложение сделали, от которого просто невозможно было отказаться.

Пимен опять остановился и вопросительно посмотрел на меня.

— Да, мы с Модестом Петровичем условились, что кассу для сбора средств сделать надобно при протопоповском приходе, при церкви здешней соборной Петропавловской.

— Искушением значит взять решили? Опасным путём идёте, — старец двинулся дальше, а я пошёл рядом.

— Так мы же на кассу человека заводского уговорились с Анемподистом Антоновичем поставить, ведь предприятие-то всё же заводского усмотра, — уточнил я.

— Так и какой же резон у благочинного, ежели он только под кассу место выделяет и с купцами договор готовит?

— Резон у него самый прямой, четверть от всего сбора на дела благочиния будут отданы.

— Во как, значит всё-таки искушением корыстным решили брать, — покачал головой Пимен.

— Так мы без умысла злого, в надежде на разумение Анемподиста Антоновича. Тем более, что он сказал будто дом, который у него на приходе выстраивается, это не его личный, а для настоятеля вообще, — я понимал, что мои слова звучат как оправдание, но ничего другого сказать не было.

— Эх, эх, — опять вздохнул Пимен.

— Но мы и ещё одно к этому предприятию организовать думаем, — вспомнил я идею Агафьи Михайловны. — Дамский комитет, чтобы дамы здешние при богадельне подвизаться могли и в… христианском человеколюбии себя проявить.

— О как, дамский комитет! — Пимен с нарочитой важностью поднял палец. — Ну прямо как в столицах решили развернуться.

— Так и идея из столицы увидена, Агафья Михайловна её предложила.

— Агафья Михайловна?

— Да, Шаховская Агафья Михайловна, — утвердительно кивнул я.

— Ну что ж, раз и племянница Фёдора Ларионовича вам помощь оказывает…

— Племянница?

— Ну так Агафья Михайловна Шаховская ведь племянницей Фёдора Ларионовича Бэра не перестанет быть, ежели в вашем предприятии за дамский комитет ответственность на себя возьмёт, верно?

— Верно… — я был не то чтобы озадачен, я был ошарашен этой неожиданной для меня новостью, — Вот как… Племянница оказывается, а мне и неизвестно это было… — тихо проговорил я и попрощавшись с Пименом вышел за церковные ворота.

Антон Кун, Игнатий Некорев

Ползунов. Медный паровоз Его Величества. Том 2

Глава 1

— Эй, морда, ты чего там мешкаешь, карету подавай немедля, подлец такой, — полковник Жаботинский погрозил угрюмому мужику-конюху тонкой плетью и, резко развернувшись, направился в здание Канцелярии.

— Будет сделано, ваше благородие, — пробурчал мужик и с нескрываемой злостью глянул вслед исчезающей за канцелярской дверью фигуре полковника.

В узком входном коридорчике Жаботинский ещё раз открыл небольшую папку, которую всё это время зажимал подмышкой и пролистал сложенную в ней стопку бумаг. В папке лежали обнаруженные Жаботинским чертежи огнём действующей машины Ползунова и сопроводительное письмо самого полковника. Письмо было следующего содержания:

«Сии бумаги препровождаю с казённой почтой для исследования и патентования по европейскому образцу. Бумаги получены с удачной оказией и именных подписей, кроме моего удостоверения в их важности, не имеют. Потому при исследовании и составлении патента требую