Фантастика 2025-130 - Дмитрий Николаевич Коровников

– Их много! – выдохнула я.

– Не мало, – крикнул Варда, не оглядываясь.

Люди дерутся умело и сосредоточенно, лица перекошены яростью и праведным гневом. Огромный бородач с дубиной пытается подобраться к белокожему сзади, но тот вертится, как мангуст. Бородач отскакивает, боясь идти в лобовую атаку.

Доспехи высокородного побагровели, по лбу течет красная струйка, движения прерывисты и сдержанны. Старается беречь силы. Я пригляделась и облегченно выдохнула – высокородный не ранен, а кровь на броне чужая. Варда пускает стрелы, методично убирая разбойников одного за другим.

Когда запас кончился, он выхватил из ножен изогнутый меч. С яростным криком рухнул на голову разбойнику, который оказался под камнем. Вдвоем они упали в траву, Варда моментально вскочил и с размаху всадил клинок в затылок.

Удары Лисгарда стали слабее, но разбойников еще много. Варда с ревом бросился в самую гущу, рассекая врага прямо в прыжке.

Я замерла, глядя на кровавую баню.

Сзади хрустнуло.

Когда развернулась, в голове пронеслись все проклятия, какие смогла вспомнить. Трое громил зашли с подветренной стороны и покачивают кривыми саблями. Тела закованы в железо, в бородах остатки еды вперемешку с травой.

Один плюнул под ноги, они с глумливыми улыбками двинулись на меня.

Я покосилась на эльфов, те заняты остальной бандой, в мою сторону даже не смотрят. Пришлось отступить на пару шагов, давая себе хоть немного времени. Потом в груди что-то вспыхнуло, ум очистился, словно окатили ледниковой водой. Я откинула плащ и крепче сжала керис.

Тот, что посередине, проговорил пропитым голосом:

– Серую еще не убивал.

Затылок раскалился, будто в него налили раскаленного железа, в складках корсета появилось покалывание. Чем ближе подходили разбойники, тем сильнее кололо, только когда стало совсем противно, поняла – белый гаюин действует.

Разбойники окружили меня и с ревом бросились в атаку.

Я подпрыгнула на месте и зависла в воздухе. Пока они ошарашенно таращились, извернулась в полете и приземлилась на плечи одному. Пока тот тупо хлопал ресницами, соскользнула за спину и с лету вонзила керис в середину черепа.

По рукам прошла волна, в голове зазвенело, будто ударила молотом в каменные ворота. Человек застыл с изумленными глазами, пальцы сжались, словно мертвое тело собирается ударить в ответ. Затем колени разбойника подкосились, он рухнул в траву, как мешок с песком.

Я отпрыгнула в сторону, укрываясь плащом, как щитом. Раздался треск ткани, прямо перед носом вылезло сверкающее лезвие.

– Чтоб вас лешие сожрали! – отчаянно прокричала я.

Над ухом пролетела дубина, пришлось упасть на колено, чтоб уберечь голову.

Тут же с руганью вскочила на ноги и снова оттолкнулась от земли. Перелетев одного из разбойников в затяжном прыжке, оказалась прямо между ними. Тело работает быстрее ума, я резко пропустила керис под рукой и надавила. Из-за спины раздался вопль боли, я чуть прокрутила лезвие и дернула на себя, вопль повторился, сзади грохнулось.

Лицо третьего разбойника перекосило от ярости, на губах выступила желтая пена, глаза покраснели. Он вскинул меч и бросился на меня.

Пришлось резко отклониться назад, зависнув параллельно земле, чтобы спастись от широкого замах, он едва не снес пол-лица. Разбойник снова замахнулся, я кувыркнулась в сторону, уворачиваясь от лезвия.

Когда вскочила, решила прыгнуть со спины, но разбойник быстро развернулся и снова пошел на меня.

– Да что тебе надо! – не выдержала я.

– Отрезать уши! – проревел разбойник.

Я закричала:

– Лучше я тебе!

Он впал в безумие, стал крушить направо и налево. Только успеваю уклоняться от смертоносных ударов.

Я выбросила вперед керис в надежде попасть разбойнику в лицо, но тот отмахнулся от клинка, как от назойливой мухи. Мое единственное оружие с шелестом упало в траву.

От очередного замаха пришлось поспешно отпрыгивать, спина уперлась в шершавую кору березы. В ту же секунду перед глазами сверкнуло лезвие.

Дыхание застряло в горле, я приготовилась умереть.

В воздухе просвистело, блеснул металл. Разбойник сделал неуверенный шаг и застыл с открытым ртом. Отходя от шока, я быстро заморгала, все еще не понимая, что случилось.

Из глаза разбойника торчит окровавленное острие, на самом кончике собралась багровая капля. Поверхность натянулась, капля оторвалась и, как в замедленном действии, полетела вниз.

По искривленному лицу потекли багровые струи. Пальцы негодяя медленно разжались, меч с глухим стуком упал в траву. Он стоял так еще секунду, не сводя с меня целого глаза, затем взгляд померк, и мужик рухнул, широко раскинув ноги.

Я медленно повернула голову и захлопала ресницами.

Среди груды изрубленных тел стоит Варда в позе метателя, грудь ходуном, на лице кровавые капли вперемешку с потом. Глаза бешеные, сверкают, как адамантиновые доспехи.

Чуть в стороне на колене Лисгард, ладонь опирается на рукоять. Лезвие наполовину утоплено в теле разбойника, наверное, прошло насквозь.

Я очнулась от оцепенения, медленно подошла к ним. Только сейчас поняла, как испугалась – руки холодные, уши торчат. Меня начала бить крупная дрожь.

Варда запахнул мне плащ и проговорил хрипло:

– Ну-ну. Все хорошо. Отбились.

Зубы застучали, я сунула руки под мышки, пытаясь найти подходящее положение, но легче не стало.

– Спасибо, – проговорила я сквозь тряску.

Варда отвернулся и глянул на белокожего.

– То ли еще будет, – выдохнул он.

Рыжий вновь повернулся и внимательно всмотрелся в лицо. Широкая ладонь легла на затылок, как если бы была маленьким эльфенком, а он – большим и сильным. Его лицо оказалось так близко, что смогла разглядеть прожилки в глазах.

Палец скользнул по щеке.

– Забрызгалась, серая, – произнес Варда тихо.

Я смущенно отстранилась. Мазнув ладонью по подбородку, посмотрела на пальцы: на серой коже остались красные пятна. Потом быстро оглядела себя, делая вид, что сейчас это ну очень важно.

Сапоги заляпаны почти до колен, в плаще небольшая дыра, на локте красное пятно, но через некоторое время посинеет, затем станет желтым, а потом вовсе сойдет.

Вокруг трупы в неестественных позах, под ними небольшие багровые лужицы, головы запрокинуты. В голове запульсировала мысль – я убила людей, по-настоящему убила. Когда уйдем, стаи ворон и стервятников растащат останки.

В желудке заворочалось и поползло вверх, перед глазами поплыли цветные мухи, уши заложило, будто на них надели деревянные колпаки. Приступ тошноты накатил неожиданно и быстро. Меня согнуло пополам, пришлось сцепить зубы, чтобы удержать в себе утреннего зайца.

Захотелось пить, затылок все еще пульсирует, но уже остыл. Варда с пониманием посмотрел на меня, снял с пояса небольшой бурдюк с водой и протянул мне:

– Глотни.

Я схватила бурдюк и стала жадно пить, стараясь насытиться про запас. Прохладная влага приятно льется