"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Разумеется, — кивнул тот и приступил.

Через десять минут компоненты взрывчатки перекочевали на мои склады. Что добру пропадать? Пригодится в будущем.

Курьера мы отправили восвояси, а сами пошли веселиться дальше.

Островский о чем-то болтал с Ариной Родионовной и Софьей Андреевной. Проходя мимо, я услышал обрывок разговора.

— Нет, Коля, ну сколько тебе раз говорить, что уголовка наступает при отягчающих обстоятельствах! — горячилась супруга Толстого.

— Верно, но это не касается простолюдинов. У них своя система права, и это в корне…

— Арина, я его щас ударю!

— Соф, ну чего ты⁈ Мальчик еще молодой, горячий…

Я уже перестал их слушать, хотя интересно узнать, что же там такого у простолюдинов.

На танцполе зажигал Император Мэйдзи, и к моему удивлению он отплясывал гопака под калинку-малинку. Хвалю, уважаю, ценю!

Подходя к столу, я перекинулся парой слов с графом Бердышевым, и тот напомнил про вассалитет. Я ответил, что пока оставляем наши отношения на прежнем уровне.

— Ну как там? — улыбнулась Маша и чмокнула меня в щеку, когда я сел рядом.

— Да, ошиблись курьеры, — пожал я плечами.

И да, если этот соучастник монголов думает, что я это схаваю, то он сильно ошибается. Но ничего. Скоро начнется самое интересное, так что пусть пока поживет…

Видимо, я слишком задумался и стал серьезным, и получил еще один поцелуй от Маши.

— Ты посмотри во-о-он туда! — она показала на дальний стол для детей.

Да, у нас был и такой. Все же и Лиза, и Любавка, и Люба с Борей… Даже Кицуня должны тоже веселиться. Девчонки разбежались, а Боря, маленький ловелас, окружил себя влиятельными женщинами. В их числе были и княгиня Чехова, и Кутузова, и Есенина. Он что-то рассказывал, а дамы заливались хохотом.

— А парень времени зря не теряет! — сказала Лора.

Тут к нашему столу подошел Мэйдзи и с загадочным видом сел напротив.

— Что-то случилось, ваше величество? — удивилась Маша.

— Ох, нет, что вы, дорогая? — покачал он головой. — Все жду момента, чтобы подарить свадебный подарок…

— Мэйдзи-Сенсей, вы можете положить его вместе с остальными подарками, — сказал я.

— Ох, нет, что ты, мой дорогой ученик? — он щелчком пальцев подозвал к себе помощника. — Этот подарок лучше вручить лично…

Помощник передал императору небольшую книжечку, написанную от руки.

— Что это? — принимая подарок и поклонившись, спросил я.

— Это то, что должно быть у моего ученика, — улыбнулся он. — Зная твою способность к чтению, думаю, ты сможешь прямо сейчас все понять.

Я пролистал страницы, пару секунд подождал анализа Лоры и присвистнул.

— Вы уверены, что хотите отдать такие знания мне?

— Что там? — шепнула Маша.

— Это трактаты по изготовлению некоторых артефактов, чертеж самурайского магического меча с использованием маголита и других материалов. Сюда… Тут же есть инструкция по созданию…

— Да, — кивнул Мэйдзи. — Той перчатки, которую ты заказывал. Но не переживай, это не самые большие секреты японских мастеров. Все же кое-что должно остаться на родине.

— Это очень щедрый подарок! — я вышел из-за стола и отвесил еще один поклон. — Мне повезло с таким учителем! Может, проведем урок, когда у вас будет свободное время?

— Разумеется, — улыбнулся тот. — Слышал, ты скоро станешь владеть Сахалинскими землями, так что будем ближе друг к другу. Заскакивай, потренируемся!

Шло время, и на сцену выходили разные люди и поздравляли нас со свадьбой и будущим ребенком. Саша Есенин отметился монологом, который плавно перетек в стендап. Его выступление оказалось самым длинным.

— Миша, фиксирую что-то странное из Дикой Зоны… — серьезно сказала Лора.

— Это случайно не прорыв? — удивился я.

— Именно.

— И что делать?

— Он не слишком мощный, так как последний прорыв был недавно. Все из-за скопления сильных магов. Вот монстры и встрепенулись…

— Хм… Ну, блин, не хочется испортить свадьбу… Ну, попробую…

Окинув орлиным взглядом всех собравшихся, я прикинул силы и решил, что это будет даже забавно. Все же прорыв по расчетам Лоры на уровне первого, а его закрыл один Есенин.

Решение пришло довольно быстро. Все уже в нужной кондиции. Даже непьющие веселы и готовы к любому движу.

Зайдя на сцену, я отнял микрофон у Валеры и постучал пальцем по ребристой поверхности.

— Кхм… Дорогие гости, как вы смотрите на то, чтобы немного проветриться? У меня как раз есть проход в Дикую Зону.

— Дикая Зона! У-У-У-У! — крикнул довольный Звездочет.

Рядом с ним стояла Маруся, вся красная от смущения. Судя по лицу Алефтина Генриховича, их шушуканья в беседке прошли удачно.

Конечно, не я один почувствовал колебания Зоны, да и многие понимали, что это будет и весело и полезно.

Горький, поймав мой взгляд, поднял бокал и одобрительно кивнул. Павел Романов снял пиджак и повесил на спинку стула.

Мимо сцены к проходу в Дикую Зону мелькнули два размытых пятна.

— Кто последний, тот лох! — услышал я голос Кутузова.

Судя по всему, вторым был Нахимов, но больше психов не нашлось, и поэтому все решили идти спокойно.

Несколько гостей остались. В основном девушки, и они заявили, что это не женское дело — останавливать прорывы. Хотя я готов поставить дом на то, что даже парочка женщин могла спокойно остановить Прорыв.

* * *

КИИМ.

— Валерьян Валерьевич! Валерьян Валерьевич! — ворвался в кабинет ученого один из молодых лаборантов. — У нас сильный выброс энергии!

Старостелецкий многозначительно посмотрел на лаборанта, вздохнул и еще раз нажал на кнопку телефона.

«Абонент временно недоступен или находится вне зоны доступа сети».

— Объявляйте тревогу, что я могу вам еще посоветовать? — он набрал и Звездочета, и Ермакову. Даже Асая Рей не отвечал.

На столе лежали данные за последние полгода, и они были не самыми обнадеживающими. Можно сказать, прорывы только участились. И все из-за того, что сильных магов в институте стало больше. Зона начинает реагировать на это с большей силой. Или же это может быть что-то другое.

— Что там на свадьбе? Вы отправили людей?

— Да, машина вернулась, — кивнул лаборант. — Их не пропустила охрана…

— Какая? — удивился Старостелецкий.

— Как… Ну они без приглашения… Их не пропустили гвардейцы Кутузовых, Нахимовых, Есениных, Толстых, Островских…