Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Голова женщины безвольно мотнулась, но своего Кори добилась — она хотя бы заткнулась.

— Вон отсюда! — заявила Кори, свирепо глядя на них. — Оба! Быстро!

Врачи продолжали тупо смотреть на неё, явно не понимая, что она от них хочет. На Магнуса, который понёс рожающую принцессу к медицинскому столу, они даже не глянули.

Кори вздохнула, снова включила меч и рубанула по тому самому монитору, на который они так внимательно смотрели минуту назад!

Затрещали электрические разряды, посыпались искры, и это сработало — резко изменившись в лице, врачи ринулись прочь из лазарета, чуть ли не наперегонки!

— Отлично, отлично… — пробормотала Пиявка, помогая Кетрин улечься на стол. — Сейчас всё будет хорошо… Сейчас всё-всё будет хорошо, девочка моя! Мы добрались, мы успели!

— К дверям! — велел я капитану, который стоял с оружием в руках и смотрел на меня. — Надо их сдерживать! Я возьму правый коридор!

Правый — потому что я умел стрелять с левого плеча, высовывая в зону обстрела противника только ствол оружия и четверть головы. Умел ли так делать капитан — я не знал. Вряд ли умел. Что касается Магнуса, его помощь нужна будет, если дело дойдёт до рукопашной.

— Они в лазарете! — раздались из коридора тихие, пока ещё далёкие голоса. — Выбейте их оттуда!

— По местам! — велел я, и первым занял свою позицию.

Коридор от лазарета длился метров на пятнадцать в обе стороны — достаточно для того, чтобы не успеть покрыть это пространство за один рывок, и недостаточно для того, чтобы промахнуться, если только специально. Поэтому, как только первые два солдата появились из-за угла, каждый из них тут же словил по заряду в грудную пластину. Взрывы бластерных зарядов опрокинули их на спины, но не убили, а только временно оглушили. Но добить я смог только одного — второго сноровисто утащили обратно за угол.

За спиной захлопал бластер капитана, и с его стороны тоже раздались крики и звуки падающих тел. Значит, у него тоже есть противники, но и он пока что держится.

— Давай, девочка! — раздалось из лазарета голосом Пиявки. — Сейчас ма-а-аленький укольчик!

— Да не могу я уже! — рыдала Кетрин. — Я больше не могу!

— Всё ты можешь, солнышко, всё ты можешь! — продолжала причитать Пиявка.

Я отвлёкся от их разговора, потому что в коридоре снова появились солдаты. Самый передний нёс перед собой тяжёлый силовой щит, держа его двумя руками, а за ним шли ещё двое, положив стволы ему на плечи. Понятия не имею, откуда у них такое специализированное оборудование, как тяжёлые штурмовые щиты, зато знаю, как с ними бороться! У меня в этом большущий опыт!

Я достал из кармана и активировал ту самую гранату, что забрал у мёртвого противника. Швырнул её в коридор отскоком от стены, так, чтобы она упала у штурмующей тройки за спиной, и дождался активации.

Имплозия или как её называют по-простому «взрыв внутрь» хлопнула в тесном пространстве коридора, стягивая к своему центру всё, что было рядом, включая и штурмовиков. Пытаясь удержать равновесие, щитовик взмахнул руками, на мгновение открываясь, и мне этого оказалось достаточно. Бластер хлопнул раз — попадание в плечо, заставляющее щитовика повернуться и открыться ещё больше, — и ещё два раза, точно в голову.

Как только щит с грохотом упал на пол, я принялся короткими очередями простреливать пространство коридора, не позволяя никому пройти по нему. Бластер капитана за спиной тоже хлопал без остановки, а ещё он, кажется, тихо ругался в перерывах между выстрелами.

— Ну же! Ну же! — с жаром кричала Пиявка в глубине лазарета. — Ещё чуть-чуть! Давай, девочка!

— Не могу-у-у!

— Можешь! Ещё как можешь!

— Да смоги ты уже! — не выдержала Кори, которой не досталось роли в перестрелке и которая вся извелась уже от бездействия.

Мой бластер предостерегающе запищал. Я чуть повернул его набок, глядя на сервисный экран — заряда оставалось двадцать процентов. Должны успеть!

— Давай! — заорала Пиявка не своим голосом. — Последний рывок!

— Ну последний так последний… — процедил сквозь зубы я, выставил на вытянутых руках бластер в коридор и зажал спуск, заливая пространство длинными очередями!

— Да, детка! — возликовала Пиявка. — Умница, крошка! Ты просто супер! Посмотри, какой красавчик, это же просто чудо!

И тут же, едва только Пиявка замолчала, смолк и мой бластер тоже.

А ещё через мгновение в лазарете раздался тонкий недовольный детский плач.

Глава 3

Как только в грохот боя врезался этот совершенно чуждый звук, я сразу же обернулся, чтобы убедиться, что мне не показалось.

Нет, не показалось. Завёрнутый в белые пелёнки ребёнок действительно покоился на руках Пиявки, которая глупо улыбалась и слегка покачивала орущий свёрток, а Кетрин без движения лежала на операционном столе. Видимо, отключилась от боли и эмоциональной перегрузки.

Но это уже неважно. Потому что первая из двух самых главных вещей уже сделана.

Я бросил короткий взгляд на Кори, которая как раз закончила тыкать пальцами в свой личный терминал. Она подняла глаза на меня, ухмыльнулась и кивнула.

Что ж, значит, и вторая самая главная вещь тоже сделана.

Я поднял разряженный бластер стволом вверх, и в таком положении выставил его в коридор, показывая, что не намерен больше стрелять. Одновременно с этим я набрал в грудь побольше воздуха и выкрикнул в коридор, что есть сил, так, чтобы меня точно услышали:

— Немедленно прекратите атаку! Сообщаю вам, что вы атакуете следующего официально признанного короля Даллаксии, а это, по законодательству планеты — измена её народу! Остановите атаку, или вы все будете признаны изменниками и казнены самым жестоким образом!

— Ты что несёшь! — раздалось из коридора. — Какой ещё король Даллаксии? Ублюдок не родился на территории планеты!

— Как раз наоборот! — усмехнулся я. — Территория корабля является продолжением территории планеты, к которой этот корабль приписан! А значит, ребёнок, рождённый здесь — родился на Даллаксии, нравится вам это или нет! Это кодекс космоплавания, общий для всех судов и всех капитанов! Независимо от их принадлежности!

— Да не слушайте вы его! — снова раздался всё тот же голос. — Просто задавим ублюдков и всё! Никто ничего и не узнает, потому что никто и не знает, что они вообще