Фантастика 2025-196 - Кирилл Станиславович Бенедиктов

Юрист на самом деле впечатлился переговорами с коллекционершей, особенно после того, как я развеял его моральные сомнения. Продавец, если он оказывался рядом, улыбался в тридцать два, хотя это неточно, зуба и клялся всеми святыми, что мы договоримся в лучшем виде.

Но я гордо отворачивался, на вопросы Сидорова «почему», отвечал:

— Она слишком хороша! Почти новая!

— Ей почти пятнадцать лет! — изумлялся юрист, но я уже шел дальше.

Наконец я обнаружил автомобиль, который меня заинтересовал. Это был мерседес Е-класса, «глазастый», то есть с круглыми фарами, что напоминало милое сердцу ретро. Кроме внешности меня привлекло состояние машины: она сгнила от капота до багажника почти полностью. Прибежавший продавец завел ее с пятого раза, заставив выхлопные трубы, коих из чуда техники торчало аж две, яростно чихать черным дымом.

Я спросил продавца в лоб, не ворованная ли она, и тот ответил, что уж с этой стороны все чисто. Я как Видящий Правду ему поверил, но все же поручил Сидорову порыться в сети и найти предысторию автомобиля. Ему удалось проследить путь от автосалона до рынка. Да, долгий и тернистый, но без угонов.

Дальше мы весело торговались, а когда продавец выбил лбом третью вмятину на капоте, я решил, что цена адекватная. Не подумайте, я пальцем его не тронул, он этот сам от отчаяния, причем мысленно, а не наяву.

Я выдал Сидорову нужную сумму наличными и отправил оформлять документы. Сам же погрузился в карту и начал искать источник материала для ремонта. К моему разочарованию автомобильного кладбища поблизости не было, но я нашел поблизости обычную свалку. Рынок предоставлял услуги эвакуатора, который я радостно нанял, и когда Сидоров вернулся, мы отвезли наш новый автомобиль буквально на помойку.

Свалка оказалась ограждена заборчиком из ржавой сетки-рабицы на асбестовых столбах. Внутрь мы заезжать не стали, я заметил там слишком много любопытных глаз. Сгрузили машину на засыпанную снегом обочину.

Там я по-быстрому сотворил чехол, чтобы не смущать редких прохожих, мы с юристом накрыли мерседес, и я запустил заклинание «диагностика». Естественно, новую игрушку я окружил сферой невнимания.

Неподалеку от свалки обнаружилась станция, где останавливались пригородные электрички. Мы прогулялись туда. Прошелся по рынку возле нее, не потому, что хотел чего-то, а просто чтобы поглазеть, как люди живут в стране.

Невольно стал свидетелем бурного обсуждения, в котором участвовали три старушки-покупательницы и еще одна — продавщица картошки и прочих корнеплодов. Я охотно присоединился к разговору. Оказалось, что дамы возмущаются той самой свалкой, у которой я бросил машину.

— Сейчас зима, хоть от вони можно передохнуть! — вздохнула одна из них.

— А летом опять начнется, — поддержала ее продавщица. — Как торговать-то, когда у тебя под носом такие «ароматы».

— Раньше маленькая была! Увозили мусор куда-то, но уже года три как растет и растет! Растет и растет! Скоро все окрестности гнильем затопит!

Я отошел в сторону и позвонил Алисе.

— Дело есть! Поройся в Сети и выясни мне все, что касается уборки мусора в Российской Империи! Как собирается, куда и как вывозится, что с ним потом делают. Что с переработкой — самое главное. Подготовь мне справку.

Потом я подозвал Сидорова и велел ему заняться тем же — узнать, кто занимается мусором, кто отвечает за свалки или кому они принадлежат, как получить лицензию, если она нужна, и для чего. Короче говоря — может ли парень с улицы вроде меня получить помойку в свое распоряжение.

Мы вернулись к машине, диагностика подошла к концу, естественно оповестив меня, как все ужасно. Но это я и сам знал, а теперь мне все разложили по полочкам.

Я решил основательно доработать заклинание реставрации. Каждый узел в машине пришлось выделить в отдельную ветвь. Для него был создан идеальный образ, заложенный конструкторами. В перспективе можно заменить его на более удачное решение, взяв, к примеру двигатель или коробку передач из другой машины, проработав его адаптацию к общему устройству автомобиля.

Сам двигатель тоже можно разделить на составные части. Но это в будущем, если я поставлю реанимацию убитых машин на поток, то и заклинание можно дорабатывать бесконечно.

Пока же я наложил образ идеального мерседеса этой модели. Откуда я его взял? Ну так он уже существует в машине, как и любое сложное устройство, да и вообще любая вещь, созданная кем-то, автомодиль несет в себе информацию о проекте.

Итак, для каждого агрегата была поставлена задача перейти в идеальное состояние. Для этого на свалку я направил параллельную диагностику, разыскивая там нужные для реанимации материалы. Как я уже говорил, мне нужно железо в любом состоянии, в машине оно превратится в превосходную сталь, именно такую, какая нужна по проекту. В дальнейшем можно назначить другие сплавы, но мне понадобится химик-эксперт, разбирающийся в местных технологиях.

Реставрация — дело небыстрое. Я проверил сферу невнимания, дополнил ее сторожевым заклинанием, вдруг все же кто-то это самое внимание обратит. После этого мы с Сидоровым вернулись в «Лазурь». Юрист уже не дрожал как осиновый лист, когда его тащили через порталы. Скоро ко всему привыкнет.

Надавав команде заданий, я перенесся в трешку на Большой Калужской. В одной из комнат я оборудовал рабочее место ювелира. Получилось даже лучше, чем у Питера, места в московской квартире нашлось больше, да и опыт сказался.

Про третьего кредитора также скопилось изрядное досье. Иван Абрамов, дворянин без титулов, страстный любитель покера, не имевший проблем с деньгами — единственный, кто скупил векселя Вешнякова не ради абстрактного обогащения. Он действительно хотел заполучить пансионат. Там, по его мнению, вышел бы отличный игровой клуб, чего в Москве устроить не получилось бы — Император не приветствовал казино в столице.

Слабости у Абрамова я нашел две. Раньше он слыл изрядным бабником, но не так давно встретил любовь всей своей жизни и остепенился. Девушка его — настоящая светская львица. Вторая черта, способная мне помочь — богатая фантазия нашего игрока. Деньги его действительно не интересовали, сказалось богатое наследство, которое он в отличие от Вешнякова не проиграл, а преумножил. Впрочем, организация турниров, в отличие от самого покера, — дело прибыльное. Зато на турнирах, которые он устраивал, Абрамов обожал интересные ставки и охотно выкупал необычные заклады.

Скрестив эти две идеи, я и решил пойти по проторенной дорожке: изготовил из остатков золота и платины гарнитур. Вместо драгоценных