Спокойный Ваня 5 - Павел Кожевников

— Опять мерещится всякое. — Буркнул Сазонов.

Таня от досады шибанула молнией в землю. Получилось громко, но неопасно.

— Понесла зверюшка к себе в нору игрушку. — Прокомментировал произошедшее майор. — Татьяна Павловна, не переживайте. Вряд ли Нобель действовал один. Концы всегда можно найти и размотать.

— Здесь не концы надо разматывать, а войну объявлять. Нельзя, чтобы к таким изобретениям у кого-то единоличный доступ был. — Успокоенный тем, что смерть ему не грозит, барон снова начал мыслить профессионально. — Татьяна Павловна, мне нужен ваш конструкт связи. Пётр Николаевич и ваш отец должны непременно узнать о произошедшем. И как можно скорее.

Глава 5

— Ваше Императорское Высочество, выкуп земель передали в ведение военного министерства. — Докладывал граф Ивойлов. — Через них будет дороже, зато сделки завершатся намного быстрее. Не принято у нас с военными спорить.

— Но земля тоже им отойдёт. — Заметил Пётр Николаевич.

— Пусть. Нам главное в кратчайший срок обеспечить периметр. Захочет Иванов потом землю под себя забрать, пусть сам с военными торгуется. Не сильно обеднеет.

— Когда первые части прибывать начнут?

— На следующей неделе…

В это время замигал огонёк над переговорником Иванова.

— Танюша? Что-то важное? Я сейчас немного занят. — Пётр Николаевич ответил на не вовремя пришедший сигнал вызова.

— А вы, дядя, найдите немного времени! — Рассерженной кошкой прошипела Татьяна. — Почти все ваши люди мертвы. Иван серьёзно ранен. Если этого для вас недостаточно, то дальше я все вопросы решу самостоятельно. — Под конец она рычала в переговорник. — Я требую головы заказчиков! Меня не интересуют отговорки и причины!

— Танюша, подожди, я не понимаю, о чём ты говоришь⁈ — Пётр Николаевич сделал знак графу Ивойлову присаживаться в кресло.

— Передаю разговорник Сазонову. Он объяснит. — Отрезала Татьяна.

— Ваше Императорское Высочество, это барон Сазонов… — Дальше последовал длинный, а главное, подробный доклад.

— Понял тебя. — Задумчиво ответил глава ГБ. Впрочем, пауза длилась недолго. — Таня, ты слышишь меня?

— Слышу. — Всё ещё недовольно ответила девушка.

— Объясни мне, что это был за медведь?

— Дух-хранитель горы. Его Иван оживил незадолго до встречи с Нобелем. Подробности нужно у него спрашивать.

— Плохой из него хранитель получился. Судя по результату нападения.

— Он всего лишь животное. Мишка даже не словами общается, а образами. У него разум, как у маленького ребёнка. — Попыталась заступиться за духа Татьяна. — Но зато он уничтожил всех нападающих, когда понял исходящую от них опасность.

— Понял тебя, Танюша. И правда, хороший дух. Ты случайно не знаешь, что он с Нобелем делает? Нам останется что допрашивать?

— Не знаю. Но если бы он его не унёс, вам бы точно ничего не досталось.

— Таня, пока ничего не предпринимай. Хорошо? — Вкрадчиво попросил Пётр Николаевич. — По крайней мере, местное отделение Архива не трогай. Я привезу тебе на растерзание шишку поважнее. Я согласен с мнением Ивана, что Архив в этом деле замешан по уши.

— Когда вы приедете?

— Если мне не изменяет память, через час отходит ближайший экспресс до Симферополя. Соберу всех, кого смогу, и выеду. — Пётр Николаевич не удержался от вздоха. — Ты не представляешь, как не хватает оперативной связи именно в такие моменты.

* * *

В себя я пришёл резко. Меня с трудом подняли майор и двое мужиков деда Степана, собираясь куда-то нести.

— Положите на место. — Хрипло распорядился я.

Грудь ныла и жутко чесалась в тех местах, куда попали пули, но нейросеть больше не заходилась благим матом насчёт отравления. Меня бережно опустили на землю. Я приподнял голову и осмотрел дыры в своей груди. Зрелище было жуткое. От рубашки остались одни ошмётки. Обгоревшая плоть, в местах попадания пуль, плавно переходила в покрасневшую кожу.

— Кто это меня так? — Я не верил, что нейросеть сама отторгла заражённые ткани столь зверским способом.

— Сначала твой мишка выдрал пули, потом он привёз Таню, и она выжгла оставшийся яд. — Меланхолично ответил майор. — Болит?

— Больше чешется. Нужно промыть дырки.

— Воды нет. Даже в машине. Убрали подальше из-за Нобеля. Ты вообще как себя чувствуешь?

— Жить буду. — Я аккуратно сел. Повреждённые мышцы тянуло, но острой боли не ощущалось. — Помоги встать. — Попросил я. — Где Нобель?

— Мишка унёс куда-то. То ли сам решил сожрать, то ли от Татьяны Павловны спасал. — Майор помог мне подняться. — Мужики, несите воду. Его Величество от жажды страдает.

Барона Сазонова, сидящего на земле, и нависающую над ним Таню, я заметил сразу. И мне очень захотелось присоединиться к их разговору, так как переговорник в руке барона я тоже узнал. Услышав мой голос, Таня оглянулась.

— Пошли пообщаемся. — Я сделал шаг в том направлении. — Где пули, которые из меня мишка достал? — Пришла неожиданная мысль от нейросети.

— Уверен, что они тебе сейчас нужны? — Уточнил майор, одновременно придерживая меня за спину.

— Нужно посмотреть, что с ними не так. — Не стал я вдаваться в подробности. — Что с нападающими?

— Мишка о них позаботился. Плохо, что он поздно появился. У Сазонова почти все люди погибли.

— Ваня, ты как? — Спросила подбежавшая Таня.

— Вроде живой. Это ты меня так подлатала? — Я приложил руку к самой большой дыре в боку.

— Яд распространялся. У меня не было другого выхода. — Никакой вины в её голосе не чувствовалось. — Мишка показал, где выжигать нужно было. Может, тебе рано вставать?

— Татьяна Павловна, держите его. — Попросил майор. — Пойду пули поищу.

— Майор, найди хоть одну. Если медведь мои съел, то достань из кого-нибудь другого.

Убедившись, что я не собираюсь падать, он отошёл немного в сторону и почти сразу поднял с земли пулю. Голыми пальцами брать не стал. Использовал обрывок ткани от моей рубашки.

Я остановился и начал её рассматривать. Нейросеть не возражала, когда я взял пулю пальцами. Никак не получалось понять, из какого металла она сделана. Удельный вес большой. Больше, чем у стали, точно. Но это не свинец, хотя цвет похож.