Сказание об Оками 1 - Сева Сотх

— Молоток, братан! — Похлопала парня по плечу. Походу, невзгоды серьезно его закалили. Вернет он полноценный доступ к чакре или нет, слабаком точно не останется. Да он и сейчас не слабак, раз выжил в общей свалке.

— “Истинная сила самурая не измеряется его мускулами и чакрой, а его способностью управлять своими страстями и принимать мудрые решения” — Нашлась подходящая цитата у самурая. Кажется, Умино к его сердцу ключик вполне подобрал. Шикарно. Хорошо когда друзья между собой ладят. Конечно, вассал не совсем друг, больше подчиненный, но не буду плодить сущности. Записываю его в список друзей на почетное третье место. Ито, Фумито и теперь вот Миура-сан.

С экипажем парохода мы немного поторговали, купив у них продуктов. На обмен пошел один из самурайских мечей, захваченных нами в изрядных количествах и не брошенных на руднике. Чего добру пропадать-то? Два клинка взял себе бывший ронин, полноразмерных, самых лучших из затрофеенных, принадлежавших ранее “тигровой маске”, командиру отряда охраны. По одному получили Эндо, чья катана уже обратно перешла в общественную собственность, Фумито, Коху и Бьючи. Ну и мой вакидзаси, в довершение всего. Шиноби, конечно, знали с какой стороны браться за меч, но самурай, глядя на них украдкой кривился. Возможно не по той причине, что делали что-то не так, а по той, что оружие благородного сословия доставалось презренным и подлым шиноби. Ну а один меч, самый плохонький продали торговцам молний. В Кумо, насколько мне известно, тоже знали толк в мечах. Самурай продажей оружия, к моему удивлению не возмущался. Очевидно, нет в кодексе заповеди из разряда “не продавай меч врага своего, ибо это зашквар”.

Расстались с торгашами вполне себе довольными друг другом. Мы заполучили свежий провиант, совсем недавно покинувший припортовые кладовые. Они практически за еду приобрели эксклюзивный клинок, который смогут продать уже за деньги, причем немалые. И то что меч слегка фонит не такая значительная проблема, как может показаться, там уровень излучения, конечно, выше порогового, но не настолько чтобы быть серьезно опасным. Для человека с сильной внутренней энергетикой, которому в итоге достанется клинок, так точно. Не зря ведь для рудника железные ублюдки набирали рабов именно из числа шиноби. Более хлипкий народец долго не выдерживал жесткого излучения серьезных объемов, а пользователи чакры годами держались.

Нам освободили фарватер, пароходу даже котлы для того раскочегаревать не пришлось, после чего Парящий снова выбрался на простор. Корабль, как будто выражал благодарность за то, что о нем позаботились, летел птицей, подхваченный попутным ветром. Оставалось проплыть через приграничные воды стран огня и воды, охваченные недавно разгоревшейся войной и не попасть под горячую руку не тем, ни другим. И огненные и водяные шиноби, по моим представлениям, возжелают прикончить всех нас с примерно равной вероятностью. Нукенины Кири враги и тем и другим. Фума — дезертир Конохи, также враг обеим сторонам. Я и Миура непонятные личности, которые так просто себя допрашивать не позволят.

Глава 25

Вот так бывает: строишь планы, рисуешь красивый пунктир на карте, обозначая свой возможный маршрут, а затем эпичный слив по независимым внешним обстоятельствам. Чтобы подобного избежать стоит иметь планы вокруг планов, предусматривающих всякие форс-мажоры. Но не то у меня пространство для маневра и не то понимание ситуации. Я тупо ничего не понимающая в морских переходах юнга, к которой прислушиваются по факту прошлых заслуг. Начну качать права и заведу всех в еще более глубокую задницу. Так я думала. Вполне возможно, зря.

Парящий совсем недавно покинул территориальные воды Страны Молний и в прошедшие несколько дней пытался балансировать по как бы нейтральной территории между странами Огня и Воды. Почему “как бы”? Потому, что обе стороны ничейной зону не считали, претендуя на то, что здесь должна быть именно их зона ответственности.

В районе полудня очередного дня я почувствовала неладное. Энергию разлитую в атмосфере. Не так много, но все же уже довольно для того, чтобы насторожиться. Как после грозы, которой не наблюдалось. Наоборот, установился полный штиль. Подошла с новостями к Юки-сану. Рассказала.

Капитан несколько раз глубоко втянул носом воздух и слегка помрачнел.

— Ты очень хороший сенсор, Оками-химе, если смогла почувствовать проблемы раньше меня. Принюхайся, пахнет свежестью. Где-то не так далеко от нас шиноби Кири пытаются применить техники управления погодой. Говоря недалеко, я имею в виду за линией горизонта, но не очень далеко от нее.

— Вы и так можете? — Удивилась я. Так-то в изменении погоды в ограниченных масштабах нет ничего нереального. Посыпать тучи специальными реагентами и те в зависимости от того, что использовали или прольются осадками или расползутся в стороны, выдавая ясное небо. Медленно, трудозатратно, требует специальных знаний и подготовки, но ничего нереального. Однако, умение летать считается среди шиноби чем-то крайне редким, уникальным. Пока что единственный летун, которого я встречала — Ооноки-сама, цельный Цучикаге, монстр запредельного уровня мощности.

— Я нет, и никогда не мог. Требуется стихийное преобразование молнии и большое количество чакры. Настолько большое, что за создание штормов чаще всего берутся крупные группы шиноби или джинчуурики.

— То есть вы тупо электризуете облака, пока не получится ураган? — Уточнила я.

— Все несколько сложнее, Оками-химе, но суть ты уловила верно. Техника стихии молнии воздействует на облака и получается шторм. От которого нам следует держаться подальше.

В моей наследственной памяти про погодные и климатические техники ничего не всплывает, но в общих чертах понятно. Создать электрически или электромагнитно области высокого и низкого давления, что приведет в движение воздушные массы, а дальше всё уже само как-то закрутится. Еще и большие объемы воды до кучи испарить можно, что приведет к образованию облаков и осадков. Энергозатратно, не оптимально, но имеет шансы сработать. Примерно так.

Коху ожидаемо не стал углубляться в теоретические вопросы управления погодой, а начал сыпать командами. Какой маневр совершить, какой парус куда повернуть, где чье место. Вкалывать пришлось всем шестерым, причем и сам Юки не отлынивал от простого физического труда, выдавая новые инструкции в те моменты, когда тянул канаты или карабкался на реи. Сказывался недокомплект экипажа. За прошедший срок даже такой сухопутной козявке, как я, стало многое понятно в судовом деле — куда бежать, за что хвататься и какие узлы вязать уясняла зачастую с полуслова.

И, несмотря на возросший уровень выучки экипажа, мы действовали недостаточно быстро. Имела бы шансы успеть более профессиональная и более многочисленная команда? Совсем не факт,