Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

Разговор про деньги этот кретин улавливал с непревзойденной четкостью, тут же взревев «Чтооооо?!!!»

— Меньше чем за пять золотых я с тебя приворот не сниму, — сделал я ему ручкой, осматривая бездыханную тушку на своей ладони.

— К-какой приворот?!! — интересовался своей судьбой богатый и осторожный крестьянин.

— На Кума, Богун, на Кума. Вся деревня порадуется этому, когда узнает, что ты людьми торгуешь.

— КАКИМИ ЛЮДЬМИ⁈

— Вот этими, скот убогий! — рявкнул я, потрясая феей, — Решил, что раз она маленькая, так и не человек⁈ Так ты для меня в сто раз меньше человек, чем она, идиот! Иди уже отсюда быстрее, вон Кум твой бежит!

В общем, остался я как с золотом, так и с совершенно лишней в моей жизни феей, Кум с большой половой трудностью, а Богун убежал домой, кляня судьбу, вместо того чтобы радоваться неразорванной жопе. Ох и не люблю же я его. Мозгов нет, а выводы делает. Почему делает? Потому что хозяйство у него крепкое, а значит — в жизни понимает!

Фея была в глубоком отрубе или, как выражаются умные люди, в алкогольном делирии. Отхлебнула она, видимо, от души, а после встречи с косяком перешла в глубокий здоровый сон. Проснется с шишкой и похмельем, решил я, поднимая добычу назад, на свой этаж.

Как и абсолютное большинство фей, это создание представляло из себя прекрасную девушку высотой с ладонь, снабженную полупрозрачными крылышками. Те, кстати, обладали удивительными свойствами, в том числе и неразрывностью. Смять их можно было в два комка, а потом они всё равно раскрывались назад. По причине наличия этих стрекозиных крыл, феи довольно коротко стриглись, либо делали себе абсурдно высокие прически.

Хм, что еще? В цивилизации магов фея скорее роскошь и украшение, а заодно и вредитель, чем существо полезное, мозгов у них не так чтобы много, приблизительно как у шестнадцатилетней москвички, удравшей из дому и нашедшей себе папика. Конечно, в обсерватории Исследователей, где куча тонких, сложных и выверенных заклинаний, фея может «прокачать» свой интеллект до вполне внушительных пропорций, но смысла в этом будет немного, так как чересчур активно работающий мозг будет потреблять всю доступную фее энергию, от чего она даже летать будет плохо. Тем не менее, если заморочиться и обучить фею нескольким нехитрым видам легкой деятельности, то они будут вполне пристойно их выполнять (например, в лавке у портного), а заодно и служить украшением и сигнализацией.

Его котейшество изволил проснуться, когда я раскладывал книги по наконец-то доделанному книжному шкафу. Шайн спрыгнул со своей верхотуры, забрался на свой стул за столом, а там и застыл, увидев старательно блюющую в кружку фею. Та, впрочем, блевать прекратила и ответила ему тем же, то есть шокированным и потрясенным взглядом.

Ах да, феи и кошки. Как понимаете, дамы и господа, между этими двумя народами ну очень натянутые отношения. Хуже, чем если бы Кум натянул Богуна, если вы меня понимаете.

— Аааа!! — тонко пищала фея, криво летая под потолком.

— Ыыы!! — обалдевал не до конца проснувшийся Лунный кот, сидя на табуретке.

— Вот и познакомились, — резюмировал я, продолжая выставлять книги. Но оказался не прав. Фея сдуру юркнула в ход, ведущий в кошачий будуар, Шайн, взвыв как проклятый, ринулся отстаивать жилплощадь (а вдруг недоблевала⁈), так что кавардак продолжился, пока фея не была изгнана вниз и не спряталась у меня на плече, вцепившись ручками в шею и крупно дрожа.

— Джо! Ты сделаешь мне люк! — потребовал кот, вновь выбравшись из своего убежища, — Что за безобразие⁈

— Сейчас узнаем, если прекратишь орать и пугать нашу гостью…

Но мы не узнали. Фея, несмотря на свой вполне мифкрестовское, хоть и потрепанное, платье, была нехило одичавшей, чирикая о чем-то своём и не проявляя признаков наличия интеллекта или разумной речи. Быстро успокоившись, мелкая засранка навернула предложенного ей меда, зевнула и бухнулась спать прямо на столе. Пришлось перекладывать её на полку поближе к спуску, а затем накидать вокруг несколько слабых, но довольно сложных заклинаний. Может, придет в себя после стимуляции?

Я бы не стал с ней возиться, но вышло так, что я Богуну слегка приврал. Феи, безусловно, относятся к волшебному народу, но недостаточно серьезно, чтобы я рванул по льготному тарифу в Мифкрест, а значит, пришлось бы потратить десять золотых на туда-обратно. Настолько далеко я не согласен был зайти! Так что пусть лежит на полке, дует мед и приходит в себя.

— Вот не знаю, что сказать, — проворчал кот спустя пятнадцать минут, — Ты, какой-никакой, но в прошлом был крут. Охотился на оборотней, вырезал целую пиратскую команду, послал бога, причем лицом к лицу. Спас планету от лошадеголовых. Мочил американских мафиози, даже в сортире. И что с тобой стало? Прячешься от деревенской девки с конкретным недобором шариков?

— Не прячусь, а игнорирую, — с достоинством опроверг инсинуацию я, ставя чайник, — Волшебник я или кто?

Завывания Знайды, осаждающей башню, слышала вся округа. Девушка, мимо которой пронесли фею, была несколько вне себя от жажды её увидеть. Я даже увидел призового деревенского быка, Кума, трусцой сбегающего куда подальше аж от самой деревни! Связываться со знойной девой не хотелось, будить фею — тем более, так что я, немного пораскинув мозгами, решил записать очередной манадрим… но не вышло.

С этим бизнесом было всё прекрасно, но мы с кошколеди Сиффрой Хашисс слона решили есть по кусочкам и крайне неторопливо. Мои воспоминания о многочисленных приключениях, особо никак не связанных с магией, вызвали большой ажиотаж у жителей Мифкреста, а также у магов, балующихся подобной забавой. Однако, золотая река в наши карманы не потекла. Во-первых, хозяйке «Иллюзиона» было банально невыгодно штамповать только мои кристаллы в ущерб остальному ассортименту, а во-вторых, манадримы, при всех их достоинствах, являлись многоразовыми. То есть, если начать заваливать рынок целой кучей историй, то представители волшебного народа, у которых не так много денег на подобное развлечение, просто скооперируются, начав брать кристаллы вскладчину, а подобное «пиратство» может убить всё дело.

Кому это надо?

Поэтому мы действовали осторожно и хитро. Хашисс продолжала потихоньку продавать копии первых трех записей, на одной из которых я завожу преследующего меня медведя ночью в цыганский табор, а затем, пользуясь моментом и неразберихой, еще и ворую у цыган немного сыра и одежды на большую бедность… не суть важно! Еще