Дворник 10-го уровня. Том 4 - Дмитрий Дорничев

— Огонь! — раздался приказ офицера, и… серьёзно? Да! Серьёзно!

Солдаты, у кого было оружие, вскинули его и… выстрелили! Я успел спрятаться за один надгробный камень, но вспомнил, что духам плевать на преграды!

Или нет… Пули ударились о камень, и он затрясся! Но тут же несколько пуль вонзилось в ноги и бок! Некоторые уродцы подходили с боков…

Тело болезненно укололо, но это была другая боль. Сложно её описать. Ран при этом не было. А вот пёс взвыл! По нему пришёлся основной залп.

— Пёс, уходим! — крикнул я и побежал, что было сил. Но… мы же на сопке!

Едва успел прыгнуть за дерево, как с десяток пуль больно укололи, и я упал, зарычав от боли. Эта штука не пробила одежду, но больно!

Коснувшись себя перчатками, дал разряд!

Внимание!

Ты наложил на себя временный эффект «Реанимация» и получаешь +49 Живучесть на 12 секунд.

По телу пробежалась волна тепла, и я, вскочив на ноги… ударил битой скелета! Ему снесло голову, и скелет осыпался. Но не уйдёшь!

Ты уничтожил миньона Мстительного призрака и получил 1 ОК.

Я очистил не злого духа, а именно миньона?.. Странно. Но ладно. Рванул дальше и был сбит резко прыгнувшим на меня зомби! Да у него ноги сгоревшие, и в теле дыра!

Он повалил меня и попытался ударить ножом в грудь, но я перехватил руку! Зомби оказался… сильным! Мне с шестнадцатью Силы было нелегко!

Я ударил по нему ветром, что было сил, и сбросил с себя зомби, а затем перекатился в сторону, чтобы не получить залп! Тут же взвыл пёс, который бился чуть впереди.

— Уходим! — вновь прокричал я и, поднявшись, потому что ещё действовала Реанимация, побежал в город.

Пёс, разбросав толпу зомби, рванул за мной, но его подстрелили! Сотня стволов дала залп, и огромный пёс покатился… Однако встал! И тут появился призрак с катаной!

— Стой! — крикнул я на японском, и призрак застыл, но, обернувшись, оскалился.

— Вы все умрёте, — заявил он и получил шокирующим разрядом в грудь. Точнее, я туда целился, но офицер перехватил его катаной. Но… разряд прошёлся по лезвию и поразил призрака.

— Беги! — крикнул я и битой огрел ещё одного скелета.

Пёс же пробежал через офицера и рванул ко мне. По нему и по мне стреляли, но зверь терпел и, подбежав, ловко поддел меня головой, закинув себе на спину. Правда, я оказался в лежачем положении и смотрел на собачий хвост. А также на зомби, которые в нас стреляли.

Пара пуль попала мне в руку, которой я прикрыл лицо. Словно в меня из страйкбольного оружия стреляют! Или из пневматики… Если бы не Живучесть тридцать, я бы и помереть мог…

— Жалкий трус! — услышал я взбешённый вопль.

Так и хотелось ответить, но мы уже влетели в город. Рядом была гостиница, и кричать на улице прям совсем не стоит… И пёс как-то чувствовал камеры и огибал их. Оттого маршрут был странный, но вскоре мы примчались к лесу у реки.

Пёс свалился, и я с него… Оба стонали. Всё болело…

— Спасибо… — сказал я собаке, и в ответ он что-то проскулил.

Приподнявшись и простонав, я подкатился к зверю, который всё ещё был размером с быка. Коснувшись его ладонями, дал Реанимацию. Но лишь на двенадцать секунд, и всё, сил больше нет.

Распластавшись на траве, так и лежал, слыша шум реки и тяжёлое дыхание собаки. Но тот стал меньше и, облизав мою щёку, прижался. И я прижал к себе собаку. Сразу стало теплее…

Пёс тихо поскуливал, так как раны болели, и тогда я достал монету. Одну закинул себе в рот, а вторую — в рот собаке. Тот раскрыл глаза от удивления, но монету проглотил.

— Благодарность, — сказал я и погладил шерстяного.

Тот лизнул меня прям в лицо… противно…

Мы продолжили отдыхать и валялись почти час. Я то и дело давал нам Реанимацию на десять секунд, и мы постепенно оживали.

— Вот так зашли… Тот призрак совсем лютый, — ворчал я.

— Гав! — согласился пёс, которого я обнимал и гладил.

— И главное ведь, за что так зол? Мы первые Курилы колонизировали и хорошо относились к местному населению, айнам. Это японцы захватили остров, и промолчу, что сделали с местным населением, — ворчал я.

— Гав! — ответил тот.

— Вот-вот, а теперь: «Умри, русский воин!»…

Пёс лизнул меня, а я дал ему Реанимацию, и уже через полчаса мы шли вдоль реки.

— Тогда на этом всё. Иди отдыхать. Завтра продолжим, — погладил я пса, и тот вновь лизнул меня. Для этого он встал на задние лапы, передние положил мне на плечи, и всё моё лицо стало мокрым от собачьей слюны…

Затем пёс убежал, хромая на одну лапу, да и я похромал в отель. Нам сильно повезло, что призрак не последовал за нами. Наверное, ограничен кладбищем…

Шагая по побережью, слушал шум волн, он успокаивал. Но, блин, холодно! Конец августа называется… Так что я поспешил в отель.

Ну как поспешил… Едва полз, всё же всё тело болело. Иногда давал себе Реанимацию, но эти призрачные пули — штука злая. Прям сильно!

Подходя к отелю, уже вовсю зевал, а там около пруда с рыбой, меня «ждали». К счастью, не враги…

— Ой, Миш, ты чего так плохо выглядишь? — спросила Чикки и подлетела ко мне. А я весь в грязи, да и в синяках…

— Подрался с зомби и проиграл, — покривил я лицом и кинул взгляд на двух ёкаев рядом. Первый выглядел как толстый человек с нижней половиной паука. Он был крупнее Чикки. Раза так в два. А рядом стоял мальчик в кимоно. Это, я так понимаю, дзасики-вараши.

— Это «они»?

— Да. Это ёкай маккура-каэси, известен как «переворачиватель подушек». Он вызывает ночное удушье и кошмары. А Нио, — кивнула она на дзасики-вараши, — устроит ему «сладкую жизнь».

— Для начала сойдёт, — сказал я и начал рассказывать им, кто такой Антон, почему он — мудак, и показал то видео-компромат.

— Злой человек, очень, — подтвердил мелкий.

— А ещё он теперь Одержимый и стал ещё злее, — добавил я. — Поэтому он должен страдать, — сказал я и ощутил давление Мира… Да не торопись ты! Дай договорить!

Выдохнув, ощутив,