"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

Все мои движения ощущались так, словно приходилось преодолевать толщу воды. Шаг за шагом, движение за движением я приблизился к единственному выходу и ухватился за ручку, готовый его открыть, но замер. Если воздух непригоден для дыхания, то впустить его сюда будет приговором…

Но если я этого не сделаю, то так или иначе оставаться здесь будет всё тем же приговором.

Рука что было сил повернула рычаг, и я всем телом навалился на люк, распахивая, и вывалился наружу прямо в снег, когда тот резко и слишком легко распахнулся.

Холод — это было первым, что я почувствовал, упав в снег в целлофановом костюме. Пробирающий до костей холод, который не оставлял шансов согреться, окажись ты надолго снаружи.

Ну это легко поправить.

Едва Тень произнёс это, я почувствовал, как по мне разливается тепло. От самого сердца, словно внутрь залили приятный кипяток, оно разошлось до самых кончиков пальцев.

Спасибо.

Да не за что. Но вряд ли мы долго на этом продержимся.

Нам и не надо много.

Я приподнялся, окидывая взглядом округу.

Даже несмотря на ночь, здесь достаточно светло. Мягкий рассеянный ночной свет позволял окинуть взглядом всю округу. Это был лес у подножья холма. Большой сосновый лес, где деревья голыми стволами убегали наверх, и только там начинали обрастать огромными зелёными лапами. Они росли на достаточном расстоянии друг от друга, чтобы чувствовать простор.

Взгляд в сторону, и я увидел след от капсулы, тянувшийся откуда-то сверху, с голых склонов какой-то горы, с которых мы съехали, как на санях, остановившись на опушке леса.

В этот момент пиликнул анализатор, и на всех лампочках высветился зелёный свет. Механизм обработал воздух и показывал, что атмосфера за целлофановой оболочкой пригодна для дыхания.

Я сдёрнул с головы пакет-шлем, вдохнув полной грудью. Нос практически сразу обожгло леденящим холодом и свежестью. Пахло… снегом. Он тоже имел определённый запах. Запах свежести и мороза, который слегка бодрил, даже несмотря на то, что сил больше не осталось. Однако он не пах спасением — это был запах смерти замёрзнувшего насмерть человека.

— Как долго мы сможем продержаться? — негромко спросил я.

Зависит от тебя. Я бы дал пару часов, не больше.

— Негусто… — пробормотал я. — Я умру раньше с голоду, чем мы сможем выбраться.

Ну-ну… я не был бы столь категоричен. Тебе нравятся белки?

— Причём тут они?

Ну тебе же нужно питание, верно?

Да. И я могу есть мясо сырым. Засунуть в снег, чтобы оно хорошенько промёрзло, после чего грызть, как мороженое. Не знаю точно, но он должно быть менее безвредным, чем жареное мясо. Однако после долгого голода я боялся, что получу заворот кишок при любом раскладе. Правда сейчас и выбора особого не было…

— Ты сможешь поддерживать во мне тепло?

Ну вот пару часов, думаю, смогу, но вряд ли больше. Собираешься куда-то идти?

— Да. Мы открыли капсулу, и теперь она промёрзнет быстро. В ней не останешься. Можно попытаться разжечь костёр, но время играет теперь против меня, и нет разницы, разжечь его здесь или где-то там. Еда…

Вопрос решаемый.

— Да, но тоже нет разницы, где есть — здесь или где-то в лесу.

Я исходил из того, что времени у меня мало. Если не работает маячок и нет еды, то и оставаться здесь не имеет смысла. Я был и так максимально отдохнувшим, насколько позволяет голод, пролежав в капсуле всё это время. И поэтому за неимением лучшего стоило сразу начать пытаться добираться до цивилизации, если таковая здесь имелась, и в этом светлая ночь тоже не была преградой.

Преградой могли стать демоны разве что, но в моей ситуации они были не главной проблемой и им было всё равно на время суток, чтобы нанести визит за моей душой.

Я решил.

— Надо двигаться.

Как скажешь.

— Только надо кое-что взять…

Я вернулся в спасательную капсулу, где лежала активная броня. Из неё я вытащил небольшую капсулу и сделал себе инъекцию, буквально одну десятую, достаточную для того, чтобы почувствовать ожидаемый прилив сил и тепло, которое разливалось по всему телу. Это даст немного энергии на несколько часов, выкачав остатки сил из всего тела, и потом напомнит о себе, однако сейчас оно могло дать мне те силы, что решат исход.

Помимо всего прочего я взял фонарь, пару фальшфейеров, ионную зажигалку и небольшой походный нож, которым разве что белку и можно было зарезать. Можно было взять всю сумку, но сил у меня было немного и не стоило перегружать себя лишним весом. Для выживания поможет и это, а если не поможет, то и вся сумка будет бесполезна.

— Ты представляешь, в какую сторону нам двигаться? — спросил я оглядываясь.

В противоположную от горы.

— Причина?

Когда мы взлетели из-под низа острова, кормой вниз, через иллюминатор, мне казалось, я видел точки света.

Мне тоже так показалось, пусть я в тот момент и не придал этому значения, к моему стыду. Голодный и уставший, я был слишком сосредоточен на том моменте. Но…

Окинув взглядом округу и примерно запомнив относительно вершин гор, где лежит капсула, я направился в лес.

— Увидишь живность, говори мне.

Естественно.

Не будем отказываться от еды даже при риске получить заворот кишок.

* * *

Мы пробирались между высоких сосен, чьи стволы убегали к верху. Приходилось прилагать немного сил, чтобы идти через снег, но в данный момент я не чувствовал усталости. Да, зимний лес не радовал, но снега здесь было не так много, как могло быть. Почти по колено, и тем не менее это было лучше, чем по пояс, как обычно было на зимних планетах, а иногда и того глубже.

Я не чувствовал ни холода, ни дискомфорта, хотя даже начни замерзать, уверен, что и эти негативные последствия зимы Тень мог бы скрыть, чтобы те не отвлекали меня. Меня больше волновало, не замерзаю ли я, попросту не чувствуя дискомфорт, однако Тень заверил, что всё в порядке.

— Тогда почему я не могу жить на ней? — не унимался я.

Потому что энергия не даёт питания твоим клеткам?

— Но она даёт силы.

Энергию. Она даёт энергию. Это как… толкать машину. Если у неё нет бензина, она не поедет. Её можно толкать до поры до времени, пока не устанешь сам, но от этого бензина в баке не прибавится, и ты по итогу всё равно встанешь.