"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

и у нас будут проблемы. Если я куда-то пропаду и через, минимум, семь часов не объявлюсь, звонишь Анне. Она уже получила необходимые инструкции и знает, что делать. Но это на самый крайний случай.

— Почему так сложно? Пока я дозвонюсь до секретаря, потеряем время. Может, сразу прикинем, как действовать, если возникнут проблемы?

— В этом нет необходимости, — отрезал я. — Пока нет. Дальше будет видно.

— Как скажешь, Миха, — тяжело вздохнул Олег. — Ты главный.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я.

Появившийся из ниоткуда официант с подносом прервал беседу. Расставил пиалы с салатиками, тарелки с «крустами», две большие кружки с пивом, пожелал приятного аппетита и тихо исчез.

— Это что такое? — десантник с недоумением разглядывал четырехугольные квадратики запеченного теста с сыром и кружочками колбасы и красноватое пиво.

— Социалистическая пицца, — улыбнулся я. — Круста — одно из любимых блюд восточных немцев. Тесто, сыр, колбаса, бросаем заготовку в духовку и она готова.

— Понятно, — буркнул Олег. — Ну что же, попробуем, что это за круста. А чего у пива цвет такой странный?

— Оно с сиропом, — ухмыльнулся я. — Получился очень необычный вкус. Попробуй, сам убедишься. Местные его обожают.

Горячее тесто аппетитно хрустело на зубах, сыр и колбаски оказались на высоте, а салаты — свежими. Пиво тоже порадовало необычным кисло-сладким вкусом. Поэтому, получив счет двадцать две марки пятьдесят пфенингов, я, к удовольствию официанта, расплатился тремя десятками и отказался от сдачи.

После трапезы, мы немного прогулялись по мостовой, поймали такси.

— Кафе «Мирабель», на Унтер ден Линден знаете? — обратился я к пожилому хмурому немцу, сидевшему за рулем.

— Ja, — кивнул водитель.

— Отвезете?

— Ja.

«Удивительно немногословный товарищ. Впрочем, так даже лучше, не будет лезть в душу», — отметил я.

— Повозите меня по городу? — поинтересовался у водителя. — Возможно, понадобится меня подождать. Мой товарищ останется в машине. Я хорошо вам заплачу за простой и поездку — полтора счетчика. Договорились?

Хмурое лицо таксиста преобразилось, расплывшись в довольной улыбке.

— Ja, genosse[100], — ухмыльнулся он.

«Мирабель» оказалась вполне современным заведением. У стойки бармена сидело несколько человек, за столами молодой парень и девушка, пожилая семейная пара и одинокий старик. Изотова не было.

Я уселся, с недовольным видом полистал меню, затем встал и неторопливо покинул кафе. Ловить здесь было нечего. Спрашивать у бармена о Станиславе было глупо — ему могли доложить.

— Карл Маркс-Аллея, ресторан «Москва», — дал новый адрес, усаживаясь в машину.

Водитель кивнул и повернул ключ зажигания.

Огромное мозаичное панно на входе в духе лучших традиций соцреализма «Из жизни народов СССР» заставило меня улыбнуться. В прошлой жизни Изотов неоднократно упоминал о нём. Панно девять на пятнадцать метров создал Берт Хеллер, до конца пятидесятых годов, являвшийся ректором художественной академии Берлина, известный во многих странах своими мозаиками, плакатами и портретами.

Просторный зал ресторана, залитый солнечным светом, меня не заинтересовал. Я, игнорируя любопытные взгляды окружающих, вышел во внутренний дворик. И сразу же усмехнулся, заметив знакомое лицо за одним из столиков. Я помнил Изотова шестидесятилетним пенсионером, а тут сидел тридцатипятилетний мужчина в самом расцвете сил. Вместо лысины, вполне нормальная русая шевелюра, легкая седина слегка тронула виски. Глубоких морщин и усталого проницательного взгляда, характерного для пожилых и много повидавших людей, которыми Станислав запомнился в прошлой жизни, не наблюдалось — относительно молодой, крепкий и спортивный мужчина в строгом темном костюме.

Изотов увлеченно кромсал ножом и вилкой огромную отбивную, не обращая внимания на окружающих.

Впрочем, он оставался профессионалом, и моё движение к своему столику срисовал почти сразу. Поднял глаза, убрав от тарелки руки с приборами, взгляд сразу стал настороженным и колючим.

— Рад вас видеть, товарищ майор, — я улыбнулся и сел за стул напротив.

— Кто вы такой, откуда знаете моё звание и что вам надо? — внешне спокойно осведомился Станислав Иванович, отложив приборы на салфетки.

— Мое имя вам сейчас ничего не скажет, — нагло заявил я, проигнорировав пронизывающий взгляд майора. — Достаточно, что знаю о вас, Станислав Иванович, достаточно много.

— Что, например? — поинтересовался офицер ГРУ. Внешне он выглядел абсолютно спокойным, но внутренне напоминал сжатую пружину, готовую в любой момент взорваться резким движением.

— Станислав Иванович Изотов. Родился восемнадцатого августа пятьдесят четвертого года в селе Семеновка, Воронежской области. Хотите расскажу, как в пять лет отец выпорол вас ремнем, когда вы заблудились в лесу на пять часов? Или как в восемь лет с Митькой Косым нашли на месте боев неразорвавшуюся советскую гранату? Хорошо хватило ума спрятаться за деревьями, вырвать чеку и бросить её в пруд. Взрыва вы так испугались, что примчались домой и никому ничего не сказали, хотя шороху в Семеновке и Морозовке навели. Даже участковый бегал, людей опрашивал.

Брови Изотова изумленно поползли вверх:

— Откуда ты… вы знаете о гранате? Мы молчали как партизаны. Косой рассказать не мог, он через три года умер от воспаления легких. Если бы кому проговорился, я бы узнал, — пробормотал потрясенный Станислав Иванович.

— Мы знаем очень многое, товарищ Изотов. Даже о том, что вы с супругой Верой копите на новую кооперативную квартиру, покупаете здесь шмотки и посуду, а в Москве через родственников сдаете в комиссионки, — улыбнулся я.

— Это шантаж? — напрягся майор.

— Нет, — спокойно ответил я. — Просто демонстрация осведомленности. Можете не беспокоиться. Через полтора года статью о спекуляции полностью упразднят. Она и сейчас полностью формальна, тысячи кооперативов спокойно занимаются перепродажей на законном основании. Преследовать их запрещено на самом высшем уровне.

— И, тем не менее, на вопрос, кто вы такой и чего от меня хотите, не ответили, — криво усмехнулся Изотов.

— Называйте меня, допустим, товарищем Ивановым. Я представляю высокопоставленных товарищей из родственной вам структуры с поддержкой оттуда, — я многозначительно поднял глаза вверх. — Нам необходимо встретиться с Маркусом Вольфом.

— Зачем? — взгляд майора приобрел бритвенную остроту. — Для вербовки? Он уже три года в отставке и ничего не решает. Вы точно представляете КГБ?

— Я представляю людей, способных дать ему достойную работу, — туманно ответил я.

— А давай я тебя, голубя сизого, сейчас задержу и к нам привезу, — хищно оскалился майор. — Больно ты мутный товарищ Иванов, или как тебя там. Наши спецы быстро язык развяжут.

— Не