Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Машина у Авериных была обычная, подержанная и вряд ли могла много стоить.

— А тебе известна нужная сумма?

— Они считают меня маленьким. И не говорят об этом при мне. — на этих словах товарищ даже слегка притопнул ногой.

Ответить в такой ситуации что-то дельное я не смог, вместо этого выдав вполне банальную фразу.

— Всё будет хорошо, дружище. Вот увидишь. — приобнял я за плечо Максима, после чего мы разошлись по разным кабинетам.

То, что у меня была серьёзная сумма денег, товарищ не знал. Те наличные, которые мы забрали у людей Вяземского до сих пор лежали в черной сумке в моём шкафу. И похоже, эти деньги уйдут также легко, как и пришли.

* * *

— Итак, пацаны. Слушаем внимательно, я по нескольку раз повторять не буду. — вышел в середину поляны бойкий парнишка. — Мы груза собираем на зону. Нужно чтобы каждый уделил по возможности. Думаю… двести рублей все осилят. Срок три дня. — оглядывая нас внимательным взглядом, громко заявил Олег. — И нечего на меня щенячьими глазками смотреть. Людям надо помогать, карму себе почистите. — хохотнул он, под одобрительные смешки своих подельников. — Не себе в карман собираю.

— А если у кого-то нет возможности? — произнёс один из парней с четвёртого класса.

— Руки и ноги есть? Есть. Значит есть возможности. — холодным тоном с нотками агрессии сходу же ответил Олег.

Кто бы мог знать, как мне надоели эти периодические детские школьные разборки, в которых мне так или иначе приходилось участвовать. Правда то, что случилось сегодня — было из ряда вон выходящее. Мне даже трудно было представить, что в школе, которая находится под протекцией самого графа Белорецкого, какой-то идиот может додуматься проворачивать такие вещи, но нет, умники нашлись.

Эти наглые предприниматели собрали мальчишек из нескольких классов нашей школы на заднем дворе, заранее пригрозив тем, кто это приглашение проигнорирует. А затем стали подобным образом трясти с нас деньги. Как позже выяснилось, они уже несколько дней вытаскивают на обеденный перерыв по несколько классов, и рассказывают одну и туже историю. Соблазн набить морду этому Олегу, которого чаще называли по кличке Кулак, был большой. Своего товарища я и вовсе с трудом сдержал от такого шага.

— Во-первых, когда первоклассник лупит семиклассника — это очень подозрительно. — стал я объяснять другу свой план. — Нам бы лучше такое внимание к себе не привлекать.

— Предлагаешь стерпеть? — недовольно оглядел меня Максим.

— Вот ещё. — фыркнул я. — Предлагаю кое-что другое. Мы, конечно, можем отбиться от этих уродов самостоятельно, но эти ребята, — указал я на грустно плетущихся впереди сверстников. — вряд ли. А я что-то не очень хочу, чтобы они раскармливали этих…

Себя тоже приходилось сдерживать. Начинающие бандиты, решившие разжиться на детских обедах, вызывали у меня чувство праведного гнева.

— И что же ты предлагаешь?

* * *

Мы начали с класса, в котором учился я. Собрали на перемене всех мальчишек и прямо сказали, что денег никому давать не собираемся. Услышав, что абсолютное большинство своими наличными делиться также как и мы не желает, предложили ребятам дать отпор вымогателям.

— Если мы один раз их покормим, то потом будет очень трудно отвязаться. И напротив, дадим отказ, пусть даже кто-то получит люлей, но зато больше они нас трогать не будут. — произнёс я, оглядывая ребят.

— А мне на такое дело денег не жалко. — встал в оппозицию Ваня, а рядом стоящий его друг Вова, согласно закивал. — Тем более нормально попросили они. У меня дядька сидит, я бы с радостью ему помог.

— Во-первых, эти деньги туда не пойдут, чтобы ты себе там не фантазировал. Во-вторых, они не попросили, а поставили перед фактом.

— У Кулака брат в одиннадцатом классе и своя банда. Они нас побьют и всё. — ответил Сашка, зашуганный очкарик из моего класса.

— В общем, если хотите, чтобы вас избили, идите с ним. — закончил Ваня.

— Моё дело предложить. — равнодушно отмахнулся я, не желая вступать в спор ни с одним, ни с другим. — Те, кто с нами — никому свои деньги давать не будут, обещаю. Остальные будут решать свои проблемы самостоятельно.

Такой подход оказался более действенным. Когда с людьми сюсюкаешься и уговариваешь, они начинают ломаться, думать и сомневаться. А вот если дать на выбор два варианта и выгодно обрисовать перспективы, то народ принимает нужное решение намного легче и быстрее.

Мы с товарищем провели подобные диалоги и в его классе, и в ряде других. Везде нашлись согласные и противники, трусы и смельчаки, желающие помочь и остаться в стороне.

Меня такой расклад не смог удивить ни капельки, а вот Максим злился. Когда я озвучил свой план, в его фантазиях были радостно галдящие школьники, благодарящие нас за помощь и выражающие чуть ли не единогласное желание выступить единым фронтом.

Реальность же оказалось иной, что неприятно сказалось на настроении друга.

— Максим, ну а по-другому и не бывает. — хлопнул я по плечу товарища.

— Для них же стараемся! — буркнул он, но было видно, что быстро успокоился.

* * *

Как бы там ни было, но долгожданный день настал и в школьный двор заехали два больших автобуса, в которые после первого урока стали грузить первоклашек. Абсолютно все, в том числе и я, были в предвкушении поездки в город.

Нам сообщили об этом сюрпризе за два дня до сегодняшнего и всё это время детвора пребывала в томительном ожидании. Немного перебить радость от этого события получилось только у Олега и его банды малолетних вымогателей. Но сегодня все о них забыли, предпочитая оставить эту проблему на завтрашний день, который обещал быть не менее богатый на события, нежели текущий.

Поправив подаренную бабушкой синюю кепку и наблюдая в окне автобуса, как родное село остаётся позади, я молча погрузился в свои мысли, как и большинство окружающих. Такая тишина для нашего класса была редкостью. Правда уже через десять минут Нина Николаевна спохватилась и стала нас развлекать, напевая различные песенки, которые детвора охотно подхватывала.

Я в этом деле участвовал весьма избирательно, только если нравилась какая-то песня. Больше наблюдал со стороны за своими одноклассниками и дорогой. Сидящая сбоку Алина, напротив, знала буквально каждую песню и довольно звонко и чисто подпевала. Её бугаи сидели сзади нас и во всеобщем веселье не участвовали. Тётя Тоня уселась одна на два сиденья через проход от нас, и всю дорогу не смыкала глаз, внимательно наблюдая за окружающей обстановкой. Казалось, она была единственной в автобусе, кто не мог расслабиться. Впрочем, ей по работе это