Энтогенез-1 - Юрий Бурносов

Автор сценариев нескольких популярных телесериалов и пятнадцати книг, в том числе написанных под псевдонимом Виктор Бурцев. Лауреат целого ряда литературных премий — от экзотических типа Почетной грамоты университета МВД Украины до номинации на «Национальный бестселлер». Роман «Чудовищ нет» был признан Книгой года-2007 по версии журнала «Мир фантастики» и сейчас перерабатывается в киносценарий.

Живет и работает в Москве, куда перебрался из Брянска пару лет назад. Хобби — военная история (особенно бронетехника и авиация), огнестрельное оружие, кино, музыка. В написании «Армагеддона 2» автору помогали его любимые коты Сеня и Вася.

12 вопросов автору «Армагеддона»

Юрий, вначале довольно острый вопрос, который вынесен из обсуждения первого «Армагеддона» в Интернете. Реально ли такое развитие событий, когда несколько штатов становятся абсолютно изолированными? Есть мнения, что здесь присутствует некоторая натяжка…

Натяжка — это основа любого фантастического произведения, а «Армагеддон» является именно таковым. Вспомните, например, отличный фильм «Судный день», в котором Великобритания была перегорожена гигантской стеной как раз вследствие эпидемии. Картину зрители приняли «на ура», хотя она вся — одна сплошная натяжка. Или суперпопулярное «Метро 2033» Дмитрия Глуховского. Всем понятно, что люди под землей в метрополитене столько лет не протянут. Электричества и чистой воды там не будет, никакие грибные плантации и свинофермы существовать не смогут, а уж нескончаемые патроны, которые помимо боеприпасов являются еще и платежным средством, и подавно далеки от реальности. И тем не менее книгу любят и читают, потому что интересно, потому что она заставляет задуматься.

В «Армагеддоне» натяжка как раз небольшая. Соединенным Штатам вполне по силам сделать такую вот «резервацию», изолировав ее от остального мира. Но главное здесь даже не это, а взаимоотношения людей, которые оказались на Закрытой Территории. То, как быстро без благ цивилизации человек становится животным, и как сложно не перейти эту грань и остаться человеком.

Наверное, нужно ответить еще на несколько популярных читательских вопросов. К примеру, почему главный герой Ростислав Шибанов — именно хоккеист?

Мне нужен был герой, который живет и работает в Америке, но при этом довольно далек от нее и от ее образа жизни. Поэтому, когда он попадает в чрезвычайную ситуацию, то видит и переживает все по-своему. Хоккеист здесь был очень даже кстати — не хотелось делать героем, скажем, программиста. Или баскетболиста, потому что в баскетболе я попросту не разбираюсь и этот вид спорта не люблю. Вот и получился Шибанов. Парень, который застал перестройку и реформы еще совсем мелким пацаном, но все помнит и знает. И именно поэтому отвечает Джею-Ти, расписывающему кошмары проживания в негритянских кварталах: «Ты при Ельцине в Кирове не жил». Сразу понятно — такой человек в какой-то Америке не пропадет, хотя он вовсе не супермен.

Встречаются нарекания по поводу упомянутого Профессора Джея-Ти. Якобы он слишком уж «негритянский негр» со всеми шутками про белых, слэнгом, сквернословием…

Здесь не следует забывать, что Джей-Ти — в первую очередь медийная персона, представитель шоу-бизнеса. Он представляет себя крутым парнем, бывшим гангстером, хотя на самом деле из воспоминаний и разговоров видно, что он рос в обычной семье, слушался бабушку, и теперь просто играет хорошо покупаемую роль. И играет ее хорошо. Почитайте интервью звезд «черного рэпа» и поймете, из кого и как я слепил Профессора. Кстати, персонаж получился яркий, мне часто говорят, что он даже перекрывает собой Шибанова.

Да, главного героя выделить в «Армагеддоне» довольно сложно. Почему подобралась именно такая четверка?

Я старался подобрать персонажи, которые далеки от супергеройства. Кроме Шибанова с его корнями и жизненным опытом российской глубинки, остальные — люди, которые не мыслят себя без благ цивилизации. Нет света, горячей воды, Интернета, телевидения — все, значит, мир рухнул. И им постепенно приходится встраиваться в новые условия существования, пересматривать какие-то моральные устои и нормы, учиться выживанию. Да, конечно, иногда им помогает случай, тот самый «бог из машины». Но именно такие случайности порой все и определяют в реальной жизни.

Читатели спрашивают, почему в более поздней по времени действия «Марусе» никак не упоминается Америка и вирус «Армагеддон»?

Америка в «Марусе» упоминается — там говорилось, что Нестор Тарасов вылечил смертельно больного президента Североамериканского Альянса. А Североамериканский Альянс как раз появляется в «Армагеддоне», то есть в 2012-14 годах после того, как были образована Закрытая Территория, отделился Техас и непонятно что происходит с Калифорнией. Во времена «Маруси» США давно раздроблены на несколько государств, которым далеко до претензий на мировое господство. Ведущая держава этого периода — Россия, и никакая Америка нам не нужна.

Не боялись вы использовать в книге реальных персонажей?

Чего же здесь бояться? Тем более я никого не оскорбил и не обидел. Даже Маккейн получился довольно сложным персонажем, к тому же это не совсем тот Маккейн, которого все имеют в виду. В третьей книге вы поймете, в чем тут дело. Что касается Владимира Владимировича Путина, то, если он вдруг читал мою книгу, то, полагаю, остался только доволен. Кстати, это второе появление Путина в моем творчестве. Несколько лет назад он уже появлялся в романе Виктора Бурцева (это псевдоним, под которым мы писали с Виктором Косенковым) «Алмазная реальность». Там Путину уже за восемьдесят, но он бодр, активен и волевым решением наводит порядок в Африке, где идет война между местными супердиктаторами, которыми руководят искусственные интеллекты.

После прочтения второй книги отчетливо видно, что в «Армагеддоне» начинают развязываться многие узелки, завязанные в предыдущих сериях.

Да, мы специально посмотрели, и получилось, что так или иначе здесь имеется привязка ко всем более ранним сериям — «Чингисхану», «Революции», «Миллиардеру», «Дракону», «Блокаде» и, естественно, «Марусе». На самом деле уже пора давать ответы на некоторые вопросы. Тем более мы их слишком много задали, и интрига в «Этногенезе» получилась даже чрезмерная. Вот понемногу наводим порядок и выполняем обещания. Что любопытно, некоторые сюжетные линии, выходящие на ранние серии, я даже не сочинял специально. Напишу без задней мысли, а потом перечитываю и вижу — елки, да это же я вон о чем! Совершенно подсознательно.

Почему в книге так мало действуют предметы?

Потому что в книге очень много действуют люди. Ведь предметы в «Этногенезе» это вообще не самоцель, и даже нельзя сказать, что обязательный элемент. В этом и уникальность проекта — здесь отсутствуют рамки. Тем не менее, Скорпион у Ростислава