Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

с тщательно расчесанной бородой, уже имели отметки седины, но они его нисколько не портили. Вместе с пронзительным энергичным взглядом, они составляли образ, который, по мнению, как самих персов, так и прочих народов персидской державы, олицетворял подлинного властителя этого огромного царства.

  Царь Артаксеркс давно внимательно наблюдал за активностью македонского владыки, раньше греков признав в нем, не только нового кандидата в гегемоны Эллады, но и опасного для Персии человека. Слова тайного осведомителя полностью подтвердили самые худшие опасения персидского владыки.

  Доверенное лицо царя, он долгое время находился в Греции под видом малоазиатского купца и вот явился в Сузы с важным известием. Коринфский союз греческих полисов избрал македонского царя Филиппа верховным главнокомандующим всех эллинских сил для борьбы с персами.

 - Ты понял, о чем идет речь, Арша? – испытующе спросил Артаксеркс своего двадцатилетнего первенца. Его ему подарила любимая жена и сводная сестра, персидская царица Атосса. Похожий на царя не только лицом, но и духом, он был достойным наследником своего отца. Властно сдвинув подобно Оху, густые темные брови, царевич уверенно произнес:

 - Греки намерены вернуть себе Ионию отец, и потому сбиваются в единую кучу перед большой войной.

  Монарх одобрительно кивнул головой:

 - Ты правильно говоришь о новой войне мой сын, но сбиваются они не по своей воле. К этому их понуждает македонский царь Филипп, хитрый и очень опасный для нас противник. Что тебе известно о его войске, Гарпал? – спросил владыка своего шпиона.

 - У македонца очень сильное войско, царь. Самое лучшее во всей Элладе, – убежденно заявил Гарпал. - В битве при Херонеи его вооруженные сарисами воины, наголову разбили афинскую фалангу, а молодой царевич Александр своей кавалерией полностью уничтожил «священный отряд» фиванцев. Я был на этом поле после битвы, и оно представляло собой ужасное зрелище.

  При упоминании о наследнике македонского царя, лукавая тень пробежала в глазах Багоя. Он примерно догадывался, кто в свое время, мог наставить рога царю Филиппу.  Стоя по левую руку от царя, ибо по правую руку располагался царевич Арша, Багой внимательно слушал рассказ Гарпала готовый в любой момент сказать свое мнение по обсуждаемому вопросу. За годы общения с царем, он полностью изучил привычки повелителя и прекрасно знал, когда и что он может спросить.

  Внимательно выслушав мнение шпиона о силе войске македонского царя, Ох поинтересовался у Гарпала, почему же Филипп так мягко обошелся с Фивами и Афинами, удовлетворившись изгнанием из городов своих противников, не потребовав денег и покорности своей воле. Из Фив по его требованию было изгнано чуть больше ста человек, а из Афин вообще никого не изгнали. Не пострадал даже злейший враг царя - Демосфен.

  Захваченный врасплох вопросом царя, Гарпал не смог сказать ничего путного, тогда как Багой дал уверенный ответ:

 - Он не желает иметь у себя в тылу тлеющий очаг мятежа, на фоне готовящегося похода в Ионию, мой господин. Кроме этого македонцу необходим флот для переправы через Геллеспонт, а он в нужном для этого количестве, имеется только у афинян.

 - Ты как всегда трезво мыслишь Багой, – похвалил царь своего советника. – Я полностью согласен с подобным выводом, и лишь добавив к сказанному, что кроме флота царь  Филипп нуждается и в греческих воинах. Как бы, не были сильны его свирепые сариссофоры, они все же нуждаются в поддержке гоплитов. Не так ли, Гарпал?

 - Совершенно верно, государь. В битве при Херонеи, весь левый фланг македонца состоял из греческих наемников, которыми командовал полководец Антипатр.

 - В том, что македонец намерен напасть на нас в ближайшем будущем, я не сомневаюсь.

Сможем ли мы остановим царя Филиппа и его союзников? Твое мнение Арша – обратился к царевичу Артаксеркс.

 - Я ни минуты не сомневаюсь, наше славное войско, руководимое тобой государь, разгромит врага, едва только он ступит на землю Ионии. За все годы своего правления,  с благословения великого Ахумуразды, ты блистательно показал всем друзьям и недругам нашего царства, как умеешь громить своих врагов – гордо произнес царевич, чем вызвал восхищенный взор у Гарпала.

 - В твоих словах я слышу голос истины но, к сожалению, он ложен, - решительно не согласился с сыном царь. – Я всегда смотрел правде в глаза, и она не совсем такова, как ты говоришь, сын. У македонца сильная и опытная армия, воюя с который, даже имея тройное превосходство, я полностью не уверен в благоприятном для нас исходе битвы. Поэтому воевать с ним нужно очень осторожно, помня, любая случайность может решить исход всего дела. По этой причине не следует давать врагу решающего сражения у самых границ. Необходимо оборвать его связи с Элладой, увести от побережья вглубь страны. Навязать войну на истощения, когда, даже одержав победу над нашим войском, он не сможет в полной мере воспользоваться её плодами.

  Ох, говорил твердо, уверенно и с его словами было трудно не согласиться.

 - Если греки так сильны, тогда для борьбы с македонцем надо набрать как можно больше греческих наемников - быстро внес предложение  царевич, чем вызвал радостную улыбку у самого царя.

 - Дельная мысль, мой сын. Я тоже об этом думаю, когда размышлял о возможном вторжении греков в наши земли. Мы создадим три корпуса наемников по десять тысяч человек. Вместе с нашей тяжелой конницей и конными стрелками саков, думаю, смогут сражаться на равных с македонцами и их союзниками. У меня даже есть толковый командир этого войска - родосец Мемнон. Он прекрасно зарекомендовал себя в египетском походе, и у меня нет причин не доверять ему этот пост. Ты согласен с этим предложением, Багой или у тебя иные мысли?

  Египтянин сдержанно поклонился царю в ответ на его желание узнать мнение своего советника и неторопливо произнес.

 - Конечно, мы сможем создать такое большое наемное войско и мнение нашего владыки полностью верно, но есть более короткий путь в отражении вражеского нашествия.

 Все с интересом обратили свои взоры в сторону бритоголового советника, но тот только сдержанно кашлянул и царь понял его скрытый намек. Евнух не хотел говорить в присутствии Гарпала, и царь велел ему удалиться.

 - Говори – потребовал Артаксеркс после того как двери за шпионом закрылись и в зале остались всего три человека. Ещё раз, с почтением склонив перед монархом голову, Багой изрек:

 - Можно избежать войны с греками путем устранения македонского царя при помощи заговора. Коалиция греков держится только