Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

— Врач? А кто это?

— Ну, насколько я помню в древности врачом называли человека умеющего складно врать. То есть такой человек лечит словом. Врачует душу. А уже потом так стали называть лекаря или даже целителя.

В глазах девушки зажё гся слабый интерес, — как интересно. Это у вас в Твери так говорят?

Незаметно мы увлеклись разговором на общепознавательные темы. В этом плане мне было легко. Здесь нет интернета, и я мог плести всё что душе угодно. В частности, про другие экзотические страны типа Латинской Америки и Австралии.

А когда народ зашевелился и объявили начало танцевальной программы, то я немедленно предложил Наталье руку. Это вышло легко и непринуждённо. Я уже вроде как и не посторонний. Так мы и влились в торжественный полонез. Собственно этот танец несложный. Как будто церемониальное шествие. Первой идёт пара уездного главы с супружницей, потом присоединяются и остальные. Мы неспешно обходим зал с поклонами и поворотами. Танец долгий, пока все пары не продефилируют по залу, не успокоятся. Минут десять не меньше. Всё это время мы продолжали оживлённую беседу. Наталья прыгала с одной темы на другую. Танец закончился и мы отошли в сторону.

— Ну я так не могу, — женщина стоит совсем рядом и ждёт ответа. Она поинтересовалась обычаями аборигенов африканского континента и спросила откуда я так много знаю.

— Может я покажусь Вам не учтивым, но рискну предложить упростить наше общение. Вы не против называть меня Константином. А я Вас Натальей. Просто пока я зайду через Китай и выговорю Ваше имя-отчество, уже бал закончится.

Девушка улыбнулась и кивнула, — Наташа, конечно, я никогда не был в этих местах. Зато у меня был доступ к документам экспедиций, и не только наших русских. Я просто много читал и интересовался этой темой.

Вторым танцем объявили кадриль. Я просто протянул руку и Наталья приняла приглашение, мы как бы просто продолжили интересное для обоих общение — только я плохо знаю этот танец. Прошу меня заранее простить.

Все танцующие разбились на четвёрки. Четыре пары стоят квадратом, танец строится на взаимодействии всех восьмерых танцующих. Сближение, взгляд, кивок и переход к другой партнёрше. Под конец я вернул себе свою и, к сожалению, танец закончился.

Но раздались звуки волшебного вальса, и мы решили продолжить разговор. А когда мы направились на розыски Мелехова и ей подруги Лизы, меня подловили.

Молодой армейский офицер буквально врезался в меня. И вместо того, чтобы извиниться, он произнёс, — сударь, как Вы неуклюжи.

Провокация в чистом виде, вспыхнувшая перепалка привела к вызову на дуэль. Чёрт побери, впервые в жизни меня вызвали на дуэль. Это было настолько неожиданно, что я немного растерялся. Пришлось извиниться перед девушкой и проводить её к подруге.

— Ну, этого и следовало ожидать. Зачем Вы, Константин Павлович пригласили Оболдину в третий раз?

— А что это запрещено законом или сословными ограничениями?

— Нет, но по правилам бального этикета если кавалер приглашает девушку на танец трижды, этим самым он провозглашает свои особые намерения.

— Какие намерения, Григорий Яковлевич. Приятная молодая особа, мы замечательно беседовали и так получилось, что я пригласил её ещё раз.

— Побеседовали? Если бы Наталья Львовна была невинной девушкой на выданьи, то Вам бы пришлось засылать сватов. А так Вы просто взбудоражили всех отвергнутых ею кавалеров, вот и результат. Когда Вы говорите у Вас дуэль? Послезавтра в восемь утра у входа в парк? Классическое место для молодых бретёров, любителей пощекотать самолюбие, — Мелехов успокоился и принялся размышлять.

— Ладно, завтра с утра прикинем что и как. А сейчас я советую Вам распрощаться и отбыть домой.

— Это будет похоже на бегство.

— Это будет похоже на Ваш уход, не более того. Не всё ли Вам равно, что подумают эти сопляки?

Тоже правильно. Я не стал особо прощаться, сказал только пару слов Аркадию и пошёл по лестнице вниз. Никого не встретив, забрал свой плащ и махнул дежурившему у здания извозчику.

Глава 2

Ночь спал откровенно плохо — слышал, как подъехал Мелехов. А потом пытался заснуть. Перед глазами стоят дурацкие картинки в духе дуэли Пушкина с Дантесом. Мы с тем офицериком стоим вплотную друг к другу и целимся из тяжеленных дуэльных пистолетов. Нас разделяет белый платочек, который почему-то держит Оболдина. Её глаза печальны и она смотрит именно на меня так, будто заранее хоронит. Проснулся в поту, сердце заполошенно колотится. Попив воды, чуть успокоился.

— Знакомьтесь господа, это мой юный друг Константин Павлович Синичев. А это мой давний товарищ… — я только встал и умылся, как в комнату робко постучала служанка и известила, что меня ждут внизу.

Спустившись, обнаружил одетого в припорошенную снегом шубу Григория Яковлевича. Рядом с ним стоит незнакомый мне человек среднего возраста. Выглядит тот моложаво, но виски прибиты серебром, наверное ему лет сорок пять.

— Подпоручик лейб-гвардии Семён Петрович Белобородько, — сам представился незнакомец.

Угу, неужели секундант противоположной стороны нарисовался в такую рань. Оказалось, не совсем так.

— Константин, я взял на себя смелость побеспокоиться по поводу завтрашней дуэли. Семён Петрович весьма сведущ в этих вопросах. Дело то непростое, нужно всё продумать.

Завтракали мы вместе, гнетущую тишину нарушал только наш гость, с шумом прихлёбывающий горячий чай с блюдца. Он делал это шумно и непринуждённо. Будто заполнял тягостное молчание, царившее в комнате. Наконец все насытились и мы перешли в кабинет.

Вояка чувствует, что мы от него сейчас зависим и не торопится нас успокоить:

— Скажите, Константин Павлович. Как у Вас с владением холодным оружием? Что Вы предпочитаете, шпагу или саблю? Возможно, Вы привыкли к пистолетам?

— Не знаю, я особо не тренировался в этих дисциплинах, всё больше учился, — ну а что я должен был ему ответить?

— Жаль, жаль. Я просто хочу объяснить Вам с кем придётся скрестить оружие. Вам бросил вызов свежеиспечённый корнет Воронежского кавалерийского училища. Некто Измайлов Юрий Никифорович. Ничего из себя как вояка пока не представляет, но в училище их неплохо натаскивают на владение саблей и пистолетом. Но теперь это уже не важно.

Мелехов подошёл к шкафчику и достал графинчик с наливкой. Он преподнёс рюмочку бравому подпоручику и тот с благодарностью её принял, лихо опрокинув в рот. Пожевав губами, продолжил:

— Видите ли, среди дворян приняты дуэли двух типов. Магические и