Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Завтра закончишь. Кстати, тебе врач сказал несколько дней себя щадить. Ты это тоже слышал или только я?

— Он не работу имел в виду. — Я засмеялся. — Под перепады полей не залезать.

— Работу тоже, а то бы он уточнил. Ладно, чего сидим? Поехали. Хоть помогу тебе сколько успею.

Даже заброшенный район между Госпиталем и Красным проспектом летом не так мерзко выглядит. А ближе к Красному и народу на улицах очень прибавилось, особенно на площади Павших. Шашлык прямо на улице, временные открытые кафешки, для детей аттракционы. А вон красный "Блэйзер" Селина по улице прокатил, куда-то на север, сам Денис за рулем, его представительный профиль ни с каким другим не спутаешь. Я, наверное, все американские машины в городе наперечет знаю, потому что подавляющее их большинство сам же сюда и затащил. Кстати, а может быть, Миле не тащить другой машины, а просто взять под себя тот "бронко", что мы приволокли? Платон с Дмитрием ее вчера отогнали к Беленькому, но она наверняка еще не продана.

Нет, в городе и по зиме он так себе будет, а ей "рэнглер" нравится. А может, у Дюпре что-то еще к тому времени появится. Подумать надо. Деньги сейчас есть, товар на продажу тоже, плюс затраты вернули… может, проще и забрать из сервиса обратно, пока не купили, чтобы потом голова не болела. Неохота мне рейдовую машину по городу просто так гонять, она у нас для дела, причем важного. Мало ли что.

На повороте разминулся с тойотовским внедорожником, за рулем женщина. Показалось даже, что та самая ведьма, из-за которой у Хмеля все недавние неприятности были. Но, может, и не она.

У входа в паб машин прибавилось — у кого-то уже, похоже, рабочий день закончился, хоть еще и пяти нет. Плюс Хмель столики под зонтиками на тротуар выставил, вроде как терраса летняя, там теперь все курильщики собираются, которые зимой на крыльце трясутся.

Загонять машину в гараж не стал — все равно на ней Мила скоро уедет, — оставил перед магазином, за припаркованной у самых дверей китайской копией старого японского "хайлюкса" с двухместной кабиной. Покупатель?

Точно, в торговом зале я обнаружил двух китайцев, приценивающихся к дробовикам. Дима что-то объяснял одному из них, тощему и немолодому, тыча пальцем в руны на ресивере. Тот кивал, а второй, повыше и заметно моложе, просто глазел по сторонам, сунув руки в карманы кожаной куртки. Я поздоровался, они вежливо ответили, но дальше продавец и без меня разберется, я тут в совсем заковыристых случаях нужен. Так что мы просто прошли мимо и спустились в подвал, где я с некоторым удивлением обнаружил над чем-то колдующего Саню, хотя к этому времени трудовой пыл у него обычно угасал.

— Как здоровье? — спросил он, обернувшись.

— Здоровье в порядке, спасибо зарядке. Без последствий скатался, все в норме.

— Ну и отличненько. Я все прошил, что у тебя было, в шкаф сложил.

— Спасибо, Сань, завтра еще подкину. А ты чем там занят?

— Да, блин, — махнул он рукой, — над твоими идеями думаю, экспериментирую помаленьку. Интересная задачка.

Ага, все как я и говорил, Саня вызов принял.

— Хмель забегал, кстати.

— Чего хотел?

— Тебя спрашивал. Но вроде не срочно, а то позвонил бы уже.

— Наверное. А задачка реально интересная. Мил, у тебя что по плану?

— Двенадцатый дособираю с "обманками", сколько успею, — обернулась она. — Мне через час двигаться надо.

— Да это не к спеху, в зале патроны есть, а Патруль свой заказ только в понедельник заберет.

— Все равно, все равно пока больше делать нечего.

Ладно, а я тогда займусь гильзами. Пока. А как Дима освободится, перепоручу ему, а сам все же за пули примусь — там работа тоньше.

Сначала гильзы надо смазать. Дульца ватной палочкой сперва тщательно, затем нанести лубрикант на специальный коврик и тщательно прокатать все руками. Если смазано плохо, то можно повредить. Сколько тут Дима успел отжечь? Ага, триста штук, для начала вполне достаточно.

Я успел смазать все и даже установить первую гильзу в пресс, когда он спустился в подвал и сказал:

— Взяли "рема" и сорок патронов разных.

— Спасибо. Давай подмени меня тут, я покажу, что делать. — Работа несложная, просто аккуратно надо, но он умеет. — Шеллхолдер на триста восемь, видишь? — Я ткнул пальцем. — А матрица на триста тридцать восемь. Это первый этап. Пропускаешь все, затем меняешь ее на триста семьдесят пятую и все повторяешь.

— Фигасе калибр, — удивился он.

— Нормальный калибр. Потом смотри, — положил я у пресса распечатку, — тут все в дюймах, но пересчитывать не будем, микрометр тоже в дюймах. Гильзу потом протриммить надо, но только по длине, дульце и так тянутое. Длина должна быть в один и восемьсот шестьдесят пять, не больше и не меньше. То есть снимать нужно где-то ноль сто пятнадцать, потом замеряй снова и затем опять режь, если нужно. Понял?

— Да понял вроде.

— Ну и фигачь, раз понял.

Коробки с пулями я давно уже приготовил, просто руки чешутся начать. Не тупые болванки, а самые настоящие "Сьерра Матч Кинг", целевые. Мне насчет этого нового калибра Дюпре подсказал, и он же заказал стволы от "X–Caliber" под него. Причем не просто стволы, а с криогенной обработкой от "300 Below", то есть то, что нужно.

— А что за патрон-то? — как раз в такт моим мыслям спросил Дима.

— Триста семьдесят пять "раптор". Живого калибра нет, он исключительно под перетяжку триста восьмого, из него и сделан. А пули сам видишь.

— А вес какой?

— Пока аж триста пятьдесят грейнов. Но форма пули — опять же видишь все сам. Дозвуковая. Потом с другими, полегче, поэкспериментируем. Глушителя пока на этот калибр нет, если только самому точить.

— Нормально, — кивнул он уважительно. — Это что, почти двадцать три грамма? — прикинул он в уме. — И девять с половиной миллиметров?

— Именно.

— А отдача как?

— Терпимая, вполне. И летит прилично, на три сотни вменяемая траектория. Та, что полегче, еще лучше полетит. Если по тварям всяким, то у них амулетов нет.

— Хм, — покачал он головой и вставил в пресс очередную гильзу.

Ну а со мной все ясно, это будут "пустышки", так что выгоняем на лэптоп нужные руны и начинаем аккуратненько гравировать их на пулях, ближе к хвосту, тогда они еще и дульцем будут скрыты. Хотя руны — это далеко не половина дела и даже не четверть. Секрет в тех заклятиях, которое в