Фантастика 2026-61 - Марина Сергеевна Комарова

Я пересматриваю картинку из глаз, и… блин, а чёрт его знает! Одно розовое пятно видно отчётливо, а второе — не то реально второй кот, не то просто такая тень от перекрестия источников света.

«Но их здесь точно должно быть двое», — вздыхаю, направляясь в кабинет Вильгельма, — «Да ведь?..»

Пока я размышлял, а откуда вообще могут браться поколения лысых котов у одного конкретного рода, я уже дошёл до двери к текущему главе этого самого рода. Стучусь. Захожу. Марк и без меня нашёл дорогу, так что стоял уже здесь. Вильгельм рядом.

Все мужчины нашей семьи были в сборе. Сын, отец и дед.

И дверь закрывается.

— Вынужден признать, Михаэль — интриган из тебя скверный. В будущем тебе определённо нужен будет помощник в этих вопросах. Но… — вздыхает Вильгельм, — Чего у тебя не отнять, так это умение хранить секреты.

Я снова закатываю глаза.

Ну что такое?.. Шпыняют все кому не лень!

— Один шаг до венчания с Лунасеттой. Один! И ноль слов! Ни о её сестре, ни о том, что вы муж и жена в прошлой жизни! — недоумевал отец, как только дверь захлопнулась, — Миша, ну чем ты думал? Ладно интрижки в Академии, ладно приключения в лесу, но ЗАХВАТ МИРА⁈ Как долго ты собирался об этом молчать⁈

— Недолго… — пробормотал я.

— И что ещё ты скрываешь? Может скажешь, что за тварь с пентаграммой на лице, из-за которой мы экстренно сбежали из страны? Это может ты знаешь⁈

— Не знаю…

— Да знай мы хоть ПОЛОВИНУ, представляешь как бы нам легче было если не помочь, то банально пережить все эти новости⁈ — махнул он руками, — И я крепкий, я сам ничего не сказал и сбежал. Но ты подумай о матери! О том, что она чувствует в своём положении! — он едва не кричал!

А под конец речи отец фыркнул, так же явно на меня злой. Все на меня обиделись! Может… даже заслужено. Был бы я младше, даже бы обиделся в ответ! Нечестно! Только дети могут обижаться!

Но увы, я уже не ребёнок, пускай сейчас и маленький.

— Не сердись, сын. Много бы верных решений ты принял в его возрасте и с его ситуацией? — почёсывает Император свою как всегда безупречную острую бороду, — Михаэль — всего лишь ребёнок с силой чудища, пытающийся не стать им полноценно, — он подошёл и похлопал меня по плечу, — Внук, ты будешь совершать ошибки — это нормально. Просто учись на них, хорошо? Отец от тебя иного и не требует, как бы он сейчас строгость из себя не выдавливал, — ухмыляется дед.

Папа и правда злой. И он… правда не может быть строгим со мной. День поругается, поворчит, а потом растает и всё будет как раньше. Мягкие у меня родители — иные бы такого проблемного, наверное, так сильно и не любили.

— Хорошо, — вздыхаю я, кивая.

Вильгельм кивает, бросает взгляд на отвернувшегося сына, и отходит обратно к окну.

— Итак, семья… — складывает он руки на груди, — Наш род будет править планетой. Мнение?

Да. Мужчины собрались обсудить насущное.

Как убивать Мясо, как научить меня вершине Школы Крови, и… ну да, что делать с моим статусом и неожиданными целями.

* * *

Инферно. Место обитания Дьяволов. На границе возле соприкосновения с Бездной.

Он остался человеком.

Он так решил. Считая человека венцом творения, он не пожелал принимать более грозный и, что главное, удобный вид для его изысканий. Нет. Он — один из редких примеров, когда даже в облике демона ты остаёшься точно таким же, каким был и при жизни. И происходит это лишь в одном случае, ибо закон Бездны о распределении по Грехам работает всегда.

Если ты переродился в облике человека, значит ты прошёл по самому редкому фильтру.

Гордыни.

Если ты всё ещё человек — значит ты попал сюда за худший Грех. А значит, если этот фильтр работает… несмотря на все слова демонологов — Гордыня всё ещё есть. Она всё ещё в мире, и всё ещё выполняет свою работу. Просто по какой-то причине… никто воплоти её уже давно не видел.

Очень давно.

Длинноволосый худой мужчина, чьи чёрные волосы закрывали даже лицо, подошёл к подвешенному на крюках трупу. Облик Мяса формировался из пыли и пепла, и по какой-то причине у него отчётливо отсутствовал хребет и часть черепа.

Брат Парацельса коснулся пепла и аккуратно положил его на язык. Прикрыл глаза. Нахмурился. Тонна информации пронеслась в его голове вместе со слюной.

— Пламя и Свет не работают. А кусок от Зависти включило механизм против Обжорства. Неплохо. Но недостаточно, — пробормотал он.

Отец отходит. В логовое Люцифера у него есть всё, что нужно. Если раньше главной слугой, главным «богачом» всей Бездны и Инферно был Безымянный, то теперь с пылящегося склада достали именно его.

Отец всей Тёмной Алхимии вернулся в недрах подземного мира.

— Лже-Зверь и Зависть… — прошептал Отец, — Что ещё тебе добавить… мой Магнум Опус?

Глава 14

К сожалению, необходимость захватывать мир приводила к потребности участвовать в душных взрослых разговорах.

Ме, отстой.

— Наконец вырвался из поднятой суматохи, — заходит Тесей, — Извините за столь долгую задержку. Теперь наконец можем поговорить.

— Не переживайте, Тесей, — говорит Вильгельм, — Рад видеть вас в здравии.

— Взаимно. Господа, — кивает он всем остальным, а затем замечает выбивающееся из общего крутого вида недоразумение, — А Михаэль чего такой недовольный?..

— Он… всегда в последнее время такой.

Я стоял в углу и, скрестив руки на груди, и правда недовольно смотрел на зашедшего киборга.

Не, безусловно, рад видеть старого железного приятеля, но далеко не рад заниматься всей этой политотой! Духота на духоте! Месяц прошёл, а я до сих пор из кабинета с репетиторами не вылезаю!

С каждой неделей я всё больше и больше понимал, что снова теряю детство, теряю молодость. Мне казалось, с Академией я только от этого избавился! Только зажил!

Но меня снова запирают делать вещи, которые подросток в гробу вертел.

«Стану повелителем мира — точно на кого-нибудь всё это скину…», — хмурюсь ещё сильнее, — «На Катю и Лунасетту. Да.».

— Заранее вынужден просить прощения, но многое ни о ДНК, ни о Сёгунате вы не узнаете, — приступил Тесей, — Информация, что вы ждёте, все её частности — были стёрты из моего модуля памяти в черепе. Увы, за это отвечала отдельная система, которая же и пыталась взорвать моё ядро. И если от головы до ядра было… далековато, то вот память хранилась в бекапах и