Консультант - Александра Торн

– Безмозглая девчонка! Я хочу знать, что он с тобой сделал, прежде чем он тебя обрюхатит!

Маргарет вдруг побледнела. Натан даже не успел удивиться тому, как знакомо вспыхнули ее темные глаза и раздулись тонкие ноздри; девушка прошипела:

– Он хотя бы научил меня тому, что спасло мне жизнь! Можешь похвастаться тем же? Там был не ты, а твой консультант, и ты не имеешь права требовать от меня ни одного ответа!

Она вырвалась и стремительно вылетела из гостиной, оставив Бреннона в немом изумлении. Почти сразу же в комнату проскользнула Джен, покосилась вслед мисс Шеридан и сказала:

– Все впустую. Я не могу даже подойти к ее двери. Кто-то крепко позаботился о том, чтобы оградить вашу крошку Пег от таких, как я.

– Кто-то! – прорычал комиссар. – И я отлично знаю кто!

* * *

Натан, уткнувшись в сцепленные руки, сидел в самом темном углу «Раковины», предавался горестным размышлениям, и даже дивные ароматы еды и напитков не могли их развеять. Этот допрос оказался одним из самых провальных в его практике. Ни имени преступника, ни мотива, ни каких-либо ценных сведений – только обозленная свидетельница. Молодец, Бреннон, шуруй дальше!

«Не могла же она быть такой всегда… она не была такой! Это он с ней творит какую-то чертовщину!»

Не могла его крошка Пег стать такой всего за месяц! Значит, он где-то ошибся, задал не тот вопрос, взял не тот тон…

– Вы не пьете. – Миссис ван Аллен опустилась на стул напротив. – Ваш кофе остыл.

Натан равнодушно взял чашку. Он помнил, зачем пришел, хотя сейчас его грызли совсем другие вопросы. Но с ними Валентина ему ничем не поможет…

– Скажите, вы ничего не чувствуете? В городе происходит что-нибудь странное?

Вдова удивленно нахмурилась:

– Странное? Ну, вообще нет, а что вы имеете в виду?

– Что-то вроде того, что было с Душителем или утбурдом.

– Нет. То есть ничего сверх обычного. Почему вы спрашиваете?

Бреннон потер баки.

– Трудно сказать. Не хочу беспокоить вас подробностями.

– Натан, мне кажется, я лучше побеспокоюсь сейчас из-за подробностей, чем потом из-за какой-нибудь твари с той стороны.

– Произошло убийство, на первый взгляд обычное. – Комиссар коротко описал случившееся. – В парке Свободы нет ничего такого, ну, как было в церкви?

– Нет, я не замечала. Я присматриваю за парком, и в последнее время там не ощущалось ничего дурного. Но вас тревожит что-то еще.

– Это Маргарет, – вздохнул Бреннон. – Моя племянница. Мисс Шеридан.

– Да, я слышала, на нее напали…

– Убитая девушка слишком на нее похожа, – угрюмо сказал Бреннон, – и есть подозрение, что на Пег напали неспроста. Но допросить некого: все трое бандитов мертвы. Их уморили каким-то заклятием.

– Вы сможете защитить вашу племянницу? – с некоторым волнением спросила Валентина.

– Защитить! – горько воскликнул Натан. – Да ее уже и так защищают, чтоб этой паскуде сдохнуть от чумы!

– То есть? – нахмурилась вдова. – О ком вы? О вашем консультанте?

– Да если бы, – буркнул комиссар. – Я был бы счастлив, если б он…

– Но тогда я не понимаю…

И тут его прорвало. Бреннон так и не понял, почему вдруг выложил ей все, едва выбирая выражения, с трудом сдерживаясь, чтобы не зарычать – от бессилия, злости на эту маленькую дуру, бешенства, которое в нем вызывал проклятый пироман, а больше всего – от стыда за то, что до сих пор ни слова не сказал сестре, потому что боялся… Валентина терпеливо выслушала его и, когда он наконец заткнулся, облегчив душу, сказала:

– Вы все же неправы. Маргарет приезжала в кафе, видимо, перед визитом в аптеку и тогда еще была девственницей.

Сперва Бреннон ощутил огромное облегчение. Пару секунд он не желал воспринимать ничего, кроме этого восхитительного чувства, словно он пер в гору мешок с дерьмом и вдруг мешок внезапно исчез. Правда, гора осталась.

– Откуда вы знаете? – подозрительно спросил комиссар.

– Чистейшая невинная кровь, – отвечала вдова. – Все такие, как я или как Джен, чувствуют ее издалека.

– Господи, – с чувством сказал Натан, – я кретин!

– Да, – подтвердила Валентина, но ее улыбка все же смягчила приговор. – Надеюсь, теперь вы понимаете, отчего получили от нее такой ответ?

Пинок под дых мигом вернул комиссара с небес на землю. Пегги – невинная гордая девочка, еще бы она не сочла себя оскорбленной! И она же прямо ему об этом сказала, а он…

– Я вел себя как тупая свинья, – вздохнул Бреннон; облегчение было все-таки слишком велико, чтобы так сразу с ним расстаться. – Господи, что я ей наговорил! Марта убьет меня, если только узнает.

– Ну, у вас есть оправдание.

Комиссар снова нахмурился. Н-да, пироман-то никуда не делся. То, что он пока не посягнул на девичью честь, никак его не оправдывает.

– Зачем он вообще таскает Маргарет с собой? – пробормотал Бреннон. – Какой ему прок в семнадцатилетней девчонке? Разве что шантажировать меня ее жизнью…

– Но он не шантажировал, – возразила миссис ван Аллен. – Он сказал, что заберет ее в безопасное место.

– Это одно и то же, – отмахнулся Натан. – Отнять ее у родителей, чтобы держать нож у ее горла было сподручней.

– По-моему, вы неправы. Если бы он хотел ее забрать, то он бы уже давно это сделал, не предупреждая вас.

– Логично, – признал Бреннон. – Но тогда я его совсем не понимаю.

– Почему он вам так не нравится?

Комиссар поперхнулся:

– Что значит – почему?! Он портил мне расследование как мог, влез в департамент, проник в дом отца Грейса, чуть не спер улики, убил Душителя, когда мы того уже почти взяли!..

– И это мешает вам взглянуть на дело трезво. – Валентина коснулась чашки; над кофе снова пошел ароматный дымок. – Равно как и ваши родственные отношения с Маргарет.

– С чего вы его так защищаете? – подозрительно спросил Бреннон.

– Я не защищаю. Но то, что вы не можете объективно взглянуть на ситуацию, мешает вам правильно ее оценить.

– И как же, по-вашему, правильно?

– Маргарет вам уже сказала.

– Она призналась, что видится с ним.

– Потому что он взял ее в ученицы.

– Чушь! – вскричал комиссар; несколько посетителей недовольно обернулись на него. – Чушь, – тише продолжил он. – Будь Пегги мальчиком – возможно, но с какой стати ему учить чему-то девушку? Зачем ему вообще это делать?

– Вы, видимо, невысокого мнения о женщинах, – с холодком заметила Валентина.

– Но я не имел в виду вас, – запротестовал Натан, чувствуя себя все более неуютно под ее взглядом. – Вы же… ну, вы и Джен… ну вы же не… не люди, – шепотом закончил он. – А Пегги – обычная человеческая девушка. Да господи, она едва в состоянии запомнить Pater Noster, чего