Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Драконокрад, — сквозь зубы выдохнул Вотый, чувствуя отнюдь не восторг от воровского таланта мелкой, а унижение от несостоятельности взрослых, из-под носа которых она умудрялась таскать не абы что, а целых ящеров.

Сомнений в том, что это она, почти не было. Запах, остававшийся на местах краж, был таким же, как её собственный: молочный, детский. Похоже, засранка знала, что по «молочному» запаху её не найдут — больно он уж был схож у разных детей, — и даже не пыталась маскироваться. Или толком не умела.

— Так, значит, драконов уводила ты? — уныло вопросил оборотень.

Девочка насупилась и сжала челюсти.

— Невинность не строй. Я поймал тебя, когда ты ящера из стойла выводила. В помощники на конюшню тебя точно не нанимали.

И удовольствия от допроса никакого. Со взрослым мужиком он бы ещё языками почесал, соревнуясь в острословии, а с бабой бы и пококетничал. А дитёнка как допрашивать? И куда её после этого девать?

Отдельную камеру ей не выделишь, тюрьма переполнена. В сыске содержать преступников запрещено, исключение сделали только для тех, кто недавно перекинулся в химер духа. В суде… С ребятами из суда сыскари с недавних пор не ладят, выделить камеру для малолетней преступницы, которой не светит суд в ближайшее время, они не согласятся.

— Может, в приют отправить? — пробасил верзила.

Он единственный, помимо лекаря, остался с Виканом в допросной, хотя желающих было много. Но Ранхаш разогнал всех и Майяри утащил с собой.

— Там о ней позаботятся. Ну не судить же её в самом деле? Она мелкая, девочка ещё. Сиротам-бабам, сам знаешь, на жизнь зарабатывать тяжело. Мож, и лучше, что она ящеров решила седлать, а не… — оборотень многозначительно поиграл бровями.

— Малец, уже вкусивший азарт от большого дела, вряд ли захочет стать помощником швеи. Боги, и что мне с тобой делать?

— У меня знакомая хатерай ученицу ищет, — почесал башку верзила, но Викан опять поморщился: знал он эту хатерай.

— И почему вообще тобой занимаюсь я? — оборотень неприязненно уставился на девочку. — Мне поручили только поймать.

— Неудачник, вот тебя и пользуют, — рискнула та раскрыть рот и съехидничать.

Викан не обиделся и с тоской уставился на веснушчатое лицо преступницы.

С малолетними карманниками обычно поступали довольно щадяще. Отправляли в специальные приюты, которые перевоспитывали вот таких начинающих воров. Тех, за кем числились преступления посерьёзнее, предпочитали отправлять и в более жёсткие места перевоспитания: в армию, городскую стражу, военные школы. Вкусивших больших денег поганцев можно было переманить только большим делом, к приютским наставлениям они оказывались не очень восприимчивы. Но что делать с маленькой девочкой, которая крадёт драконов? Викан задницей чуял, что в воспитательный дом, где содержатся ставшие на путь проституции, её лучше не отправлять: запах чистый, если малявка и думала продавать тело, то не решилась. И не стоит соблазнять её, помещая среди ровесниц, которые только и балаболят о своей прежней жизни.

— И ничего у тебя на меня нет, — вякнула мелкая, нагло щуря глаза.

— Правда? — Викан провокационно вскинул брови. — А беспризорность?

Даже веснушки посерели.

— Сироткам нужно быть под опекой, — продолжал издеваться оборотень.

Почему-то большинство беспризорников как кары богов боялись оказаться чьими-то воспитанниками. Запугивают, что ли, друг друга страшилками? Мама, покровительствующая нескольким приютам, частенько жаловалось, как тяжело бывает с воспитанниками, взятыми с улиц.

Но девочка всё же права: ничего на неё у Викана не было. Только выводимый из стойла дракон. Но выводимый ещё не украденный. С кошельками всё же проще: вытащил из кармана, значит, вор. Он уже и сам сомневался, что поймал того, кого нужно.

Потратив уйму времени на изучение мест краж и опрос смотрителей, Викан понял, что вор предпочитает выбирать «неурочное» для краж время. Чаще всего драконы пропадали днём, реже на рассвете, едва небо начинало розоветь, и никогда ночью. И всегда вор приходил, когда в ангаре никого не было. Причём он не выманивал смотрителей сам, все отлучки выглядели вполне естественными. Вор шнырял где-то рядом и всё подмечал.

Только Викан даже не думал, что дракона мог стащить ребёнок.

— И кому ты их продавала?

Девочка насупилась.

Вряд ли она сама находила покупателей. Возраст всё же не тот, чтобы её воспринимали серьёзно. Значит, есть посредник.

— Наверняка дурит тебя… Гроши платит от настоящей цены, а ты и рада, — подначивал Викан.

Мелкая бандитка продолжала молчать.

— Десятку золотом накинет — и довольный, что облапошил.

Тут уж девочка не выдержала и растерянно заморгала ресничками.

— Что, и десяти нет? — искренне удивился Викан. — Восемь? Семь? Пять⁈ — в голосе оборотня зазвенело возмущение.

— Ну чего ты хочешь? — заступился за ребятёнка верзила. — Кто с ней считаться будет? Золотой-то набрасывают?

Девочка, закусив губу, неохотно мотнула головой. Похоже, ответить её вынудила взыгравшая обида. Помедлив, она даже сказала:

— Десять… серебрушек.

Викан зашипел.

— Ты знаешь хотя бы, сколько стоит дракон?

— Да она до стольки и считать вряд ли умеет. Ну ты не расстраивайся, малая. Выучишься на хорошую швею и десять серебрушек в месяц без всяких драконов заработаешь. Портки-то всем нужны, а дракона прокормить ещё дороже, чем купить.

Паршивка презрительно фыркнула.

— Давай договоримся так. Я плачу тебе за каждого дракона по пять золотом, а ты говоришь, кому их сдала, — пошёл Викан на нечестную для приличного сыскаря сделку.

Верзила заинтересованно посмотрел на него: приличным сыскарём был только харен, но в последнее время и про него начали поговаривать такое…

Хищно шевельнув ноздрями, драконокрадка в сомнении облизнула потрескавшиеся губы. Ябедничать не хотелось, но купец её уже обманул, и она, обиженная, хотела поквитаться. И пять золотых… Таких денег она никогда и в руках не держала.

— А это скока всего? — осторожно полюбопытствовала она.

— Ну смотря сколько драконов…

— Девять! — мгновенно выпалила мелкая.

— По отчетам семь! — ревниво заметил Викан и удостоился уничижительного взгляда. Мол, раз знаешь, чего спрашиваешь. — За семь драконов тридцать пять золотых.

У девчонки дыхание спёрло.

— Тридцать пять золотых… это… это же сколько в серебре будет?

— Много, малая, много, — ухмыльнулся Викан.

Увы, куда деть юную талантливую драконокрадку, Викан так и не придумал. Он обошёл всех сыскарей на этаже, интересуясь, нет ли