"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

— Нам сюда. — Деймонд указал на пространство под лестницей. — Экскурсию по основным залам проведем после, хорошо? Феликс нас заждался.

— Мы не должны… м-м, зарегестрироваться? Мы можем тут так просто ходить?

— Ты же со мной. А я с Феликсом.

Харпер нехотя дала себя увести. Протиснулась вслед за Деймондом в маленькую невысокую дверь, что пряталась среди стены и открывалась с помощью магии: требовалось уколоть палец о торчащую иглу из светильника. И едва оказалась в тайном зале, тут же уставилась на высокие книжные шкафы, заставленные книгами и древними фолиантами, на лестницы с резными перилами, что уводили на балкон второго этажа, тоже сплошь заставленный шкафами. Деймонд провел ее меж рядов и вывел в центр зала, где стояло несколько столов с зелеными светильниками. Зал таился внутри библиотеки, поэтому здесь не было окон, лишь искусственный свет, что создавал полумрак и мистическую атмосферу.

— И это все книги? Ого.

— Преимущественно тут книги моего мира. О моем мире. Много редких изданий, — пояснил Деймонд.

Со второго этажа по лестнице сбежал Феликс. Педантичный рыжий мужчина с короткой стрижкой, волосы укладывал гелем, и пусть хоть одна волосинка попробует выбиться. Всегда в костюме, идеально выглаженном, со стрелками на черных брюках. Сегодня он снял пиджак, оставаясь в рубашке и фиолетовой жилетке в клетку.

Феликс знал, что умен. И не забывал это показывать. И презирать каждого, что так не считал. Но еще был замечательным другом и умел поддерживать так, как не каждый человек способен. Всегда веселый и готовый тусить без перерыва.

О, жаль Харпер не попала на вечеринку Феликса по случаю его тысячелетия. Вот это и правда было легендарно!

— Харпер, это Феликс, — представил Деймонд, едва Гордыня к ним подошел.

— Приятно познакомиться, — просипела Харпер. Еще не поняла, кого встретила, но уже ощущала силу, идущую от греха. Темную, манящую и грязную. Она обволакивала изнутри, сжимала органы, подчиняя своей власти.

— И мне, прекрасная дама. — Феликс поцеловал руку Харпер, та вздрогнула. Он улыбнулся краешком губ, спуская свой поток с поводка. Обычно он вел себя сдержанно, ведь помнил, как на смертных влияла его сила, но сегодня он был слишком заинтригован избранной, чтобы держать себя в руках.

— Это Гордыня, — пояснил Деймонд. — Один из семи смертных грехов.

Ожидаемо, Харпер оцепенела. Открыла рот, но что сказать не нашла. Зато сумела сделать шаг к Деймонду. Ждет его защиты? Это здорово! Кажется, он уже почти завоевал ее доверие!

— Он мой друг, не бойся.

— И ты не сказал…

— Чтобы ты сначала увидела, какой я очаровательный молодой человек! — раскинул руки Феликс. — Приступим?

Феликс затерялся в рядах меж книжных шкафов, а Харпер оторопела посмотрела на Деймонда. Вскинула брови и не издала ни звука. Кажется, сформулировать вопросы у нее не получалось.

— Ну, подумаешь один из семи смертных грехов. Он хороший парень. Немного… странный. Заносчивый. Душнила еще тот иногда! Но хороший друг. Я полжизни его знаю, лучше друга у меня никогда не было.

Феликс вернулся со стопкой книг, положил их на один из столов и поманил к себе ребят. Оглядел Харпер голодным взглядом: ее скромное декольте и белый воротничок, платье по колено и ноги в черных колготках, вернулся к лицу. Кокетливо улыбнулся.

У грехов нет души, любовь им чужда. Но вот секс любит каждый (особенно блудница Лав). А Гордыня больше всего любит завоевывать, собирать воспоминания о победе, словно трофеи. И трахать красивый девушек, разумеется. А Харпер, очевидно, ему приглянулась.

— Прежде чем мы начнем, — деловито заговорил он, спрятав руки в карманы. Не сводил глаз с покрасневшей Харпер, что жалась к Деймонду. Магия греха была направлена на нее, но даже он ощущал жар, идущий от Феликса, его пыл, желание, что забиралось за ребра, сжимало сердце, но затем следовало ниже, чтобы разжечь страсть. — Вы…

— Не вместе, но тебе тут нечего ловить, — осадил Деймонд. Магия потухла. Феликс разочаровано вздохнул. — Нечего же?

— А? — Харпер дёрнулась, осознавая, что Деймонд обратился к ней.

— Он хочет с тобой переспать, веснушка.

— Ну зачем ломать все веселье! — воскликнул Феликс. — Так же неинтересно!

— Нечего ловить! Абсолютно! — крикнула Харпер, подходя еще ближе к Деймонду.

— Ладно. Понял. Друзей друзей не трогаю и не домогаюсь.

Феликс указал на стол, предлагая начать. Деймонд выдвинул стул и велел Харпер садиться. Она с грустью посмотрела в сторону, где прятался выход, но послушалась. Деймонд сел рядом. В одном он был уверен: без разрешения Феликс Харпер не тронет. Да, любит секс, завоевывать, но не насиловать. Он никогда не простит себя, если рядом с ним девушка будет плакать и скулить от боли в подушку. О, нет! Он любит, когда под ним сходят с ума от наслаждения, и никак иначе.

— Лекцию проведешь? — спросил Деймонд, закидывая ноги на стол. Феликс столкнул их на пол, но широко улыбнулся: пощеголять своим умом он тоже любил. Грех дёрнул цепочку настольной зеленой лампы, и свет залил книги и взволнованные лица.

— Тема?

— С самого начала. База про наш мир. Она ничего не знает.

— Он упал мне на голову два дня назад, — кивнула Харпер.

Феликс загорелся, словно новогодняя елка. Длинная лекция! Это же предел его мечтаний! Деймонд лишь хмыкнул: хвала небесам, не ему все это рассказывать. Может, он и был преподавателем в университете много лет, но практической магии, что куда занимательнее. Историю он, разумеется, отлично знал, но не горел желанием рассказывать многострадальные события, что привели их к свиткам и потенциальному обрушению небес.

Вот магии он Харпер с удовольствием научит. Чуть позже, когда они пробудят ее силу.

— Никто точно не знает, как образовались наши миры, — торжественно заговорил Феликс, раскрывая книгу по истории образования миров-сестер на странице с картой Отколовшихся островов. Глаза Харпер заблестели, она осторожно провела по яркому изображению с пятью островами. Художник на славу постарался, добавил множество деталей, которые можно разглядывать часами. — Вдаваться в подробности образования прям всего живого не будем. Начнем с момента, когда наш мир откололся от вашего, и появилось два мира. Две сестры: мир Солнца — ваш, и мир Луны — наш, известный так же как Мунфол.

— Мы были едины? — удивлено спросила Харпер, кидая взгляд на Деймонда.

— Не совсем, —