"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Да. А знаете ли вы, какие системы также являются сложными и тесно связанными друг с другом?

– Автономное вооружение.

– Верно. Даже в тех областях, где безопасности уделяется самое большое внимание, например в космосе или на атомных электростанциях, то и дело происходят аварии. Разумеется, системы тестируются в достаточной степени, но…

– …многие ошибки обнаруживаются только в процессе эксплуатации, – говорит Айша.

– Каждая отдельная ошибка очень маловероятна, но возможных ошибок так много, что одна из них, скорее всего, произойдет[745]. Очень сложно предугадать, какие проблемы могут возникнуть в нестандартной ситуации.

– А война – это крайне нестандартная ситуация.

– Да.

– Значит, корова, – говорит Айша.

– Да.

Айша хватается за голову:

– Неудивительно, что военные мне ничего об этом не рассказывали.

– Насколько я знаю, корова, впрочем, еще жива, – говорит Лусия.

– Ну, слава богу.

– И что вы будете теперь делать? – спрашивает Лусия. – Вы скажете об этом в своей речи?

– Ты с ума сошла! – говорит Айша. Она вздыхает. – Я объясню людям, что эта война была необходима.

– Поэтому вы напишете что-то туманное о жестокости наших противников и необходимости защищать демократию, свободу и права человека.

– Совершенно верно.

– Я тоже могу подготовить для вас отчет, – говорит Лусия, – но я подумала, что вам не нужна эта писанина.

– Да, лучше не надо.

Лусия щелкает пальцами, и вода во всех водяных кранах и в смывном бачке тотчас перестает идти.

Шум уступает место неприятной тишине.

– Отличный прием, – говорит Айша.

– У меня их еще много. Вам надо однажды прийти на мое большое шоу.

ОТ ЗВЕЗДЫ ДО ГАНГСТЕРА! КАК МОГ ЦУКО СУТЕНЕР ТАК НИЗКО ПАСТЬ?

За Цуко Сутенером сложно угнаться. Кики заставила своих поисковых агентов прочесать сеть в его поисках. В третий раз она просматривает полученное досье. Оно слишком длинное, чтобы прочесть его целиком. Она, конечно, может навести справки через одного из алгоритмов, которые составляют такие досье. Но эти пустышки имеют очень упрощенное понимание значимости. Чем больше доступ к той или иной информации, тем она важнее. Но для Кики гораздо интереснее малоизвестная информационная точка где-то на заднем плане. Но даже беглый просмотр досье дает довольно ясную картину. Цуко – грязная свинья. Ему можно доверить действительно все, включая убийство ублюдочных детей членов клуба 90-уровневых. Но зачем мерзкому гангстеру иметь альтер эго, которое, в свою очередь, тоже является мерзким гангстером? В этом нет никакого смысла.

Кики закрывает свой айпад. Ее взгляд падает на неподвижную М.А.М.А., расположившуюся в углу.

– Что мне только с тобой делать? – бормочет она.

В соседнем кабинете раздается какой-то звук. Кики берет электромагнитное ружье и встает возле двери так, чтобы она ее закрывала, если кто-то войдет. Сразу вслед за этим дверь действительно распахивается. Кики уже хочет нажать на курок, но тут в комнату вваливается Петер.

Кики вздыхает и опускает ружье.

– Извини, – бормочет Петер. – Я перепутал двери…

Кики в шоке смотрит на него. У Петера на лице два синяка и несколько ссадин и, похоже, сломан нос.

– Боже мой! Что у тебя с лицом? Тебя кто-то избил?

– Нет. То есть да. Но главным образом я споткнулся.

Петер протягивает ей руки, которые все еще сковывают наручники.

– Когда я споткнулся, мои руки были за спиной.

– Ух, – произносит Кики и корчит гримасу. Она достает из ящика несколько небольших металлических предметов и начинает ими колотить по замку на наручниках.

– Так что случилось? – спрашивает она.

– Это парень… – говорит Петер, все еще не отдышавшись. – Это парень, который хочет меня убить. Он опять появился!

– Я знаю, – говорит Кики. – Я даже знаю, кто его нанял.

Петер в изнеможении опускается на стул рядом с Кики.

– Ты уже это знаешь?

– Да. Мой отец.

– Нет, я имел в виду, что ты знаешь, что он опять появился?

– Понятно. Разве я тебе не рассказывала? Он уже второй раз пытался меня убить, но потом с безоблачного неба упал робот-пылесос и убил его.

– Твой отец? – переспрашивает Петер ошеломленно.

– Мне кажется, ты постоянно заменяешь актуальный предмет разговора вопросом, – говорит Кики. – Да, мой отец. Он шеф MyRobot.

– Подожди, – говорит Петер и начинает ерзать на стуле. – Ты только что сказала, что робот-пылесос упал с неба?

– Да, – отвечает Кики. – Просто так. Бумм. Цак.

– Шеф MyRobot? – переспрашивает Петер. – Кстати, это я выбросил робот-пылесос из дрона.

– Да, шеф MyRobot. Длинная история. Если ты перестанешь так волноваться, я все тебе расскажу.

Петер усаживается поудобнее.

– Все в порядке, – говорит он. – Я внимательно слушаю.

– Подожди, – говорит Кики. – Ты только что сказал, что выбросил робот-пылесос из дрона?

– Да, я выбросил робот-пылесос из дрона, – говорит Петер. – Если это не новый тренд, то это, должно быть, пылесос моих родителей.

– Зачем ты это сделал? Это антиобщественный поступок – бросать что-то из дрона.

– Я не хочу об этом говорить.

– А теперь честно, – говорит Кики. – Ты выбросил из дрона пылесос, который раздавил циклопа?

– Предположительно.

– Черт подери. Я бы с удовольствием поставила на это, шансы, наверное, были бы астрономическими.

Наконец раздается щелчок, и наручники открываются.

– И твой отец является шефом MyRobot? – спрашивает Петер и опять сползает на своем стуле вперед. – Так кто из нас двоих из светского общества, гм?

Кики рассказывает, что она выяснила.

– Значит, она была прототипом, – говорит Петер с удивлением.

– Да. Мой дед должен был отдать его моим родителям. Возможно, он действительно заботился обо мне. Или хотел просто провести тест.

Петер ерзает на стуле.

– Но прототип няни, который похищает ребенка из семьи… – говорит он.

– Это просто плохая реклама, – отвечает Кики. – Да.

– Значит, они все скрыли.

– И мой отец по-прежнему не хочет, чтобы это вышло наружу.

– О’кей. Ну, хорошо, – говорит Петер. – С моей семейной травмой я не смогу здесь конкурировать.

– У тебя есть семейная травма?

– Она имеет отношение к роботу-пылесосу.

– И ты не хочешь об этом говорить?

– Нет, не хочу.

– Откуда ты, собственно говоря, знаешь, что существует еще некий циклоп? – спрашивает Кики.

– Он меня похитил.

– И ты от него сбежал?

– У меня есть свои приемы.

Петер соскальзывает на своем стуле влево и сидит теперь лишь на половине стула.

– Что ты все время ерзаешь на стуле?

– Я сам не знаю, – говорит Петер. – Какой-то неудобный стул. По крайней мере, мне больно на нем сидеть.

Кики внезапно вскакивает.

– Опусти брюки, – кричит она. – Ну, давай же!

– Э… о’кей, – говорит Петер, – хотя я нахожу приказной тон несколько странным. Но почему бы не попробовать что-нибудь новое?

– Повернись, – командует Кики. – Я хочу посмотреть на твою пятую точку.

– Нет! Это я хочу посмотреть на твою пятую точку! – отвечает