Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Разумеется, никто такое разрешение мне не даст. Преступления против империи не имеют срока давности и по этой статье преступников не амнистируют. Удивительно, что женщина вообще стоит передо мной, а не заканчивает свою жизнь на каторге. На беглянку она точно не похожа, так что я склонялся к мысли, что её вина была не такой уж и значимой.

— Мой муж умер на малахитовых рудниках пять лет назад, — решила открыться мне женщина. — Он пробыл там двенадцать лет, а задержан он был, когда ему стукнуло двадцать пять, а мне — двадцать два. Да, он впутался в плохую компанию. Не уверена, что вы помните в силу своего возраста, но семнадцать лет назад в Ярской губернии было громкое дело. Так вот, я была его женой, и пусть сама не участвовала в заговоре, но знала о нём. Знала, но не выдала заговорщиков, как следовало бы сделать. Что поделать, я старалась быть хорошей женой и поддерживать мужа во всём. Вадик пытался меня выгородить на суде, отрицал мою вину во время допросов, но мне всё равно дали десять лет каторги и на всю жизнь наградили этим клеймом.

Не знаю зачем женщина решила рассказать мне эту историю. Может, просто хотела выговориться, или надеялась расчувствовать меня и уговорить на процедуру.

— Погодите, но ведь после каторги вас должны были перевести в ряд поселенцев и отправить в специальное место.

— Верно, но к моему счастью император Михаил отменил этот указ, подписанный ещё его дедом, поэтому я получила свободу. Отбыв наказание, я не осталась в Яре-на-Светлице, потому как меня там знали, но и покинуть родные места не смогла. Я перебралась в родовой особняк мужа в Дубровске, который пустовал много лет, привела его в порядок и попыталась начать жизнь заново. Вот только это оказалось не так-то и просто.

— Понимаю, но помочь вам ничем не смогу. Думаю, если у вашего избранника действительно искренние чувства, его не остановит ваше тёмное прошлое. Тем более, что это случилось почти два десятка лет назад.

— Благодарю вас за поддержку. Думаю, вы правы. Моё желание скрыть прошлое было вызвано страхом потерять близкого человека и остаться одной, но я должна быть честна с ним до конца и уметь принимать своё прошлое. Если он не поймёт, так тому и быть, — проведя меня до порога, женщина коснулась моей руки и посмотрела в глаза. — Надеюсь, вы никому не скажете об увиденном?

— Можете быть уверены, что я умею хранить врачебную тайну. Тем более, кому следует знать о вашей особенности, и так о ней прекрасно осведомлены, — заверил я пациентку и зашагал в сторону калитки.

Когда я вернулся к машине, Лёня дремал, а Рома смотрел новости на экране крошечной магнитолы, вмонтированной в торпеду автомобиля. Тоже мне телохранители нашлись! Если бы люди Серого кардинала хотели их обезвредить, для этого не понадобилось даже пользоваться даром.

— Что-то ты быстро! — встрепенулся брат и потёр лицо, стараясь поскорее проснуться.

— Мы пообщались с пациенткой и приняли решение не проводить процедуру.

— Выходит, мы зря сюда тащились? — недовольно заворчал Леонид.

— Ничего не бывает напрасно. Сегодня я снова вспомнил о том, что жизнь иногда может быть несправедливой и слишком жестокой к тем, кому не повезло оказаться в плохой компании. А заодно я вынес хороший урок о том, что всегда и во всём нужно быть честным как с самим собой, так и с близкими.

Глава 18

Вельские

В квартире Вельских, расположенной в Старом городе, царила напряжённая атмосфера. Лев Иванович по обыкновению проводил утро выходного дня с газетой в руках. Рядом парила чашка горячего чая с малиной, а с блюдечка источал аромат свежеиспечённый в духовке круассан с лесными ягодами. Вера Константиновна суетилась подле него на случай, если главе семейства захочется его чего-нибудь к чаю.

Со стороны могло бы показаться, что в доме царила семейная идиллия, если бы не напряжение, которое так и витало в воздухе и вынуждало Веру Константиновну нервничать.

— Молодой Павлов ухаживает за нашей Софи? — не выдержал Лев Иванович и нарушил тишину. — Не думаю, что он подходящая пара для нашей дочери.

Мужчина нахмурился и отложил газету в сторону, демонстрируя своим поведением готовность обсудить возникшую проблему.

— А мне казалось, Павловы — хорошие люди, — принялась спорить с ним жена. — Тем более, целители в четвёртом поколении. А сам Николай придерживается традиций и много работает. К тому же, у него есть свой кабинет, где он принимает пациентов.

— Мальчишка работает на «скорой» и невероятно взбалмошный, постоянно вляпывается в какие-то истории, — гнул свою линию отец семейства.

— В этом они невероятно похожи с Софией, — улыбнулась женщина.

— А я ей предлагал тёплое местечко в санатории. Благо, я в хороших отношениях с Климовым, но нет же! Ей захотелось всего добиваться самой.

Пётр Арсентьевич Климов был старым знакомцем Льва Вельского и заведующим санаторием, в котором Лев Иванович работал целителем. Их многолетнее знакомство пусть и не переросло в крепкую дружбу, но давало Вельскому надежду на поддержку.

— Лёва, прошу тебя, не дави на неё! Софи — девочка с характером и терпеть не может, когда ей пытаются управлять. Ты же не хочешь, чтобы она пошла по пути своей сестры и уехала в Санкт-Петербург.

— Не напоминай мне об Ирине! — напыжился мужчина, потому как поведение старшей дочери до сих пор выводило его из себя. — Это твоя вина, что дочери выросли у нас своевольными, слишком много свободолюбия ты им привила.

— Дорогой, напомню, что воспитание детей — общая обязанность, а ты баловал девочек не меньше моего, — спокойно парировала женщина, стараясь держать себя в руках и не заводиться. Они уже не раз проходили по этому пути и ссорились из-за поведения дочерей.

— В любом случае, уже слишком поздно учить их чему-то, мы можем лишь пожинать плоды. Не могу же я запереть её в подвале и не выпускать на белый свет, пока она не образумится?

Разговор прервался из-за звонка телефона. Лев Иванович покосился на старенький аппарат, который по обыкновению в выходные дни молчат, но всё-таки протянул руку и снял трубку.

— Слушаю! — проревел