Фантастика 2026-80 - Мария Фир

— Потому что Амалии так нравится. Столовая отдана библиотеке и я хочу отметить, что библиотека ван Линдеров истинный клад. Так что неудивительно, что они имеют огромную библиотеку и отказались от столовой.

— Еще бы. Мора ван Линдер обладает особыми качествами, которые помогают ей охотиться на ценные книги.

Через минуту спустился Лен и на стол накрывали уже трое. Алистера никто до сервировки не допускал.

За обедом Амалия особых разговоров не приветствовала. Все, что допускалось это обсудить тот или иной рецепт. Некромант сильно подозревал, что мора попросту не любит долгие застолья, вот и делает все, чтобы обед не затягивался. Но вместе с тем, Амалия очень даже уважала чайную беседу. Так что, едва только со стола было убрано, а чашки наполнил ароматный чай, она посмотрела на Алистера в упор и осведомилась:

— И когда мы узнаем за что пострадала моя внучка?

— Да вроде известно уже, — сдержанно ответил некромант, — Грета помогла спасти Их Величеств.

— Подробности, Алистер, это такие крошечные детали, которые могут пролить свет на то или иное происшествие, — сощурилась мора ван Линдер. — И эти детали мне необходимы.

— Детали расследования засекречены, — не поддался дерр Ферхара.

— Кем же? — не отступала Амалия.

— Мной, — хитро улыбнулся Ал и добавил, — хоть пытайте, а пока Грета не проснется я ничего не скажу. Будет некрасиво если она последней узнает всю подоплеку почти удавшегося заговора.

Тирна прятала улыбку и отводила сияющие глаза — ей все подробно рассказал Телайла. Но она, будучи разумной девушкой, оставила все душераздирающие подробности при себе. Все же это честно — и она, и Тель участвовали во всем этом беспорядке наравне с Гретой, так что это вполне приемлемо.

— Где вы с Гретой будете жить? — перевела тему мора ван Линдер.

— В моем особняке. Думаю, Лен переедет с нами, — некромант посмотрел на мальчишку.

Тот кивнул. Он хотел быть там же, где и сестра.

— То есть вы бросите пожилую женщину доживать свой век в одиночестве? — вскинула брови Амалия.

— Фредрик Брикхов, — глубокомысленно произнес некромант, — хороший выбор, мора ван Линдер.

И та рассмеялась:

— Хоть кто-то в моей семье умеет искать информацию. Что ж, когда переедете мы будем ждать вас…

— По пятницам на обед, но не чаще двух раз в месяц, — договорила за Амалию Грета.

Она проснулась еще когда Лен и Ал были в комнате, но постеснялась открывать глаза. Мало ли в каком виде она лежит? Может волосы колтуном, а на лице какая-нибудь гадость?

Спасибо бабушке, ее волосы были заплетены в косу. И никакого «спасибо» за подкрашенные ресницы. Видимо, мора ван Линдер хотела, как лучше, чтобы внучка выглядела красивой. А вот Грета перепугалась до одури, когда попыталась открыть глаза и с первого раза это не получилось. И со второго — тоже. И вообще, пока она пальцами не сковыряла краску с ресниц глаза открыть не получалось.

Стук упавшего стула разбил воцарившуюся в гостиной тишину. А рядом с Гретой, почти одновременно, оказались и Ал, и Лен. И как-то так получилось, что не они обняли Грету, а Грета и Алистер стиснули разрыдавшегося мальчишку. И мора Ферхара, целуя его в вихрастую макушку, прошептала:

— Я слышала все, что ты мне говорил. И могу пообещать, что дальше будет лучше. Местами тяжелее — учиться всегда сложно, но гораздо, гораздо лучше.

— Так, а теперь давайте вернемся к деталям, — громко произнесла Амалия.

— А что, в этом доме перестали кормить? — возмутилась Грета и подошла к столу. — Или ты заставишь меня ждать до ужина?

— Надо бы, но не стану, — фыркнула Амалия и, встав, крепко обняла внучку.

— Все хорошо, — шепнула Грета.

А мора ван Линдер в ответ прошептала:

— Я едва с ума не сошла. Каждую ночь мне снилось, что ты в собственном разуме блуждаешь. Твоих-то беспокоить не стала, не зачем им заранее переживать. Иди на кухню, я каждый раз теюе порцию оставляла. Ждала, когда ты уже проснешься.

Стальная Амалия быстро стерла крошечную слезинку и отстранилась. После чего строго добавила:

— И поторопись, я хочу знать, во что были втянуты Линдеры.

Тирна пошла на кухню вместе с подругой. И даже не позволила той самостоятельно разогреть еду. Сноровисто собрав на стол, она присела рядом с подругой и осторожно приобняла за плечи.

— Какое счастье, — вздохнула эйта Краст. — Какое счастье. Мы с Телем переживали, что ты придумаешь себе идеальный мир, да там и останешься.

— Так это ты постоянно колола мне пальцы иголкой? — со вздохом спросила Грета.

— Ну да, я. Я просто подумала, что боль то единственное, что…

— Да я в курсе. Вы дорфовы конспираторы. Финли по ночам выла мне в ухо, ты колола пальцы, Лен наводил сны, Ал постоянно звал через брачную связь. Не полноценную, но все же сушествуюшую. Как я не сошла с ума — не знаю.

— Просто ты нам очень дорога, — хихикнула Тирна. — А еще мы спасали друг друга от страшного знания, вот и намудрили. А ты сама-то не боялась?

— Я пообещала себе больше никогда не бояться собственной магии, — пожала плечами Грета. — Так что нет, я — не боялась. А сейчас давай помолчим — суп восхитителен.

И несмотря на оставшееся чувство голода, Грета решила ограничить себя в еде — как-то тяжело нежнейший сливочный суп улегся в желудке.

— Идем, хочу горячего чая, — улыбнулась мора Ферхара.

— Погоди, — Тирна вытащила из кармана маленькую баночку. — Давай сюда свои исколотые пальцы.

Крошечные ранки мгновенно затянулись.

— Это ранозаживляющий эликсир? Спасибо.

— Не за что. Идем.

В гостиной Грету устроили по-королевски: усадили в глубокое кресло, укутали пледом, а в ногах устроилась Финли.

«Дикки, где ты?» обеспокоенно позвала Грета. Она наконец поняла кого ей не хватает и почему так пусто.

«С добром утром, соня», отозвался дорф. «Я во дворце, скоро буду. Хотя немного обидно, что ты проснулась во время моего отсутствия».

«Насколько скоро?»

«Очень скоро», муркнул Дикки и больше она его дозваться не могла.

— Что с тобой? У тебя лицо такое было отсутствующее, — обеспокоилась Амалия.

— Говорила с Дикки, — отозвалась Грета. — Почему он во дворце?

— Службу несет, — хмыкнул некромант. — И служба эта весьма и весьма высокооплачиваемая. Хотя он уже потратил свою зарплату на десять лет вперед.

— Ты говоришь загадками, — нахмурилась Грета и добавила, — это обижает. Я не виновата, что проспала… А сколько я проспала?

— Две недели, любимая. Мы две недели беспокоились о тебе. Спасибо зельям и целителям — тебя удавалось кормить и поить.

Грета ужасно смутилась и