"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

— А ещё сад у одного «друида» не завял и продолжает плодоносить всякими там огурцами со вкусом помидоров, — не унимался чернявый, пропустивший мимо ушей уточнение пухляша, пока розововолоска, уже позабывшая о своем вопросе, строила глазки по прежнему, ну пусть будет, эффектно молчавшему русоволосому крепышу.

— Ага(с сарказмом), только к нему гопота местная сразу же влезла, как только Закон перестал действовать, ну и весь урожай утянули. Да ещё и, уроды, безжалостно насаждения свандалили. Так что вряд ли чувак и дальше будет огородничать на вытоптанных-то грядках, — снова добавил «ложку в бочку» Пирогов.

— А как же сад Её Светлости? — приложив руку ко рту, взволнованно поинтересовалась Сестрицына, даже позабывшая обмахивать расстегнутую верхнюю пуговку, без чего, увы, свободно можно было бы обойтись, ибо нечему там было давать волю, так сказать, но образ предполагает, поэтому так.

— Стои́т себе. Вот только все те чу́дные деревья, ну которые «стреконожек» рождали — завяли. Но всякие там диковинные плоды и лозы с инопланетянскими «мандаринками» да гроздевой «клубникой» размером с арбуз — продолжают цвести и родить, так как военные успели взять под контроль эту зону в первую очередь, не дав всяким уродам «затоптать». Поэтому, кстати, оттуда так мало видео в сети. Хотя и по тому, что есть, вполне ясно: ни шатра, ни вообще чего-то волшебного — от владетелей не осталось. Только диковинная ботаника всякая, — вздохнув на последних словах, подытожил довольно оптимистично излагавший Козин.

— Которая, блин, неизвестно как долго ещё простоит. Уже, вон, чуть ли не снежные тучи и осенний холод в Нижнем. Всё — конец вечному лету! — в своей манере внес пессимистичное дополнение Пирогов, получив непременный подзатыльник от Мусиной, наверное за упаднические настроения.

— Какой ужас! — озвучила мысли всех присутствующих взволнованная Сестрицына, часто задышав своим, к сожалению, отсутствующим наполнением декольте.

— Ну Слава, ну держись! — непроизвольно поправивив собственное, недавно обретенное шикарное наполнение декольте, не особо, к слову, удивившее своим внезапным появлением и не такое уже видавших колдунов вокруг, выдала себе под нос сжимающая теперь кулачки Рогова.

Хотя и Котова и Сомова, да даже Прекрасова, не смотря на свою должность, были солидарны с подругой, определенно осуждавшей то, что натворил их возлюбленный, когда уничтожил прямо-таки землю обетованную, не иначе, и обрек, заодно, тамошнее население на всё впоследствии с ним произошедшее.

****

Почти тогда же, Святославль.

— Сонечка! Сонечка, вы видели последние новости, дорогая? — в крайне взволнованном состоянии влетел в кабинет бухгалтерши лысоватый «колобок» с пронзительными черными глазами, а вынув платок из кармана клетчатого костюма-тройки, очень достойно построенного у явно дорогого мастера, промакнул «высокий» лоб, прежде чем продолжить. Правда, увидев смартфон в руках невозмутимой хозяйки кабинета, скривился и тут же комично замахал. — Да я не про этот богомерзкий ПикПок, помойку Телеграф или блевотный Инстаграф. Я имею ввиду программу новостей(с придыханием) на Единственном. Так вот, Нижний освобожден! Наши показали, что ни пяди, вы понимаете, ни пяди врагу! Так и только так будет с инопланетными захватчиками! Наконец-то прорыв, Сонечка. Ведь сколько можно отступать, заваливая сеть тоннами фейков о высосанных из пальца якобы победах? Врать нам, что, мол, агрессор вот-вот надорвется, доедая уже последнюю... Что там они едят-то? Не важно. Уже в печёнках, короче, эта их ложь, когда как всё не просто плохо, а чуть ли не на грани. Но не подвели родненькие, показали им Кузькину мать. Рейтинг премьера бьет все рекорды, и тот вовсю обещает повторить! Да что там(махнув рукой). Партии объединяются, в том числе и с оппозицией! Небывалое ведь событие. Вот-вот(взгляд на часы) начнется внеочередное заседание Верховного Совета. Поговаривают о внесении изменений в Конституцию про новый курс, никто не знает куда, но всем плевать — страна ликует. Небывалый подъем в патриотических кругах. На завтра назначено шествие сразу нескольких объединений, причем одни обещают не бить других. А волонтеры заверяют, что и тех, и других кормить-поить бесплатно будут, при этом не прося снова скинуться, а за счет ранее наво... накопленного. И им всем, вообразите только(почесав затылок), официально разрешили проведение акций(пожав плечами). Да что там! Вицепремьер, вон(шепотом), даже намекнул, что найдет денег, так что держаться уже не надо. Генпрокурор(закатив глаза) вышел из спячки и подписал-таки всё, что должен был подписать. Олигархи(ослабляя галстук) — бегут на Запад, а те их — назад возвращают(округлив глаза). Силовики(бодро) — рапортуют об успехах. Иностранные коллеги(презрительно) — спешат в гости, для обмена опытом. Духовенство(с серьезным лицом) — благословляет, а конфессии как никогда единодушны. Скауты(расправив плечи) — клянутся быть достойными. Молодёжка правящей партии(схватившись за живот) — требует переименования своей организации в честь героя. Ну, или хотя бы уже улицу какую-то, накрайняк и сквер сойдет. Аляска(покачнувшись) — назад проси... Ох!

— Успокойтесь, Вениамин Абрамович, у вас же сердце! — потребовала, прежде чем налить воды чтоб запил таблетку, отложившая-таки смартфон мама того мальчика, которому, ох, как хотела сейчас надрать уши за все те геройства, видео с которыми только что просмотрела и, понятное дело, не смогла не узнать на них так безрассудно рискующего сына.

А чуть ранее, ещё не старая, весьма видная и достаточно привлекательная женщина в бежевом деловом костюме — получила по электронке очередное гневное письмо от своего чада, где тот снова многословно, весьма капризно или даже истерично требовал своего наследства, которого так подло был лишен ненавистной старухой. А если расшифровать и перевести на нормальный, то сухо информировал, что у него всё в порядке, что жив, здоров, сыт, любим, но очень скучает и в который уже раз настаивает на извлечении и эвакуации в безопасное место любимой мамы. Если не желает в Воднинск, то хоть куда — одно только её слово. Однако не менее любящая мать, пусть и страшно скучала, но ни в какую не желала подвергать ребенка лишней опасности, даже видя, что он уже вроде как в состоянии без опасений свободно покидать княжество, где был вынужден укрыться от навязчивых спецлужб. На что, к слову, Слава отдельно указал в последней «шифрограмме», ибо взволнованная женщина могла понапридумывать всякого, увидев его в последних новостях.

Например, что «гэбня» шантажом или