Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

— И чего же? — искренне удивился я, понимая что проблема Бердникова была как раз в обратном — в излишестве.

— Выходит, у меня не было никакой болезни? Ты просто понял, что я зажрался и все эти ограничения были призваны для того, чтобы заставить меня почувствовать вкус и ценность простых вещей? — произнёс он, нисколько не стесняясь в выражениях.

— Ну, Роман Николаевич, вы слишком категоричны. Ограничения ещё никому не повредили. Тем более, что организм у вас здоровый и в специальном рационе не нуждается. Я бы назвал это разумным воздержанием от излишеств. Знаете, я хорошо помню свою практику на одном из первых курсов академии целителей. Мне тогда приходилось туго. Двое суток мы практически ничего не ели, если не считать обнаруженные ягоды и грибы. И какими же вкусными нам казались обычные сухари с изюмом! В тот момент казалось, что ничего вкуснее мы не пробовали. А всего лишь наши вкусовые рецепторы отдохнули от того изобилия пищи, которым мы потчуем их каждый день во время трапезы.

— Да, парень, ты умён не по годам. Ты не просто помог мне справиться с проблемой, ты вернул мне вкус к жизни! Как я могу тебя отблагодарить? Знаю, страсть всех молодых людей — роскошные машины. Выбирай любую из моего автосалона, и я подарю её тебе.

— Благодарю, господин Бердников, но у меня будет другая просьба. Я бы сказал, в какой-то степени деликатная.

— Женщины? Да, молодым и горячим сердцам тяжело устоять перед женским очарованием. Эх, сколько же их у меня было! Только скажи, и я познакомлю тебя с любой красоткой. Но дальше уже без моей помощи. Сам понимаешь — дела сердечные — большая наука.

— Боюсь, вы неправильно меня поняли. Если у меня и вправду есть возможность реализовать любую просьбу, я бы хотел попросить замолвить словечко за господина Михайловского. После той истории с Потехиным и переносом здания академии его не просто сняли с ректорства, а вообще выдворили из академии. Моя просьба заключается в том, чтобы вернуть его в академию. На то место, где он может быть полезен и подготовит не один десяток целителей. Пусть не на пост ректора, хотя бы преподавателя. Уверен, он согласится и сочтёт за счастье читать лекции молодым талантам.

Я прекрасно понимал, что любые мои попытки перетянуть Михайловского в свой кабинет обречены на провал. Но ведь это не значит, что я должен махнуть на человека рукой? Тем более, на своего несостоявшегося тестя. Больно смотреть как он чахнет и почти не выходит из дому, а ведь пропадает такой профессионал! И я уверен, что в академии таких людей не хватает.

Что до моей просьбы, то я уверен — там, где бессильны Шеншин и Шмелёв, наверняка справится Роман Николаевич. Просто потому, что у него есть возможность надавить с другой стороны, которая не имеет ни малейшего отношения к целительству, но имеет немалое значение.

Бердников на мгновение завис, недовольно хмыкнул, но затем покачал головой.

— Благородно, парень. Очень благородно. Ты мог бы устроить свою жизнь, получить практически всё, что захочешь, но тратишь это желание на человека, которые тебе даже не родня. У Михайловского сложная ситуация, но я попробую перевернуть её в другую сторону. Ты должен понимать, что Потехины пусть и лишились головы, но подобно гидре, способны отрастить кучу голов, которые не менее опасны и капают ядом. Именно поэтому вернуть Михайловского будет непросто. Да и я тебя я попрошу быть осторожным, потому как кровную месть никто не отменял. Они отомстят за Дмитрия, хоть тот и дюжину раз преступил закон и сколотил настоящую теневую империю. Ты должен понимать, что империя может пасть, но всегда найдётся тот, кто пожелает поднять упавшее знамя.

Вот оно как! В этой суматохе я действительно выпустил из виду семейство Потехиных. А вполне может быть, что напрасно. Всё-таки нужно заглянуть к артефакторам и подобрать себе что-нибудь

— Благодарю, господин Бердников. Вы и так сделали для меня больше, чем я рассчитывал.

— Кстати, сегодня вечером у нас вечерника. Я немного заскучал по хорошим вечерам в компании этих злыдней во фраках, а потому собираю весь город. Буду рад увидеть тебя. Тем более, что жена мне плешь проела, требуя, чтобы я лично пригласил тебя на праздник.

Так вот кому я обязан визиту Бердникова в мой скромный уголок! Да, иногда пути решения проблем могут быть поистине непредсказуемыми.

— Непременно буду, как только закончу приём!

Роман Николаевич вышел из моего кабинета, а я начал готовиться к приёму первого пациента, который уже ждал вызова в процедурную.

Да, этот день оказался непростым. Я зажигал ароматизированные свечи, пил тонизирующие настойки, а в моменты особой усталости потирал перстень с изумрудом, словно он должен был кардинально изменить ситуацию. Час перерыва, который я запланировал между приёмом утренних и вечерних пациентов, помог мне немного перевести дух и восполнить энергию, но к вечеру я был выжат, словно лимон.

Опасная ситуация. А вдруг мне понадобится энергия, а у меня она на нуле. Нужно быть очень осторожным, чтобы не оказаться безоружным перед опасностью. Вечером, когда последний пациент покинул кабинет, я вызвал такси и попросил забросить меня к Бердниковым, а Петра с Региной отправил к дому Ардатьевых. Рина всё чаще пропадала у Петра дома, и я с пониманием ожидал момент, когда она решится на переезд.

Особняк Бердниковых встретил меня чарующей живой музыкой и тысячей огоньков от гирлянд. Это была не та вечеринка, которая пыталась поразить гостей шумом и показным весельем. Здесь всё было организовано со вкусом и позволяло гостям расслабиться.

— Николай Александрович! Как здорово, что вы пришли! — воскликнула госпожа Бердникова, заметив меня у входа.

Я не сразу узнал её потому как в свете гирлянд запросто мог бы спутать с девушкой лет двадцати пяти. А мои процедуры работают! И пока такие женщины, как Елизавета Петровна, будут поражать окружающих своей красотой, поток клиентов будет только расти.

— Позвольте вас украсть ненадолго и представить моим подругам. Уверена, вы покорите их своим мастерством.

— Елизавета Петровна, вы заставляете меня смущаться. Право, я не делаю ничего такого, что стоит такой похвалы. Никакого волшебства, просто дар и сила природа, направленные на достижение чудодейственного результата.

— Не скромничайте, Николай Александрович! Хотя, отрицая свои заслуги, вы только подогреваете интерес.

Следующие полчаса я купался в женском внимании.