Пространство - Джеймс С. А. Кори

узнали о ее последствиях. Самый простой способ подорвать любую стратегию – это свернуть ее без веских причин. Верховный консул в курсе происходящего. Он полагает, что план «око за око» по-прежнему сохраняет свои достоинства.

– И вы намерены ему следовать.

– Я выполняю приказы, доктор. Я – лаконский офицер, – сказал Сагали. – Как и вы.

* * *

Настроение команды «Сокола» проявлялось в мелочах. Джен вместо того, чтобы в задумчивости то и дело забегать в столовую, приросла к своему рабочему посту. Травон шлялся по кораблю, нервно постукивая большим пальцем по среднему при каждом обновлении данных с «Тайфуна» и Медины. Сагали большей частью не выходил из кабинета, избегал Элви, Фаиза и остальных научников, как будто их неодобрение для него что-то значило.

Где-то рядом с Мединой некий капитан вытянул короткую соломинку, и «Каприз Мирона» был избран кораблем-бомбой. На главном экране рой погрузчиков и дронов растаскивал груз из его трюма. Слабые вспышки их маневровых напоминали Элви кишение термитника.

Антиматерию запасали на Медине как раз для такого случая. Техники губернатора Сон должны были вывести корабельный реактор в режим, максимально близкий к критическому, и снять все предохранители, чтобы при взрыве бомбы к ее мощи добавилась неуправляемая реакция корабельного движка. Однако возникла проблема – как превратить корабль в летучий голландец при отсутствии движения сквозь врата.

Безопасную кривую рассчитывали на основе количества энергии и материи, направлявшейся через врата. Как правило, речь шла о том, чтобы не превышать безопасного уровня. А теперь требовалось довести ее до порогового значения, не посылая во врата кораблей. Согласно протоколу, как не уставал напоминать Сагали, следующим за эти врата должен уйти корабль с бомбой. Если они погонят перед ним дюжину других, враг может не понять мысли верховного консула.

Таким образом, им пришлось направить во врата массивный поток энергии. Магнитогенератору «Тайфуна» задача была по силам, но следовало позаботиться, чтобы магнитное поле не повредило чего-либо по ту сторону врат. От такого сочетания осторожности с безрассудством у Элви дух захватывало.

– Надо еще раз с ним поговорить, – сказала Элви.

– Повторить, что он не прав, в более сильных выражениях? – предложил Фаиз. – Проверить: вдруг он передумает, если ты возразишь пожестче?

– Он не так плох, – сказала она. И, сознавая, что именно «так», добавила: – Должен быть способ.

– Нет его, милая.

Джен смотрела на свой рабочий монитор. Она растянула губы, взгляд беспокойно бегал.

– В системе Танъявура восемьдесят тысяч человек, – сказала она. – Одна обитаемая планета с тремя городами и лунная база на главном спутнике. И они… в голове не укладывается. Их просто не стало.

– Может, у них все в порядке, – сказала Элви. – Просто… остались без связи. При таких делах им, может быть, лучше, чем нам.

– Если их солнце не взорвалось. Ходили такие слухи, нет? Строители протомолекулы выжигали целые системы.

Травон, взглянув на рабочий монитор, снова постукал пальцем о палец.

– Танъявур всего в восьми с половиной световых годах от Гердары. Если через восемь с половиной лет оттуда увидят вспышку, мы поймем, что случилось.

– Мне это не нравится, – сказала Джен.

– Никому не нравится, – согласился Фаиз. – Скажу честно, по-моему, старик Сагали должен был пропустить эту часть.

– Что? – переспросила Джен. – Нет, я не о том. В смысле, да, это мне не нравится. Но еще и это.

Она вывела на монитор сведения, которых Элви еще не видела. «Каприз Мирона» погас, его место заняли какие-то энергетические графики. Джен обернулась к товарищам, словно ждала, что они все поймут с первого взгляда.

– Я биолог, – напомнила Элви.

– Мы видим здесь излучение, исходящее из промежутков между кольцами. Прежде подобного не наблюдалось. Там нечему излучать. Этот пузырек пространства просто заканчивается на кольцах. Все, уходящее из него, исчезало, словно падало за горизонт событий. А с тех пор как… в смысле после нас… что-то вливается извне.

– Что-то стучит нам по крыше, – согласился Фаиз. – Это не утешает. Я обеспокоен.

– Как это объяснить? – спросила Элви.

– Не знаю. Просто данные говорят о том, что происходит нечто, ранее не случавшееся. И это не успокаивает.

Голос в памяти прозвучал ясно и отчетливо, словно над ухом. «Вся беда в разделении ответственности. Один отдает приказы, другой их исполняет. Один может сказать, что не он нажал на курок, другой – что он просто делал, что велели, и оба сорвутся с крючка».

Элви медленно выдохнула сквозь зубы.

И отправила Сагали запрос на связь. К его чести, отозвался он, не медля.

– Доктор Окойе?

– Адмирал, вы не могли бы подойти к нам в рубку? Я хотела бы, чтобы вы увидели вновь поступившие данные.

По короткой паузе она поняла, что он решает, не новая ли эта мина под план бомбежки. Реальность полученных данных еще не означала, что Элви не копает под план.

– Иду, – бросил Сагали и прервал связь.

– Мы всегда можем поднять мятеж, – бодро предложил Фаиз.

– Без шансов, – возразил Травон. – Я прокрутил позиции и навигацию. Даже если мы захватим корабль, «Тайфун» разнесет нас в пыль, даже не подпустив к вратам.

– Господи, Травон, – испугался Фаиз. – Я же пошутил.

– А, – сказал Травон. – Извини.

– Помнится, работала я когда-то простым ученым, – вздохнула Элви. – Мне нравилось. Хорошее было время.

Через пять минут в рубку явился Сагали – подплыл к своему посту, не замечая никого вокруг. Элви вспомнила его на этом же месте, еще мокрого после амортизатора и со слезами на глазах. Сейчас перед ней был другой человек. На миг она помимо воли восхитилась им. Сагали молча рассматривал дисплей. Самыми громкими звуками в рубке было гудение воздуховодов и постукивание соприкасающихся подушечек пальцев Травона.

Сагали обдумывал увиденное, слушая повторные объяснения Джен. Когда она закончила, подвсплыл, насколько позволяли крепления амортизатора. Бросил взгляд на Элви, и ей что-то такое в нем почудилось. Не благодарность ли?

Жестом он открыл канал связи.

– Адмирал Сагали? – прозвучал голос губернатора Сон. – Чем могу быть полезна?

В ее голосе до сих пор улавливался намек на протяжный говор долины Маринер. Элви задумалась, видеть ли в нем марсианский след на Лаконии, или это лаконцы несут свой говор в чужие миры и обратно. И была ли такая исполнительность особым свойством людей Дуарте или же шла от марсианского характера.

– Мои умники выдали аналитику, которую я хотел бы показать вашим умникам, губернатор. Может быть, пустое, но я рекомендовал бы приостановить работы над бомбой, пока мы не разберемся в увиденном.

После долгой паузы пришел ответ:

– Мне уже любопытно, адмирал. Пришлите, что там у вас.

– Спасибо, – сказал Сагали, и губернатор прервала связь. – Передайте