Практикантка межгалактической скорой помощи - Сусанна Ткаченко

— Милая, смирись, что деньги выиграю я, — хохотнул поднявшийся следом за ней Нил Орлан, — и мне для этого не нужно устраивать опрос.

— О, я же тоже еще ставку не сделала! — хлопнула по столу незнакомая медсестра и, подскочив, ушла за ними следом.

В столовой остались только практиканты.

— Это возмутительно, что они делают на нас ставки, — прошипела Бетта.

Но ее опять никто не поддержал. Парни просто пожали плечами, их гораздо сильнее интересовало другое.

— Мысел, дружище, а может, ты сейчас пойдешь к док-командеру и возьмёшь самоотвод от отбора? Видно же, как тебе всё тут не нравится, — предложил Крит Аполлоне.

Церебра насупился и яростно замотал головой.

— С чего ты взял? Мне всё нравится. Более того, я сейчас пойду и расскажу док-командеру обо всех своих умозаключениях по итогу истекших суток. Думаю, он будет рад узнать от прирожденного аналитика вердикт по каждому практиканту.

И так он это важно сказал, что я призадумалась. Эруды действительно прирожденные аналитики, они хороши в анализе эмоционального фона, потому прекрасные психиатры. Они легко могут вычислить патологию в поведении человека. Или, как в нашем случае, определить, кто с какой целью явился на корабль, кто что-то скрывает, кто замышляет недоброе. А может, этот Мысел вообще не практикант, а шпион Хелиоса? Мне сразу показалось, что десять практикантов — очень много. Может, часть стажёров — шпионы?

Я покосилась на Бетту. Зверица невозмутимо допивала энергетический коктейль и как будто вообще Церебру не слышала.

Мы закончили завтракать и пошли в дежурку (кроме вызванного в кабинет эруда), но вместо ординаторской попали на какое-то дурацкое шоу.

На полу без признаков жизни лежала медсестра, а над ней склонились доктор Орлан и Фёкла.

— Опять сердце остановилось! Совсем плохо приживается душа! — причитала фельдшер.

— Неси дефибриллятор! И стволовой шприц!

— Надо Хела позвать, пусть он сам проведет нанореинкарнацию! — натурально паниковала Петрова.

Практиканты побледнели, засуетились, кто-то бросился к выходу, но дверь оказалась заблокирована, кто-то кинулся помогать оживлять медсестру.

— У неё чужая душа?! — в ужасе завопил Енисей.

Бетта принялась громко принюхиваться. Я же закатила глаза, прошла к дивану, села и закинула ногу на ногу.

— К чему этот цирк? — спросила хмуро. — Медсестра прячется в шкафу, а на полу лежит напечатанный Марией на принтере манекен. Пересадка души в настоящее время невозможна. Вы рассчитывали таким образом проверить нашу стрессоустойчивость?

Дверца шкафа распахнулась, и из него появилась довольная девушка.

— Меня Сена Пари зовут, — сказала она, дружелюбно помахав мне рукой, и как ни в чем не бывало уселась прямо на письменный стол.

Фёкла хохотнула и поднялась с пола, а доктор сам встал и заготовку с пола поднял.

— Молодец, Лара! Поставлю-ка я всё же на тебя, — заявила фельдшер.

И в дежурке как-то похолодало… А стажёры одарили меня неприязненными взглядами.

— Так нечестно. Лара уже изучала стволовую нанореинкарнацию, а мы только собираемся, — пробурчала Бетта.

— Это тут ни при чем, — возразила Фёкла. — Стажёр Стром усвоила урок и не поленилась проанализировать обстановку, а вы трое сразу запаниковали и опять проявили излишнюю эмоциональность.

Поспорить с фельдшером никто не успел, потому что дверь открылась и в нее вошел хмурый Мысел Церебра.

— Стром, твоя очередь от док-командера получать, — процедил эруд и шагнул в сторону, освобождая проход.

А мне-то за что получать?! Я медленно поднялась с дивана.

Шла в кабинет, ругая себя на чем свет стоит. «Лара! Ты совсем уже свихнулась и превратилась в какое-то одноклеточное! А ну вспомни, что ты умная девушка и ничего эдакого пока на корабле не делала! В конце концов, ну и что будет, если Хел тебя не возьмет? Вообще ничего, кроме уязвленного самолюбия. И то ругать за провал тебя никто не будет. Наоборот — обрадуются и сделают всё, чтобы он скорее забылся. Может быть, папа даже подарит личный круизер для космических перелетов — будешь летать на Окитанию когда захочешь!»

Я настроила себя решительно и в дверь командира стучала уверенно.

— Войдите, — раздалось, когда она убралась в стену.

Вошла.

— Вызывали, док-командер?

— Проходи садись, — ответил Хел и махнул рукой на кресло, стоящее у его стола.

Я села с прямой спиной и посмотрела на Вегу прямо, без всякой робости.

— Какие-то вопросы к моей работе? — спросила, выгнув бровь.

— Да, Лара. По школьной работе, — внезапно заявил он и вывел на большой настенный экран мой старый доклад.

Вообще-то работа была достаточно сырая. Детская, можно сказать. Я ее показала Хелу лишь для того, чтобы подчеркнуть свою давнюю заинтересованность в его любимой теме. Никак не ожидала, что мы будем ее обсуждать. Сглотнула сухим горлом и пробежалась взглядом по строчкам доклада. Там говорилось, что душу невозможно переселить в искусственно созданное тело, потому что Непостижимый Наблюдатель сделал так, что в момент зарождения живого существа творится недоступная нам магия, которая и удерживает душу в теле…

Я и сейчас была в этом убеждена.

— …А вам кажется, что магия Наблюдателя — глупости? — спросила я с легким вызовом.

Не так чтобы дерзко или грубо, но показывая, что готова защищать свою точку зрения.

— Я не об этом хотел спросить. Скажи, ты эту работу где-то публиковала?

— Нет. Я показывала её только учительнице биологии. Она, кстати, даже оценку мне за доклад не поставила — сказала, что может оценить этот антинаучный труд только на низший балл, но у нее рука не поднимается, — пожала я плечами.

Ну еще бабуле показывала и папе. А маме эта тема никогда интересной не казалась. Она у нас больше по вопросам старения и красоты.

— Дело в том, что одна девица из влиятельной семьи твою работу выдала за свою…

Я нахмурилась, мгновенно сообразив, на какую девицу он намекает. Но дело в том, что Поларис Астромеди — это я и есть, поэтому точно знаю, что нигде работой не размахивала. Бабуля что ли?!

— Да бросьте, док-командер, восемь лет назад эта тема взбудоражила многие умы. Скорее всего, девушка пришла к схожим с моими выводам, — отмахнулась я с улыбкой.

Мне для себя любимой вообще ничего не жалко.

— Сомневаюсь. Эти избалованные детишки запросто воруют чужие идеи и выдают за свои. Я собираюсь по возвращении встретиться с её родственницей и вывести обожаемую внучку, которой та везде хвастается, на чистую