Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

— Так, я вернулся. — Сказал Пирст, входя в операционную, — Дорогуша, заголяйтесь до пояса и ложитесь животом вниз на эту кушетку. Мне надо вас обследовать. Вы кем приходитесь?

Последний вопрос был адресован к Игни. Та ответила, почему-то немного промедлив:

— Сестра.

— Славно. Тогда помогите ей. — Доктор отвлекся от них и быстренько подобрался ко мне, чтобы дальше говорить так, чтобы его не услышали две девушки из Ордена; — Размер оплаты знаешь?

— Конечно. — Кивнул я, не открывая глаз и отвернувшись к стенке.

— Замечательно. И, кстати, насколько ты радеешь за эту девочку?

— Я дал слово, что она будет ходить. — Ответил я коротко.

— Значит, в случае чего, можно будет пойти на крайние меры? — Уточнил Пирст.

Ответить я не успел. Из дальнего угла операционной прозвучал призыв о готовности. Деятельный доктор тут же устремился туда. Я тоже, честно говоря. Илми лежала так, как ей и сказали, правда ее лицо было весьма красным… Надо же, смущаться такого… Пирст быстро пробежался руками по ее спине, особо тщательно ощупал позвоночник. Потом заглянул в глаза Илми, поводил перед ними свечкой, что-то высматривая в зрачках, и наконец распрямился.

— Она ведь не с рождения травмирована?

— Нет. — Ответила Игни.

— Я так понимаю, это следствие посвящения в Орден? — Уточнил Пирст, — И не надо так округлять глаза! Ваш покорный слуга когда-то и в Верхнем городе практиковал…

— Да.

— Ясненько. — Вздохнул Пирст, — Сложный случай. Такое бывает. Посвящение вызывает у неофитов череду изменений внутри организма. И бывают случаи, когда эти изменения идут не в ту сторону. Как правило, это неизлечимо. По крайней мере, почти всегда изменения происходят в настолько тонких слоях тканей, что наш уровень медицины ничего не может с этим поделать. К сожалению, здесь именно такой случай.

Я хмыкнул. Пирст славится своей прямолинейностью. Если надежды нет — то он так и скажет, без всяких красивых отговорок. У Илми тут же выступили слезы на глазах, а Игни опустила голову, яростно сжимая кулаки. В какой-то мере я их понимаю. Пришел тут какой-то выскочка, обнадежил их, а квалифицированный человек эти надежды тут же разрушил… Но Пирст еще не закончил говорить:

— Обычно я бы так и сказал. Но, к счастью, — Он хлопнул в ладоши, — Вас привел не кто-то, а Леррой.

— А это что-то меняет? — Тут же вскинулась Игни.

— Конечно же! Это все меняет в корне! — Радостно подтвердил доктор, — Там, где в тупик заходит традиционная медицина, Леррой — лучшее средство.

— В каком смысле? — Осторожно переспросила Игни.

Вместо ответа я молча пожал плечами и кивнул. В любом случае надо ей рассказать.

— Вы знаете, что некоторые люди употребляют энриум? — Спросил вместо ответа Пирст и, дождавшись кивка, продолжил, — Так вот. Эти люди получают самые разнообразные способности от магии этого металла. У каждого они свои, индивидуальные. Но в данный конкретный момент мы говорим о Леррое. Он тоже употребляет энриум.

— И это нам как-то поможет?

— Конечно же! — Пирст радостно улыбнулся, — Его уникальная способность — регенерация. Причем не просто какая-то там регенерация, а идеальная. Его организм запоминает лучшее состояние, в котором когда-либо был, и в случае увеличения дозы энриума в крови, то есть при приеме его внутрь, тут же быстро восстанавливается к этому состоянию. Причем не считаясь ни с какими повреждениями. Фактически, его можно даже быстро реанимировать во время клинической смерти, просто влив ему в рот дозу энриума. К сожалению, нагрузка на организм при этом велика, но это несущественно. Эффект слишком полезен.

— Тогда спрошу еще раз: как это нам поможет?

— Дело в том, что я уже давно, — Доктор значительно поднял палец вверх, — Занимаюсь возможностью временной передачи способностей одного «энриумщика» любому другому человеку. В процессе экспериментов я выяснил, что это становится возможным при превышении дозы энриума в организме как минимум в пять раз. К сожалению, для «энриумщиков» подобное воздействие, как правило, смертельно. Но!

Указующий перст Пирста уткнулся мне в грудь. Лицо его выражало крайнюю степень торжества.

— Организм Лерроя, страдая от воздействия такого количества энриума, сам же себя и излечивает. Парадокс, однако…

— То есть, он не умрет от превышения дозы? — Удивилась Игни.

— Только если позволяет порог мгновенной интоксикации организма. К сожалению, энриум «фонит», — Продолжил объяснения Пирст, — Это общеизвестный факт. Он оказывает крайне негативное воздействие на организм. Поэтому, кстати, шахтеры, его добывающие, долго не живут. И у каждого человека есть свой порог интоксикации в организме. У нашего общего друга, к счастью, нету порога долгосрочной интоксикации. Он мог бы даже спать, обмазавшись этим металлом. Но у него присутствует мгновенная интоксикация. Если превысить количество одновременно употребляемых доз энриума… Последствия будут плачевными.

— Если у Лерроя способность — регенерация, и вы утверждаете, что ее можно ненадолго передать… — Проговорила Игни, — Стало быть можно вылечить Илми? Вы шутите? Я должна в это поверить?

— Игни, — Сказал я, привлекая ее внимание, — Ты хотела знать, как я выжил при взрыве в банке. Так вот, я не выжил. Фильх реанимировал меня с помощью энриума. А потом я еще отращивал потерянные конечности какое-то время. Если не хочешь верить — не верь. Это твое право. Но лечить мы тут будем не тебя.

Я выразительно глянул на Илми, которая с интересом слушала наш разговор. Она сдержано кивнула и добавила:

— Я хочу попробовать.

— Вот и славно, — Ответил я, — Пирст, готовь все, что понадобится. Будем действовать.

Собственно, готовить что-то отдельно не понадобилось. Все и так уже было в операционной. Передвинули столы, перенесли поближе оборудование, которое может понадобиться, и, в общем-то, все. Заняли эти приготовления от силы минут пятнадцать. Дальше я занялся смешиванием той убойной смеси, которую вскоре предстояло опрокинуть внутрь… Причем, как ни странно, состояла эта бурда не только из энриума. Пирст сказал мне добавить еще какую-то сыворотку, которую он сам и вывел. Скорее всего именно она и отвечала за «усвоение» пациентом способностей донора. Буду надеяться, что Пирст знает, что делает. Он мне на ухо обмолвился, что практический эксперимент он ставит впервые. До этого он разрабатывал только теорию, и вот, наконец, ему представился шанс проверить свои изыскания на деле.

Конечно же, со мной в качестве подопытной крысы. Не в обиду Крулям было сказано… Меня крепко зафиксировали на кушетке в горизонтальном положении. Процесс будет очень болезненным, так что такие меры предосторожности вполне оправданы. Илми лежала на соседней кушетке, с интересом глядя на приготовления доктора.

— Леррой, —