Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

Стоило отдать должное и относительной сообразительности графа. Несмотря на его бешенство, он не сделал роковой для себя ошибки. По выражению лица было видно, что он осознал полную отстранённость рыцарей в возможной схватке. Те демонстративно отвели глаза в стороны и всем своим видом показывали, что они просто так погулять вышли. Не то чтобы они боялись одной красавицы и трех её попутчиков, но конкретное упоминание об императоре Гранлео им подсказало, напомнило правильное поведение. Да и в остальном они понимали: лес общий, граф не при делах, да и противник с арбалетами. Про огромный двуручник, которым убили свирепых медведей, и упоминать не стоило. Силы явно неравны. Поэтому раскрасневшийся Лавшери лишь со скрипом зубов наблюдал, как отряд неизвестных ему людей покидает поляну.

Первой с надменным видом двинулась Аристина. За ней командир отряда с гигантским мечом, а замыкали почётное отступление Додюр с Фериолем. На их четыре арбалета бросился бы только полный глупец. Далее отряд ускорил движение, но ещё некоторое время прекрасно слышались отголоски ругани, которой обменивался граф с рыцарями. Разобрать слова было сложно, но, кажется, в выражениях представители местной элиты не стеснялись. Из чего получалось, что рыцари ни в коей мере не подчинённые местного царька или от него зависящие люди, а лишь гости или собутыльники.

А вот то, что за лесом велось наблюдение, уже настораживало. Так и орлов с их вечерней посадкой (хоть она и состоялась уже в сумерках) или утренним взлётом могли заметить. С другой стороны, мало ли где громадные катарги могли ночевать? Необязательно ведь им останавливаться на ночлег рядом с отрядом людей. Лес всё-таки не маленький.

Поэтому, как только отъехали за первый поворот и скрылись за возвышающимся холмом, Виктор приказал всем двигаться по головному тракту с максимальной скоростью. Тем более что на дороге с раннего утра почти никого не было, кроме нескольких одиноких крестьянских повозок.

Часа два так и двигались вскачь, а потом, свернув на перекрёстке, стали на короткий привал, напоить лошадей и дать им получасовую передышку. Как оказалось, и на этот раз лесная опушка с небольшим ручейком оказалась чьей-то вотчиной, что послужило причиной очередного неприятного спора. Только теперь на путников из леса вывалилась совсем иная компания. Похоже, где-то там в глуши имелось либо охотничье хозяйство, либо иные жилые строения, где всю ночь и веселилась местная знать. Причём очень многочисленная знать, самого разного возраста. Хотя в большинстве превалировала молодёжь. Хорошо ещё, что ни одного рыцаря среди них не оказалось, а все мужчины не имели при себе даже ножей. Иначе истерические крики их молодой, весьма экспансивной и однозначно глупой предводительницы подвигли бы большинство одурманенных выпивкой самцов к банальной драке. Да и так кулачного столкновения удалось избежать с большим трудом.

А всё началось с надоевшего уже хамского восклицания:

– Кто такие?!

Рано растолстевшая, безобразная на лицо женщина стояла в открытой карете и комично пыталась метать глазами сердитые молнии. Остальные кареты с гуляками останавливались с боков, сзади, и из них с подначками, угрожающими восклицаниями выбирались так ещё и не нагулявшиеся люди:

– Баронесса, смелей, мы с тобой!

– Да как они посмели пользоваться твоим ручьём?!

– И топтать зелёную траву!

– Управа на них тоже найдётся!

– Жанет, научи их вежливому обращению!

Не торопящийся размахивать своим двуручником Менгарец удивлённо пробормотал стоящему рядом Фериолю:

– Странные тут люди. Дело к обеду, а они до сих пор спать не ложились. Что за нравы! Проучить их, что ли?

– Не забывай, нам ещё обратно тут проезжать, – так же тихо отозвался жрец. А потом громко, хорошо поставленным голосом обратился к приближающимся людям: – Прекрасные дамы! Уважаемые господа! Мы ни в коей мере не желали посягнуть на ваши территории. Наоборот, мы побоялись вырвать вас из утреннего сна, думая, что вы все уже отдыхаете после привычно проведённой ночи. Тем более что наше путешествие скоротечно, и мы уже через несколько минут вновь отъезжаем, намереваясь добраться до нашей прекрасной столицы ещё до заката. Кстати, госпожа Жанет, граф Лавшери просил при случае передать вам самый сердечный привет и наилучшие пожелания.

Пожалуй, это было единственное имя, на которое путешественники могли косвенно сослаться и сделать вид, что они тоже якобы из подданных княжества. Кажется, номер прошёл, хотя при имени графа толстушка скривила безобразное лицо и ехидно прокомментировала:

– Странно! Разве этот алкоголик ещё не помер от своей подагры? Как он хоть себя чувствует?

– Вполне сносно, как после интенсивного застолья в компании двух представителей рыцарского клана и всей остальной привычной компании. Мало того, сегодня утром он лично отправился на осмотр туш медведей, которые зверствовали в его лесу долгое время.

– Как? Неужели старый дуралей решил уничтожить своих зверушек? – баронесса и о лесной опасности была в курсе. – Он ведь их так оберегал…

– Да, решил, – подтвердил Фериоль самым доверительным голосом. – Именно для этого пригласил из столицы самого знаменитого охотника, из рода Палцени.

Он двумя руками указал на Виктора, а тот в ответ вежливо кивнул.

– Однако! – Жанет явно не могла понять подоплёку действий своего дальнего соседа. – Зачем это ему было нужно?

– Как? Разве вы, баронесса, ещё об этом не знаете? – чистосердечно удивился Фериоль. – Кажется, сам Лавшери уже несколько дней не делает из этого секрета. Как он утверждает, после смерти императора Гранлео некоторые законы надо пересмотреть. В частности, право на владение лесов, расположенных близко от поместья. Поэтому он решил начинать строительство нового замка в самом центре леса, а чтобы медведи больше ему не мешали, пригласил истинного профессионала.

Некоторое время в толпе вокруг баронессы царило оживлённое перешёптывание, а потом кто-то выкрикнул:

– А он и в самом деле убил косолапых?

Обозначенный охотник молча достал из сумки медвежьи хвосты и продемонстрировал восхищённо загудевшим зрителям. Но баронессу больше интересовал другой аспект рассказа:

– Разве граф не опасается в будущем лишиться построенного замка?

– Зачем опасаться? – недоумевал семидесятилетний