Фантастика 2024-82 - Алексей Переяславцев

— Я не шлюха, — твёрдо произнесла Карина.

— Сказала женщина, которая предлагала ходячему трупу трахнуть её в обмен на исцеление слепоты, — покивал я. — Смотри правде в глаза, теперь ты это можешь.

— Ну ты и урод, — процедила Карина.

— Мёртвый урод, — усмехнувшись, поправил я её. — А вообще, мой таролог-энерголог как-то говорил мне, что целостная личность — это та, которая признаёт свои ошибки и принимает себя такой, какая она есть.

— У тебя не могло быть своего таролога-энерголога, — ответила на это бывшая староста. — Насколько я помню, ты был тем ещё нищебродом.

— Тарологи-энергологи реально были? — удивлённо спросил я. — Просто я эту херню прямо только что придумал.

— Были, — подтвердила Карина.

— Охренеть, — вздохнул я. — А насчёт моего нищебродства… Зато посмотри, как богат я сейчас!

Моему нынешнему состоянию может позавидовать любой обитатель этого мира…

— У тебя же ещё девушка была? — спросила Карина. — Скажи мне: в чём твой секрет? Как ты сумел уломать девушку, являясь нищебродом?

— Ты о Дарье? — я достал сигарету и слегка помял её. — Полагаю, всё дело в моём большом члене…

Карина уставилась на меня с недоумением.

— Шучу, дело вовсе не в моём большом члене, — заулыбался я и закурил. — Наверное, ей был нужен кто-то, чтобы заполнить пустоту в графе «Отношения». И вообще, я в скорой вкалывал, как раз в тот период, так что деньжата у меня водились.

— Ну, тогда всё понятно, — покивала Карина. — А здесь что?

На фоне, в очередной раз, громыхнул мушкетный залп и раздался гул от яростного рёва немёртвых воинов. Берут город, сученьки мои…

— А здесь у меня была одна женщина, но она решила уйти, когда дела мои начали уверенно катиться в пизду… — вздохнул я. — Теперь хожу один-одинёшенек, бедный-бедный кроха-лич…

— Хочешь, чтобы пожалела? — спросила Карина.

— Что-то не очень, — вздохнул я. — Лич — это звучит гордо! Лич! Надо уважать лича! Не жалеть! Не унижать жалостью! Уважать надо! Выпьем за лича, Карина! Бренн, тащи бутылку бурбона!

— Это же из Горького, да? — уточнила моя ассистентка.

— О-о-о, а ты, я смотрю, эрудированная! — восхищённо воскликнул я. — Моя любимая пьеса — «На дне». Я бы сказал, определяющая мою жизнь!

— В Питере на постановку ходила, — ответила на это Карина.

Бренн примчался с бутылкой бурбона «RogueGoose» и двумя стаканами.

— Хотел в более спокойной обстановке нажраться, но взятие города — чем не повод? — спросил я, разливая напиток по стаканам. — Бренн, тащи закуску для дамы, а также ещё три бутылки.

Немёртвый умчался в сторону обозов, а я понюхал алкоголь. Не знаю, что люди в нём находят. Запах неприятный, отдаёт сивухой или чем-то вроде того. Японцы, видимо, тоже не особо любили этот вискарь, потому что в японском магазинчике было всего восемь бутылок — будь спрос, сделали бы складские запасы.

— Ну, за твоё здоровье и моё нездоровье! — поднял я стакан.

Залпом выпиваю и прислушиваюсь к ощущениям. Ни-хре-на. Значит, надо дополнить.

Карина цедила свою порцию и пристально смотрела на то, как я вливаю в себя стакан за стаканом.

— Хочешь нажраться? — поинтересовалась она.

— Пытаюсь, — ответил я, допивая остаток бутылки с горла.

— Тогда пей с трубочки, — посоветовала она мне.

— Эх, ещё бы трубочку где-то достать… — вздохнул я.

— У меня есть, повелитель! — подошёл Бренн.

— Эх, что бы я без тебя делал? — усмехнулся я. — Давай сюда.

Вставляю коктейльную трубочку в начатую бутылку и с задумчивым видом пью. Так чуть острее чувствуется алкоголь, а это хороший знак.

— С этой будет полторы бутылки, — сказала мне слегка захмелевшая Карина. — Не многовато?

— Есть риск, что это вообще напрасный перевод продукта, — вздохнул я. — Но надо проверить.

Покрутил головой по сторонам, но знакомых по живой юности спецэффектов не замечено.

— Эх… — вздохнул я с сожалением и достал из пачки сигарету.

И вот, где-то на второй-третьей затяжке, меня слегка заштормило. Сразу стало приятно так, ощущение пиздеца, который происходит будто не со мной, ушло на задний фон и я краями ушей начал слышать ту самую мелодию, которая звучала в Солнечном городе, где сейчас находятся мои родители.

— Ох, как же всё это… — с улыбкой смотрел я на ярко пылающее поселение.

Немёртвые выводили из пролома пленённых горожан и воинов, а также выносили какие-то сундучки и ящички.

— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросила Карина.

— Да-а-а, я в порядке… — отвечаю ей и встаю из кресла.

Координация движений не нарушена, но в голове шумит так, будто вот-вот должно начать шатать.

— Похоже, надо прилечь, — произнёс я и пошёл к своему шатру.

Тут меня посещает отличная мысль, что надо найти в родном мире автодом, чтобы не только ночевать, но и путешествовать с комфортом, а не в седле или на своих двоих. За рулём сидеть не охота да и бензина нормального практически нет, поэтому надо найти что-то в виде прицепа, чтобы можно было оснастить конной тягой. А можно достать ещё пару таких прицепов и оборудовать их как передвижную лабораторию и прозекторскую, чтобы не ковыряться в трупах в походных условиях.

По ходу движения к шатру, шум в голове усиливается, а музыка утихает. Нездоровая херня всё это, зря я начал эксперименты…

Ложусь на кровать и прикрываю глаза. Секунды спустя я отключаюсь.

/неопределённое время спустя, земли людоедов, окрестности руин Адрианополя/

—… взят без потерь, всё ценное вынесли, а жилища и здания подожгли, повелитель, — продолжал Леви доклад.

— А-а-а, понятно, — окончательно пришёл я в себя.

Мы стоим у какого-то другого горящего города, сейчас, судя по всему, утро или день, а не вечер. Ещё я в домашнем — на поясе ни ножен, ни кобуры.

— Пленных заковали в цепи, и мы готовы к выдвижению, — после недоуменной паузы, продолжил Леви. — Всё в порядке?

— Да, отлично! — ответил я ему. — Сколько всего у нас пленных?

— Это к Кумбасару вопрос, повелитель, — покачал головой Леви.

— Где Кумбасар? — спросил я.

— В Душанбе, повелитель, как вы и приказали, — ответил слегка недоумевающий немёртвый.

— А, да-да, точно, — стал я вспоминать.

Все поселения людоедов захвачены и сожжены. Враги пытались оказывать сопротивление, даже проявляли чудеса героизма, ведь сражались за себя и своих близких, но у нас мушкеты и отсутствие страха смерти. Пороха мало, правда, но кое-какой запас есть, а ещё есть перспектива достать некоторые ингредиенты в родном мире.

Раб… пленных что-то около шести с половиной тысяч — Кумбасар докладывал мне. Но четыре тысячи из них являются несовершеннолетними и я, почему-то, не приказал их казнить. Находясь под аффектом, я обычно склонен находить рациональные решения, зачастую расходящиеся с моралью и этикой, но в этот раз что-то пошло не так. Но что?

Память услужливо подкинула мою идею провести эксперименты по пропаганде и работе с массовым сознанием на самых сложных образцах. Детишки будут подвергнуты перевоспитанию, обучены, с целью повышения «Мудрости» и получения полезных специальностей, а затем принудительно обращены в немёртвых. В прошлый наш визит это не имело особого смысла, потому что с едой у нас была напряжёнка и лишние рты я прокормить не мог, а сейчас могу, во многом опираясь на запасы провизии из родного мира.

— Тогда давайте собираться и идти обратно в Душанбе, — решил я. — Как я понимаю, часть людоедов смылась?

— Да, повелитель, — кивнул Леви. — Мы можем выделить пару сотен воинов, чтобы найти их.

— Не нужно, — махнул я рукой. — Мы и так получили достаточно людского материала. Пора домой.

/Королевство франков, г. Орлеан, монастырь ордена Тернового венца/

— Его Величество Людовик VI, помазанный Богом король всех франков, шлёт вам, слуги Господни, свой привет и желает вам дальнейшего процветания! — сообщил майордом Оттон.

Как понял Иван, это кто-то вроде самого главного распорядителя королевского двора, но Елизавета рассказывала, что у франков их родного мира это была очень большая шишка, фактически управляющая королевством — так было при Меровингах. Как дело обстоит здесь — Иван не знал, но если бы майордом был настолько значимой фигурой, король бы не гонял его как ходячий Ватсап, чтобы пообщаться с Орденом Тернового венца.

— Мы желаем Его Величеству непрерывной вечности правления и дальнейших успехов дальновидного лидера и освободителя добрых христиан, — ответил Иван, сидящий на командорском троне.

Трон изготовили королевские мастера, после королевского указа, требующего, чтобы братья священного ордена перестали играть в демонстративную скромность и обеспечили исполнение полагающихся им придворных стандартов. Каким-то образом, Людовик VI высчитал