Эхо твоих мыслей - Селестина Даро

— Нет, Имоджен. Я не хочу, чтобы ты ставила себя и силы на одни весы. Силы получают, забирают, они могут быть разными или их может не быть вовсе. Но когда я думаю о том, что может не быть вовсе тебя — я не могу дышать, — прошептал Фенрис и прислонился к моему лбу.

Его слова выбили из меня весь оставшийся воздух. Я и сама на некоторое время прекратила дышать и замерла. Потом, собравшись с мыслями, тихо спросила:

— Что ты собираешься дальше делать?

Фенрис провел рукой по моим шелковым волосам.

— Я хочу пойти на сделку с Руаном и вернуть бессмертие и силы остальным королям.

— А почему бы просто не украсть филактерий? Мы могли бы убить Черную Лошадь и вернуть королям то, что их по праву.

— Нет, Имоджен. Если бы все было так просто, ты думаешь, я бы этого не сделал? Я ведь даже достал яд мантикоры. Он бы умер в муках! Но Руан может отдать филактерий, бессмертие и силы только добровольно. Так же добровольно, как тогда отдали их мы. Я не сразу понял это, но совсем недавно получил подтверждение этой догадки.

— Но филактерий слушается меня. Я могла бы попробовать выкрасть его. И когда бессмертие вернётся к королям, ты сможешь сделать с Руаном все, что захочешь.

— Это слишком рискованно, Джинни…

— Все, что здесь происходит, не просто рискованно, Рис, а опасно. И я честно не знаю, сколько ещё выдержу это. Если ты знаешь, где Руан прячет филактерий — скажи, и я попробую.

Но у меня появилась ещё одна идея.

— А если не получится, то я потрачу свое желание на то, чтобы Руан вернул им бессмертие и силы.

— Нет, Имоджен, — кулаки Фенриса сжались. — Даже не думай. Ты не станешь его женой. Иначе я убью его раньше, и плевать мне на остальных!

Фенрис гневно зарычал.

— Значит тебе идти на уговор с Руаном можно, а мне так делать нельзя? — уточнила я, сжав губы.

— Это я во всем виноват и этот груз я должен нести сам!

Я немного отошла от него и зашипела.

— И что за сделка, кстати? Что ты ему предложишь?

— Себя. Думаешь, он не захочет воспользоваться моей кровью? Он сможет брать ее и мои силы в обмен на свободу и бессмертие остальных королей.

— Он давно мог поймать и использовать любого другого урду. С чего ты решил, что он согласится?

— Потому что я сильнее их всех. Я создан Источником, а не рожден таким. Ни один фейри за эти годы не рискнул сделать то, что сделал я. Руан не сможет устоять перед силой, которая принадлежит мне. Как только он отпустит королей — я убью его.

— Так вот оно что, братец! — моя кровь похолодела от этого голоса.

Дарис вальяжно подошел к камере Фенриса. За его спиной показались три гвардейца.

— Свяжите девчонку и заткните ей рот, чтобы не мешалась под ногами, — холодно произнес он.

Я пыталась оказывать сопротивление, но что я могла сделать против четверых дрен? Он связали мне руки и засунув в рот кляп усадили в углу.

— Миленько. Значит, устраиваете тут свидания, а меня на них не приглашаете? — манерным голосом произнёс Дарис.

— Имоджен, ты меня разочаровываешь. Ты моя девушка, и я не готов делить тебя ни с кем, кроме короля. А тем более, с братом.

Дарис открыл камеру Фенриса и гвардейцы выволокли его наружу. Повалив на землю, они связали ему руки за спиной, и начали пинать.

— Хватит! — повелительно произнес Дарис, и я увидела в его руках нож из пера панфиры. Я оцепенела.

Дарис полоснул по запястью Фенриса и, подставив колбу, начал собирать в нее его