Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

Он подошёл ко мне поближе, поправил узкие очки и открыл портфель, откуда достал удостоверение.

— Прошу прощения, я не представился. Кондратий Ефимович, полномочный инспектор министерства образования губернии. Прибыл для оценки Ставрова Сергея Викторовича. Это, полагаю, вы?

— Правильно полагаете, — кивнул я, повнимательнее вчитываясь в удостоверение.

Кондратий Ефимыч с удивительным спокойствием отреагировал на полёт Адамыча. Даже сейчас, когда тот мотался на ветке, он не обращал на это особого внимания.

— А в чём, собственно, меня собираетесь проверять, Кондратий Ефимович?

Я держал под мышкой трёхлитровую банку мёда, которую отобрал у Дракота.

Откуда он её взял? Что ж, интересный вопрос. Но с ним разберёмся потом.

— На вас подана заявка для получения лицензии учителя, — пояснил инспектор. — Надеюсь, вы…

Тут он прервался, потому что позади на землю шмякнулся Адамыч. Однако этот засранец оказался живучим. Тут же подскочил и побежал прямо к нам.

Кажется, он ещё не заметил, что реактивная огненно-ветряная тяга разорвала ему штаны. И не только штаны, кстати говоря…

Я имею в виду нижнее бельё! А не, кхм… сам выхлоп. Заклинание не так работает. К счастью, надеюсь.

Но сейчас меня беспокоило другое.

— Стоять! — выступил я и выставил руку перед собой.

Адамыч от неожиданности реально замер, причём на одной ноге. Захлопал глазами, а затем вдруг исказился в гневе.

— Да как ты смеешь!..

— Если вы приблизитесь хоть ещё на пару шагов, — стальным голосом отрезал я, — напишу на вас заявление в полицию!

— За что⁈

— За нанесение тяжелейших психологических травм подрастающему поколению магов. Я даже знаю, где отдел находится, предупреждаю!

— Чего? — вскрикнул Адамыч.

Затем он, видимо, понял, что сзади как-то очень уж сильно дует. Оглянулся, подскочил и ухватился за собственный зад. И зыркнул на меня взглядом, полным ненависти.

Кажется, он начал подозревать, в чём дело. Ну или уже догадывался об этом ещё раньше. А теперь увидел мою ухмылку и окончательно понял, что заклинание изначально было подставой.

— Да, на меня должны были подать заявку на получение лицензии, — вернулся я к разговору с инспектором.

Адамыч услышал мои слова и удивлённо выпучил глаза. Взглянул на инспектора и пробормотал:

— Т-то есть вы… вы не хотите его уволить?

— Уволить? — нахмурился Кондратий Ефимыч. — Что вы! У меня нет таких полномочий.

Однако затем его голос стал важным и слегка высокомерным:

— Сергей Викторович, прошу отнестись к моей проверке со всей серьёзностью. Если я не допущу вас к дальнейшему процессу, лицензии вам не видать.

— Не волнуйтесь, — улыбнулся я. — Всё будет нормально…

— Мряв! — засранец Дракотяра тыкнул носом мне в спину.

— Кыш!

Он явно нацелился на мёд. Хотя неподалёку в его полном распоряжении находились шарики-вкусняшки!

— А этот монстр?.. — многозначительно протянул Кондратий Ефимович.

— А, это… — я чуть призадумался. — Это мой домашний Дракот. Все бумаги в наличии, всё в порядке. Только они дома. Могу потом показать.

— Это ладно, — отмахнулся инспектор. — А что он делает здесь?

— Помогает проводить контрольную работу, конечно.

Кондратий Ефимович искренне удивился. А бесята позади нас притаились. Кто-то заметил оказию, произошедшую с завучем, и злорадно хихикал. Пока что тихо.

Анжела со Стефанией держали в руках вкусняхи и пытались завлечь ими Дракота. Но тот упорно лез мне под мышку за банкой с мёдом.

Блин, да кто её вообще сюда притащил⁈ И хрен с ним — мёд… Но трёхлитровая банка!

— Что ж, — нахмурился Кондратий Ефимович, — тогда позвольте поприсутствовать на вашем занятии.

— Н-но… но…как же… — попытался возразить Адамыч.

Однако я ему не дал договорить:

— Соломон Адамович, вы тоже хотите поприсутствовать на занятии?

Завуч осёкся. Взглянул на меня, на детей. На инспектора… И еле удержался, чтобы не взглянуть на собственный голый зад.

Затем замотал головой и попятился, стараясь не оборачиваться.

— Д-да нет, знаете… у меня тут важные дела… наверняка имеются… — сразу и оправдание придумалось.

Он начал ускоряться и едва не запнулся. А когда дети уже не выдержали и начали хохотать во все глотки, от нервов его снова подвёл Источник, и заклинание подкинуло бедолагу на пару метров.

— Ай-яй-яй!! — восклицал он, прыгая раз за разом.

Похоже, заклинание стихии ветра очень интересно работало в случае с огневиком Адамычем. Оно принудительно преобразовывало магические потоки в ветер. Но огонь, который был природным даром завуча, не заменялся, а скорее, переплетался с ветряными потоками. И вместе они превращались в плотное направленное пламя.

Кондратий Ефимович смотрел на это с некоторым тусклым интересом. Без особого удивления, просто как на забавную картину.

Адамыч, попеременно подлетая на жопной тяге, скрылся за опушкой и со всех ног помчался прочь.

Надо отметить, у него не так уж и плохо с контролем магии. Таргай выглядел немногим лучше в свои первые минуты нашей шутки.

— Мряв!

— Да чтоб тебя! — повернулся я к дракону. — У тебя там вкусняхи есть! Вон к девчонкам иди!

Дракот недовольно фыркнул и демонстративно уселся там, где стоял.

Не понял. Это бунт, что ли⁈

— Бесята! — обратился к хохочущим школьникам. — Чьё это добро?

И руку поднял, конечно же, Петя Валиков. Блин, и как я сразу не догадался?

— Это моя банка, Сергей Викторович, — пробурчал пацан под тихий смех одноклассников.

— Иди забери, — вздохнул я. — Только ответь мне, пожалуйста… зачем?

— Что — зачем? — нахмурился парень, перехватывая у меня драгоценную банку.

— Зачем ты притащил на занятие трёхлитровую банку мёда⁈

Дракот заворожённо её проводил взглядом и потянулся было к Пете, но я цыкнул и заставил его сидеть ровно.

— Ну… — он смущённо почесал затылок и пробурчал: — Для сохранности.

— Чё? — только и вырвалось у меня.

Петя снова засмущался, оглянулся на Федю, который уже что-то шептал стоявшему рядом Максиму. Тот ехидно улыбнулся и повернулся к Денису, чтобы передать свежую остроту.

— Просто этот мёд мой дед делает. Он пасечник… — объяснял Петя. — Вкусный мёд! Очень!

— Да, я вижу, — хмыкнул я, наблюдая за возбуждённым Дракотом.

Засранец невольно воткнул когти в землю и дёргал ноздрями. Он как-то слишком уж сильно реагирует на мёд. Источник аж подрагивает от волнения.

— Ну, я его и таскаю