Сила госпожи Бесовой - Алла Эрра

лекарем, а на самом деле бездарный садист с непомерным эго, каким-то чудом умудрился проникнуть в сферы, неподвластные простому обывателю. Жорж Моро… Наша с ним встреча произошла в тысячу семьсот семьдесят пятом году в маленьком французском городке Сен-Омер.

Но мой носитель, несмотря на все свои пороки и слабости, оказался уникальным человеком. Его разум без какого-либо сопротивления сливался с моим всё больше и больше. И через пять лет я не просто контролировал сознание Моро, но и начал сливаться с его телом. По-настоящему!

— Повезло, — поддержала я разговор. — Такая удача редко выпадает.

— Нет, Ирина Петровна. Всё с точностью до наоборот. Я не мог уйти из носителя даже после его смерти. Оказался в ловушке слабого человеческого тела. Мои дни были сочтены, но я не отчаивался. Уже тогда проявил недюжинные таланты, позже возвысившие меня. После долгих, кропотливых попыток избавиться от Жоржа Моро, пришёл к выводу, что это невозможно. Поэтому стал искать способы продлить жизнь.

Вы не представляете, сколько экспериментов пришлось провести! Сколько книг прочитать!

Правда, толку от них не было никакого. Французскую революцию я встретил уже настоящей развалиной с гнилыми зубами, больными суставами и сильно разрушенными внутренними органами. Но именно восстание в Париже дало мне правильное направление! Бунт черни я застал в столице Франции, незадолго до этого перебравшись туда из Сен-Омер.

Далее провидение помогло мне стать подмастерьем у самого Шарля-Анри Сансона — “Королевского палача”, как позже стали называть его в народе. Именно он казнил Людовика XVI, чем и заслужил такое прозвище. Кстати, я присутствовал на этом событии. И при испытании механизма для казни господина Гильотена тоже. Так что вы сейчас видите перед собой историческую личность!

Королевский палач, несмотря на тысячи приведённых в исполнение приговоров, оказался на редкость умным и, не побоюсь этого эпитета, добрым человеком. В свободное от основной работы время он помогал нищим и занимался прочей благотворительностью. Ещё вёл очень интересные научные записи.

Именно Сансон сподвиг меня на изучение свойств крови. Да я и сам уже нащупал эту ниточку. Вы не представляете, Ирина Петровна, сколько крови тогда лилось в Париже! Целые реки! Иногда после очередной казни я замечал, что мои недуги на время отпускают меня. Буквально на несколько минут, но это был веский повод задуматься.

Я начал у эшафота тайно собирать кровь и пить её. От некоторой тошнило, а вот иная приносила пусть и кратковременное, но облегчение. Почему так, выяснил быстро. Всё зависело от времени рождения и возраста казнённых.

— Казнили даже тринадцатилетних детей? — ужаснулась я, услышав подобное откровение.

— Да. Причём официально несовершеннолетние потомки аристократов считались невиновными, но революционное правительство втайне полностью избавлялось от тех династий, могущих со временем вернуть монархию. Подлое было время, но оно мне нравилось! Этими казнями я и занимался, так что материала для изучения хватало. Таким образом, я смог выяснить, что кровь рождённых в весеннее и осеннее равноденствие имеет свои полезные свойства. Как только революция закончилась, я, выкрав записи Королевского палача, ушёл из Парижа.

Ещё через пять лет, когда я почти находился по ту сторону смерти, мои дальнейшие опыты принесли свои долгожданные плоды… Я снова стал молодым! Правда молодость уже через пару лет полностью исчезла, вернув телу все болезни. Но главное было сделано.

К началу девятнадцатого века удалось создать правильную схему. Вначале я путём переливания крови омолаживался. Следующим этапом, когда через полгода эффект был готов регрессировать, делал дополнительное вливание, а ещё через полгода последнее, закрепляющее результат на десятилетия. Главное во время ритуала: не слишком отдаляться от места принесения первых жертв. Почему так, я пока до конца не понял. Но эта загадка скоро тоже решится. Мысли есть… Это как-то связано с душами убитых, которые я поглощаю вместе с кровью.

Но, к сожалению, подобные серии убийств тяжело держать в тайне. Европа оказалась для меня слишком мала. Пришлось перебираться в Российскую империю. Её бескрайние просторы и малочисленное население прекрасно подходят для моих планов. К тому же после каждого омоложения во мне увеличиваются способности. Особенно ментальные. Поэтому, Ирина Петровна, ещё лет через сто я стану не слабее отпрысков Тёмных Князей, получивших свои возможности просто так, а не по заслугам.

Я же всего добился трудом, упорством и умом! Я имею право быть на верхушке власти, а не у её подножия! И предлагаю вам встать со мною рядом. И требую немедленного ответа! Да или нет?!

Глядя на Ильина, находящегося в крайней степени нетерпения, отчётливо поняла, что дальше не смогу тянуть время. Всё… Оно закончилось…

— Согласна, — с трудом проговорила я. — Теперь я вижу, что вы настоящий Доктор, а не шарлатан. Когда приступаем?

— Прекрасно, Ирочка! — довольно потёр руки упырь. — До утра мне необходимо подготовить всё оборудование. Ну а вы посидите здесь. Извините, но пока не могу вам полностью доверять. Люди же такие эмоционально нестабильные! Особенно женские особи!

70

Самая длинная и одновременно самая короткая ночь в моей жизни… Быть может, последняя…

Я, закованная в кандалы и лежащая в темноте, могла только думать. Пытка. По своей сути — я человек действия. А тут из всех действий лишь ожидание неминуемого страшного утра. Надежда на спасение ещё теплилась в груди, но с каждым проведённым в заточении часом её огонёк становился всё тусклее и тусклее. Слишком мало времени у Саблина и Победоносцева, чтобы отыскать пленницу. Да и ночью особо не набегаешься…

В какой-то момент поняв, что от мрачных мыслей скоро сойду с ума, переключилась на иное — на составление плана побега. Да, разорвать такие надёжные кандалы я сама не смогу, даже войдя в своё боевое состояние. Но перед переливанием меня должны освободить хотя бы на минуту. Хотя бы ради того, чтобы довести до операционной и уложить на стол. Именно в этот момент и наступит время действовать.

Обязательно должны быть какие-нибудь скальпели или иные острые хирургические штуки. Отталкиваю своих конвоиров, хватаю первое подвернувшееся под руку оружие и уже им пытаюсь убить Ильина. Раз он сросся с человеческим телом настолько, что не может его покинуть, то можно не миндальничать. Грохну носителя — упырь сам скопытится, а не перенесётся в иное тело. Нужно сыграть именно на этой уязвимости противника.

Дальше уже придётся действовать по обстановке. Конечно, слуги кровососа тоже представляют некую опасность, но “поделки” Ильина — это неполноценные бесноватые. Значит, не такие уж и сильные. Да и их существование завязано на жизнь хозяина. Получается, что шанс вырваться на свободу у меня