Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

яичницей, а когда Иван отпер входную дверь, взял термос и поднялся на второй этаж. В кровать возвращаться не стал, уселся за стол, развернул к себе телефон и набрал рабочий номер Гельмана.

— Артем, привет! — поздоровался с заместителем начальника Патруля. — Можешь охранников выделить? Из тех, что понаглей да покрепче?

— Проблемы? — насторожился Гельман.

— Нет, надо в Госпиталь съездить.

— Тебя вдруг немощь одолела?

— Ведьмы меня одолели, — прямо ответил я. — Тебя это не касается, просто одна история старая тянется. Не переживай, на днях с ней разберусь.

— Ты уж постарайся. Нам только еще с Лигой проблем не хватало!

— Людей пришлешь?

— Во сколько?

— К половине одиннадцатого пусть подъезжают. — Я вспомнил о разговоре с Ермоловым и добавил: — И еще один разговор есть. Точнее — будет. Я тебе на днях позвоню, постарайся подъехать.

— Только не говори, что у тебя не только с Лигой терки! — возмутился Гельман.

— Не кричи, — поморщился я. — Предложение поступило о сотрудничестве. Тебе это в первую очередь интересно должно быть.

— Нетелефонный разговор?

— Нетелефонный, да.

— Тогда звони.

— Договорились.

Я утопил рычажки, сразу отпустил их и позвонил в "Большую охоту". Ответил племянник Смирнова, с недавних пор работавший там продавцом.

— Это Слава, — представился я. — Гордеев уехал уже?

— Да, с самого утра, — зевнул Димка Смирнов.

— Запусти меня со двора, сейчас подойду, — попросил я тогда, кинул трубку на аппарат и снял куртку с вешалки.

Патронов к револьверу оставалось всего ничего, стоило пополнить боекомплект. Ну и одно предположение проверить хотелось, не без этого.

Внизу я крикнул Ивану, что ненадолго отлучусь, и вышел на задний двор. Постоял на крыльце, держа ладонь на рукояти револьвера, обругал себя последними словами за паранойю и поспешил к черному ходу оружейного магазина. Дима меня уже ждал.

— Патронов прикупить решили? — спросил он, протягивая руку.

— Ага. — Я ответил на рукопожатие и прошел в торговый зал. — Коля предупредил?

— Да, сказал, что зайти можешь. — Продавец отпер сейф и спросил: — Какие нужны?

— Четыреста десятый, — начал я перечислять, — пачку с простой картечью, две с зажигательной. Длинный сорок пятый — простые и "обманки".

Дима удивленно оглянулся на меня, но ничего не сказал и выложил патроны на прилавок.

— И запиши куда-нибудь, чтобы Коля счет выставил.

— Это понятно, — хмыкнул продавец и достал журнал учета. — Без понятия, какую он скидку сделает.

— Вот именно, — пробормотал я, вытащил из-под прилавка журнал продаж огнестрельного оружия и повел пальцем по строчкам.

— Ищете что? — забеспокоился Дима, вовсе не уверенный, что стоит давать доступ к этой информации посторонним.

— Да так, — неопределенно отмахнулся я, — надо кое-что проверить. Не обращай внимания.

"Кое-что" — это "Ругер Супер Рэдхоук" четыреста пятьдесят четвертого калибра. Серийный номер благополучно вылетел у меня из головы, но его окончание я запомнил накрепко — "двадцать семь" — и был уверен, что подобных револьверов продавалось не так много, чтобы опасаться случайного совпадения двух последних цифр.

Дима Смирнов напряженно засопел и принялся быстро составлять список купленных патронов, явно горя желанием освободиться и забрать у меня журнал.

— Что интересует-то? Может, подскажу? — предложил он, следя за мной краешком глаза.

— Нет, спасибо, — отказался я, отыскав нужную строчку.

Револьвер был продан пять месяцев назад некоему Ростиславу Ильичу Рогульнику, и эта странная фамилия почему-то казалась смутно знакомой. Впрочем, скорее всего, это был самообман — в качестве подтверждения личности было предъявлено удостоверение частного охранника с серией, зарезервированной для приезжих из Города. А я с горожанами никаких дел не имел.

— Нашли? — оборвал мои раздумья Дима.

— Все равно уже, — покачал я головой и передвинул журнал продавцу. — Патроны записал?

— Да, — кивнул Смирнов, с облегчением убрал журнал регистрации под прилавок и отвлекся на звонок домофона. — Одну минуту, — попросил он и отправился к двери.

— Да хоть две! — пожал я плечами и принялся рассовывать увесистые картонные пачки по карманам куртки.

Щелкнул замок, через порог шагнул плотного сложения мужчина в распахнутом овчинном тулупе и сдвинутой на затылок шапке.

— Привет, Васильич! — поздоровался я с зампотехом санэпидстанции. — Как оно?

— Ну, елки-палки, Слава! — пророкотал в ответ зампотех. — Только не говори, что Коля опять куда-то умотал!

— Я за него, — немедленно объявил продавец.

— Да не, — разочарованно махнул рукой Васильич. — Мне заказ оформить.

— Так я приму!

— Не, не пойдет, — покачал головой зампотех и спросил: — Слава, ты все уже? Пивом угостишь?

— Угощу, почему не угостить? Если за наличный расчет.

— Ну ты вообще!

Мы вышли на улицу, а Дима Смирнов с обреченным вздохом принялся замывать лентяйкой нанесенную несостоявшимся покупателем грязь.

— Слав, как у тебя по спирту? — спросил вдруг Васильич, когда мы спустились с крыльца.

— По графику, — ответил я, не став упоминать о почти сорвавшейся сделке с Лудином. — Осенью на полную мощность выйдем.

— Отлично!

— Неплохо, да. Тут одна идея появилась…

— Излагай.

Я распахнул дверь, пропустил вперед собеседника и направился прямиком за стойку.

— Надо бы ввоз дрожжей в Форт запретить. Чтобы только по согласованию с вами пропускали, — предложил, накачивая в бокал пиво.

— Чего это? — удивился Васильич, снимая шапку. — На каком основании?

— Придумайте что-нибудь, — пожал я плечами, откашлялся и предложил свою версию: — Потенциально опасные микроорганизмы и все такое.

— И какой в этом смысл? Дрожжи — не магический амулет, провезти в Форт не проблема совершенно.

— В том-то все и дело. Или вы просто на сертификатах на спирт денег срубить собираетесь?

Зампотех СЭС состроил удивленное лицо, но нисколько меня этим не убедил.

— Не понимаю, о чем ты, — сказал он, прикладываясь к бокалу.

— Будто я вас не знаю. Прижмете поставщиков спирта из Северореченска — получите благодарность от начальства, заодно денег срубите. Так?

— Дрожжи тут при чем?

Я вздохнул.

— Сертификат выдать — это единовременный платеж. А если при производстве спирта используют незаконно ввезенные дрожжи, так за это штраф слупить можно, разве нет?

— А легальные дрожжи будут только у тебя, правильно понимаю? — прищурился Васильич.

— Договоримся.

— Хорошо, передам начальству.

— Передай, — улыбнулся я, нисколько не сомневаясь, что подобный запрет обнародуют уже в самом скором времени. Легкие деньги, такими идеями не разбрасываются. И хотя совсем не уверен, что удастся подгрести тему с дрожжами под себя, у товарища Ханина одной головной болью станет больше, а это дорогого стоит. Посмотрим, как в "Западном полюсе" без дрожжей пиво варить будут.

Васильич допил пиво и отправился на работу, и почти сразу с улицы зашла парочка крепких парней. Иван Грачев напрягся, но я успокаивающе похлопал его по плечу.

— Порядок.

Один из крепышей, с узким белым шрамом на подбородке, частенько попадался на глаза в "штабе", их точно прислал Гельман.

Парень достал удостоверение частного