Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

— Не остри. Ты же понимаешь, о чем я.

— Угу. В общем, если рейтинг тебе надо нагнать по-быстрому, то через посещение не выйдет.

— Ты уже говорил, это понятно. Мы остановились на том, что там за турнир.

— Фулл-контакт, в полном соответствии с традиционными правилами будо.

— Это еще че за фигня? — Айя через расширение лезет в сеть. — А-а-а, классические боевые искусства титульной нации... И че там за правила? В чем фишка?

— Рыжий точно не потянет. — Выражение лица Луиса более чем красноречивое. — Говорю же: фулл-контакт. До нокаута. Средняя продолжительность схватки — менее половины минуты; угадаешь, почему?

— А концентраторы у участников активны или блокированы? Как в ки...?

— ВСЁ АКТИВНО! Без концентраторов и имплантов — ты сам правильно сказал, где месятся, — торопится перебить меня староста. — Такие турниры — типа нео-классика.

— Эт как? — Мартинес развернула перед собой сразу четыре виртуальных экрана и наяривает двумя руками по трем управляющим панелям. — Хм. Ничесе. И правда жестко!

— А ты думала, — уныло кивает Луис. — Суть спорта: поскольку имплант по большому счету уже давно является неотъемлемой частью анатомии, а без нейроусилений площадки уже сформировались в кибере, тут — только вершина эволюции, жесткий хардкор.

Я ничего не понимаю в их разговоре — часть сути от меня просто ускользает. От Айи то и дело отлетают маленькие голограммки, а староста секции что-то в них поправляет и отправляет ей обратно.

Со стороны похоже на перебрасывание мыльного пузыря.

— Я понял правильно? Это жесткая драка до потери сознания, но в полном нейро профиле? С работающими имплантом и концентратором? — обращаюсь сразу к обоим.

— Еще с индивидуальным пакетом расширений, — подтверждает Луис. — Оно иначе знаешь, как называется? "Битва машин".

— Там что, убивают? — делаю вполне логичный вывод из услышанного, на ходу теряя целые куски своего энтузиазма.

Время от времени я конечно же шарюсь по сети и смотрю, в том числе, подобные анонсы. Некоторым модификантам из популярных роликов бывшие десятые даны по каратэ из средневековья и в подметки не годятся.

Во всяком случае, листов брони в Японии семнадцатого веке, думаю, не было — чтобы их кулаком пробивать на камеру (или фалангой пальца, точно уже не вспомню).

— Не так часто, как можно подумать, — качает головой латинос. — Лучшая война — та, которая не случилась: классические будо же, эй.

— Я примерно представляю, что может разбить голым кулаком или пробить пальцами человек, который два десятка лет старательно закалял тело через имплант и концентратор. — Я действительно представляю. — Это именно насмерть.

В отличие от добросовестной набивки вживую, местные гаджеты работают двадцать четыре часа в сутки и не делают погрешностей в обмене веществ, хоть и формируя те же костные мозоли.

Думаю, техника и культура движений — вообще отдельная тема.

— Если разница в классе между участниками на момент схватки больше определенного уровня, электронный арбитр не дает драться и победителя определяет сам, заочно, — снисходительно улыбается староста клуба.

— Пф-ф-ф, а в чем тогда смысл турнира?! — разрекламированное кровавое шоу в моих глазах моментально съеживается до размеров обычного вида спорта с четкими табу, прописанными в правилах.

— Ну-у, турнир нашей агломерации к примеру — это человек до сорока в одной весовой категории, — спокойно поясняет Луис.

— Хренасе. — Для знакомого мне чемпионата области по боксу это много.

Очень много.

— Ага. Около половины участников уже в первом туре получают электронные проигрыши и дальше не идут: иначе их бы просто поубивали. Ты правильно сказал, там есть такие, которые сталь пальцами рвут.

— Но по какому принципу тогда ведется это заочное судейство?! Херня же! — мне, в принципе, наплевать на несправедливость реалий, но тема почему-то зацепила на ровном месте.

— Весь твой багаж ТАМ на девять десятых состоит из расширений концентратора и импланта. Плюс собственные нейросети в мозгу, но они тоже завязаны на гаджеты. — Айя уже разобралась в ссылках (включила какой-то ускоренный режим, видимо). — Электронный арбитр — это тоже обучающийся блок. Его опыт судейства гораздо больше живых людей, он не спит и не берет взяток, изначально гарантирует непредвзятость.

— М-м-м...

— Ты натурал. Если бы понимал нас, — латинос упирает палец себе в лоб, — тебя бы не удивляло, что твой боевой потенциал абсолютно безошибочно виден по твоим расширениям. Там система не ошибается.

— Хм. Смертность и правда невысока, — бормочет Мартинес. — Последний раз — несколько лет назад.

— Это вид спорта, а не беспредел, — терпеливо вздыхает Луис. — Участники никому ничего не доказывают лишний раз: сегодня зверствуешь ты — завтра кто-нибудь подготовится персонально под тебя. Все реально качают сбалансированный профиль: цель же — самосовершенство, а не морду соседу набить.

— А как подготовиться индивидуально под неугодного? — одноклассница живо чем-то заинтересовалась.

— Отработать технику и тактику исключительно под его геометрию, стиль и анатомию, — ворчу за старосту. — Вылетишь или сам снимешься уже в следующем круге скорее всего, но конкретного типа вынесешь.

— А-а-а, заточка под конкретного противника, — переводит на свой язык Айя. — Ясно. Хм, ладно. Луис, спасибо, что уделил время! — Она теряет интерес к теме и по-мужски протягивает ладонь для рукопожатия.

— Не за что. Сорри, что не пригодился.

— Виктор, ты тут сколько будешь? — одноклассница поворачивается ко мне.

— Часа полтора. Режим и регулярность занятий — наше все.

— Окей, я тогда за тобой позже зайду._______

— Ты не рассказывал, что подцепил саму Мартинес. — Луис после ухода латиноамериканки бросает свои шахматы и подходит ко мне с откровенным желанием пообщаться.

Несмотря на то, что я вовсю занят на мешке.

— Она. Моя. Одноклассница. — Выдаю порциями, чтобы не сбить дыхание. — Там. Таких. Десятки. Тебе. Всех. Называть? Мне. Так. Неудобно. Общаться. — Намекаю, поскольку кислорода действительно не хватает.

— Анаэробный режим! Потерпишь! Оно наоборот полезно.

В принципе, да, но...

Звонит таймер.

— А что у тебя с ней? — товарищ явно ломает собственные модели поведения, наседая в перерыве между раундами.

Он никогда не лезет ни в чьи дела, а я еще и новичок.

— Мне тебе отчет заполнить?

— Не-а, это лишнее. Ты в курсе, кто ее семья? — какой-то нездоровый энтузиазм откровенно не дает ему покоя.

— НЕТ. Мне без разницы, у кого какая семья, — поясняю терпеливо. Его горящий взгляд мне не нравится. — Луис, там вся школа такая!

— Ну, не вся. Они по производству мяса, если что, конкурируют с кое-кем из производителей баранины. — Староста со значением сверлит меня взглядом. — С тем, который в компании лысого, на которого ты за деньги наехал.

— Ничего себе информация расходится.

— А ты как хотел? Заведение известное,