Расслоение - Nezloi

Захаров уже не раз пожалел, что продал подотчётное имущество той женщине с сумасшедшими глазами. Но в то время ему безосновательно казалось, что безалаберный Иванов даже не знает, что и сколько у него есть, и точно не контролирует своё имущество. Как оказалось, знает и контролирует.

— Боже, какой же я идиот! Из‑за каких‑то бумажек, которые скоро нахер никому будут не нужны, просрал свои и дочери шансы на выживание!

Кривясь от боли в культях, полковник вышел на полупустой, заплёванный и усыпанный мусором перрон. Поправив тяжёлую сумку на плече, похромал в сторону вокзала, так и не заметив сидевшего на скамейке смазливого мужчину в дорогом чёрном пальто и очках в вычурной оправе.

Проводив его долгим взглядом, мужчина поднялся и, повернувшись спиной к Пантелеймонову, не спеша пошёл к выходу в город.

В этот момент Захаров почувствовал слабый, едва заметный на фоне плохого самочувствия укол в шею. Через секунду мышцы свело, и бывший комендант с размаху рухнул на пол, разбив лицо о каменный пол; боли он уже не почувствовал.

Свиридова

Несмотря на всё нетерпение и желание скорее увидеть своих детей, Свиридова всё же вняла голосу разума в лице полковника Поспелова и отложила немедленную атаку до проработки более детального плана.

В итоге полковнику не хватило имеющейся информации, и он буквально заставил Свиридову нанять через гильдию команду паранормов, специализирующихся на слежении и добыче информации. И уже этим же вечером узнал, что в здании ФСБ постоянно находится группа из шести человек. Также «поисковики» уточнили, где конкретно содержат семью Светланы Анатольевны, что, конечно же, внесло весомые коррективы в план.

— Светлана Анатольевна, та группа неизвестных, скорее всего, паранормы, что, в свою очередь, означает, что это ловушка, — начал полковник Поспелов.

— Не тратьте моё время, я не оступлюсь! — яростно выкрикнула Светлана.

— Это я уже понял, — угрюмо покачал головой мужчина.

— Я о том, что, учитывая новые обстоятельства, шансы на успех серьёзно снижаются. Особенно меня волнуют пути отхода. Я проработал четыре варианта, но это почти центр Москвы, и быстро отступить не получится. А если мы завязнем, боюсь, Иванов быстро нас обнаружит и вмешается.

Светлана Анатольевна оскалила зубы в злой улыбке.

— По‑вашему, Филипп Васильевич, он всеведущ и вездесущ?!

— Я заказал аналитическую справку у гильдейских «головастиков» о его предполагаемых возможностях и ресурсах. Они уверены на восемьдесят восемь процентов, что он своими дронами и прочими технологиями слежения контролирует всю Москву и часть Московской области, причём его возможности буквально растут каждый день. Так что шанс на его вмешательство чрезвычайно высок.

— Значит, нам всем придётся стараться вдвое больше, — уже не сдерживая злости, бросила Свиридова.

Светлане очень хотелось приказать полковнику заткнуться и выполнять её приказы, но она понимала, что тогда ценность Поспелова как военного специалиста сильно упадёт.

Первыми полковник услал наблюдателей, следующими уехали несколько двоек, которые должны были прикрывать отход ударных групп.

Пока боевики разъезжались по позициям, Поспелов в очередной раз позвал Свиридову и Харта к столу, заваленному картами, планами зданий и непонятными схемами.

Свиридова подавила раздражение и, подчиняясь полковнику, подошла.

— Светлана Анатольевна, проговорим всё ещё раз. Вы начинаете атаку только после подрыва фургона с пропаном выше по улице. Взрыв и последующий за ним пожар перекроет улицу, что замедлит переброску подкрепления к федералам. Также одновременные подрывы будут произведены здесь, здесь и здесь, — полковник карандашом указал на значки на карте.

— У вас будет не больше десяти минут. После этого каждая следующая минута будет кратно снижать шансы уйти живыми. Не увлекайтесь зачисткой: ваша задача — освободить заложников и быстро с ними отступить на заданные позиции.

В своём плане полковник учёл буквально каждую мелочь. Даже «глушилку», что точно должна быть в здании ФСБ. Кстати, её должен был дистанционно вывести из строя наёмный паранорм, ограниченно управляющий электромагнитным излучением.

Через полчаса Светлана ехала в неприметной «Газели» с тонированными стёклами и ржавыми крыльями по грязным московским улицам. Вместе с ней в салоне сидели Харт и четверо боевиков, имеющих боевой опыт, имена которых она даже не знала.

Полковника с ними не было. Несмотря на то что Поспелов настаивал на своём непосредственном участии в операции, давя на то, что его руководство будет наиболее эффективным именно на месте событий, Свиридова отказала. Ценность полковника Светлана Анатольевна отлично понимала и рисковать настолько дорогим активом не собиралась. Что‑то ей подсказывало, что даже если с федералами всё пройдёт гладко, ей ещё не раз пригодятся таланты Филиппа Васильевича.

«Да и мужик он надёжный и не урод», — неожиданная мысль заставила Свиридову смутиться.

«А главное, никогда не предаст».

Покинуть машину пришлось за несколько кварталов, так как весь центр Москвы был перекрыт блокпостами, причём не только из сотрудников полиции, но и военных. На некоторых перекрёстках Свиридова с беспокойством заметила БТРы, но голос полковника из гарнитуры, воткнутой в ухо, успокоил: все вооружённые силы в радиусе пары районов были учтены, а меры противодействия выработаны.

Пару раз группу Светланы, нагруженную сумками с оружием и боеприпасами, останавливали на блокпостах. Харт спокойно предъявлял свой паспорт, в котором было вложено несколько крупных купюр. Паспорт всегда возвращался без денег, а военные или полицейские мгновенно теряли интерес к группе.

Но в основном, конечно, досматривали редкий транспорт, а пешеходов‑одиночек вообще не трогали и свободно пропускали в обе стороны, хотя большие группы задерживали — и пару раз на глазах Свиридовой даже заворачивали обратно.

Благодаря грамотной координации всех групп полковником Поспеловым к зданию ФСБ все прибыли вовремя и без инцидентов.

— Готовность номер один, — донёсся до Свиридовой спокойный, чуть суховатый голос полковника.

Через секунду в конце квартала, вниз по улице, где на перекрёстке стоял БТР с парой взводов солдат, показалась тентованная «ГАЗель». Водитель, не торопясь, аккуратно развернулся и поехал в сторону блокпоста.

Лейтенант с усталым, раздражённым лицом вышел вперёд и повелительно махнул рукой, приказывая остановиться. Водитель начал притормаживать, но в последний момент вдавил газ в пол. Машина, взревев двигателем, словно пришпоренный конь, прыгнула вперёд, сбила не успевшего среагировать лейтенанта и врезалась в стальной бок железного монстра, мгновенно превратившись в огненный шар. Стоящих рядом солдат накрыло волной горящего бензина, смешанного для большей клейкости с битумом.

БТР за секунду превратился в горящий стальной гроб, а люди — в вопящие от боли живые факелы. Тех, кому посчастливилось не попасть под