Ужасающие Странствия Темного Владыки - Guiltythree

class="p1">Корабль сам по себе был похож на город: на нём были десятки огромных палуб, прекрасные дворцы, высокие пагоды, возведённые на его поверхности, и великие тайны, скрывающиеся в его безграничных трюмах. Здесь были дикие рощи, стремительные ручьи, глубокие озёра и нежные луга.

Это был Ночной Сад, Великая Цитадель, которой правила Святая Джет, Наместник Юга.

Когда чудесное судно принадлежало Дому Ночи, оно было в основном заброшенным. Хотя тысячи Пробуждённых называли его своим домом, их число было недостаточным, чтобы заполнить многочисленные палубы и бесчисленные трюмы — большинство дворцов и пагод стояли пустыми, многие нижние палубы оставались неисследованными, а рощи росли неухоженными.

Теперь всё изменилось.

Миллионы беженцев прибыли на борт великого корабля через Врата Сна, и Ночной Сад преобразился.

Дворцы стали обитаемыми жилищами. Дикие рощи превратились в возделанные фруктовые сады. Луга стали плодородными полями. Дети играли на берегах озёр и купались в прозрачной воде…

Бесчисленные разноцветные фонари освещали плавучий город, и он сиял, как яркая жемчужина, в тусклых сумерках туманного моря.

Наев со сложным выражением лица наблюдал за оживлённым пейзажем Ночного Сада с точки обзора на носу корабля. Приятно было видеть, как Великая Цитадель вновь преодолевает опасные просторы Штормового Моря… приятно было и то, что она стала такой живой и процветающей, домом для бесчисленного множества людей.

Но в то же время он не мог не вспомнить о его прежнем безмятежном спокойствии… о покое под звёздами в те времена, когда Ночной Сад был под властью его клана.

Его бывшего клана. Дома Ночи больше не существовало.

«Папа!»

Услышав детский голос, Наев стёр меланхолию с лица и обернулся с улыбкой. В следующее мгновение девочка с глазами и волосами цвета индиго на полной скорости бросилась в его объятия — он поймал её и закружил, тихо рассмеявшись.

«Подожди, подожди… ты уже слишком большая, чтобы таранить твоего бедного папу, как голодная акула…»

Девочка яростно нахмурилась.

«А вот и нет!»

Наев снова рассмеялся.

Его дочери было уже двенадцать — факт, в который он иногда с трудом верил.

Его семья присоединилась к нему на борту Ночного Сада несколько месяцев назад. Но даже тогда ему не удавалось проводить с ними столько времени, сколько хотелось бы, поскольку было слишком много кораблей, нуждавшихся в руководстве, и слишком мало Ночных Странников, оставшихся в живых.

Так что их жизни были неравномерно распределены между Штормовым Морем, где нужно было обустраивать Ночной Сад и остальные Цитадели и защищать их от опасностей Царства Снов, и миром бодрствования, где морские конвои должны были служить последней хрупкой связью между изолированными Квадрантами.

После отвоевания последних Цитаделей Штормового Моря и особенно после того, как Меняющая Звезда использовала Врата Сна, чтобы эвакуировать последних оставшихся людей из Южной Америки, стало немного лучше… и всё же, когда в Восточном Квадранте бушевала война, а инфраструктура мира бодрствования медленно разрушалась, ни у кого не было времени на отдых.

Поставив дочь на палубу, Наев погладил её по голове.

«Ты уже закончила со школой на сегодня?»

Школы появились сравнительно недавно. Поскольку в Царстве Снов уже поселились миллионы людей и бесчисленное множество должно было прибыть в будущем, здесь, естественно, было много детей — кто-то прибыл с родителями, кто-то родился под чужим небом. Всех этих детей нужно было воспитывать и обучать.

За четыре года, предшествовавших войне, Домен Мечей и Домен Сонг мало что сделали в этом отношении. Школы, конечно, были, но их было слишком мало, и даже те, что были созданы, не имели единой программы обучения и единого видения. Поэтому большинство детей либо обучались на дому у своих родителей, либо передавались на попечение воспитателей, выбранных из членов небольших общин беженцев, пока родители работали.

Создание комплексной школьной программы для детей, которым предстояло расти в этом странном новом мире, тоже было непростой задачей. Ведь Царство Снов часто отказывалось следовать законам, которые на Земле казались аксиомой. Должны ли были учителя объяснять своим ученикам, как работает электричество, учитывая, что здесь оно работало иначе или вообще не работало?

Правда, Наев слышал, что кому-то в Бастионе удалось построить действующую гидроэлектростанцию. Если это так, то Ночной Сад наверняка скоро получит выгоду, учитывая, что сам великий корабль, как известно, притягивал и поглощал молнии из бесконечных штормов.

В любом случае, после войны ситуация изменилась. В дело вмешалось правительство, прибегнувшее к услугам многих известных экспертов Царства Снов. Насколько Наев знал, руководителем проекта был некто по имени Джулиус — опытный исследователь и уважаемый академик Первого Поколения, ранее работавший инструктором в Академии Пробуждённых.

Под руководством энергичного старика были быстро разработаны, усовершенствованы и внедрены принципы всеобщего образования. Ночной Сад находился в основном под контролем правительства, поэтому он стал первым городом, получившим выгоду от образовательной инициативы — в других городах Царства Снов тоже вскоре откроется достаточно школ, чтобы принять всех детей, но здесь дети уже получали достойное образование.

Судя по всему, дочери Наева очень нравилось учиться.

Именно поэтому он удивился, увидев её до того, как занятия должны были закончиться.

Она кивнула с ухмылкой.

«Учитель отпустил нас пораньше! Сказал что-то насчёт того, что нам нужно вернуться домой до… перехода?»

Наев помедлил несколько мгновений, а затем вздохнул.

«Верно. Так почему ты не дома, юная леди?»

Девочка усмехнулась.

«Зачем мне идти прямо домой, если нет домашнего задания? Папа… ты с ума сошёл⁈»

Затем она хихикнула и сказала:

«Я встретила дедушку по дороге. Он привёл меня сюда».

В этот момент сзади раздался звук неловкого покашливания. Там стоял мужчина с гладкой тёмной кожей и идеально белыми волосами, его глаза сверкали оттенками индиго и глубокого синего. Его возвышающаяся фигура была широкой и грозной, но в данный момент на его лице было глубоко мрачное выражение.

«Соплячка, я же просил тебя не называть меня дедушкой».

Она невинно посмотрела на него.

«Но дедушка Кровавая Волна… ты дядя моего отца. Значит, ты дедушка!»

Святой Кровавая Волна молча уставился на неё, а затем вздохнул.

«…Двоюродный дядя. По крайней мере, называй меня двоюродным дедушкой».

Наев поймал себя на том, что смотрит на свою дочь, чувствуя одновременно тепло и холод.

«Хорошо. Это хорошо».

Хорошо, что она может улыбаться, ухмыляться, смеяться и дразнить старших, не задумываясь. После всего, что они пережили за два года до этого, — всего ужаса, всех потерь и всех перемен — сам Наев редко мог улыбаться, не заставляя себя.

Дети были гораздо выносливее взрослых.

Поэтому он надеялся, что его дочь и её сверстники построят в будущем лучший мир.