"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

Харпер свела брови вместе. Верить или не верить? Быть или не быть… ох, кто же даст ответ? Она нервно посмотрела на Феликса, но тот лишь пожал плечами, настороженно изучая Офелию. В конце концов, она их вытащила из катакомб! Без нее, возможно, никто бы этот свиток не вскрывал вовсе!

— Ладно. Давайте уже узнаем, что там. — Харпер вызвала кинжал, ткнула в подушечку пальцы. Выступила кровь. — Просто приложить?

— Да. На печать.

Харпер приложила палец к печати. Та вспыхнула, мгновенно стала пеплом и осыпалась на стол. Офелия потянулась к свитку, но Харпер первая его схватила и раскрыла. Пробежалась глазами, но имени второго избранного не обнаружила: оно не в этом свитке. Не нашла она и ни одного знакомого слова: сплошной мунийский, что б его! Зато в этот раз мучиться со стихами не придется.

— Ну? — Офелия нетерпеливо протянула руку. Харпер нехотя отдала свиток.

— Погоди секунду. — Харпер вытащила телефон из кармана, включила диктофон и положила на стол. — Чтобы записать перевод.

— Хм… — Офелия уставилась в текст, покусала губу, но наконец заговорила. Иногда делала паузы, немного спотыкалась, но справлялась довольно бодро. — ' Потеряла любимого та, что не сдалась, пока не открыла дорогу к нему. Ее боль раскола миры, отделила остров мертвых, где души ждали часа своего. Но не могла туда ступить ее нога — жива Элизабет была, а лишь мертвым дорога открыта туда. Страдала девушка долго, искала проход, пока ее отчаяние не раскололо мир мертвых на острова. Отколотые острова наполнились мертвыми, что не справлялись сами с круговоротом жизни. Тогда-то открылся путь туда для живых: чтобы ныне берегли они покой.

Было это страшной ошибкой. Баланс нарушился, едва ступила на острова нога живого. Мертвые и живые смешались, стали существовать в одном пространстве, нарушая все законы природы и круговорота.

Не сдавалась та дева, стала именовать себя Смертью, ведь давно умерла, чтобы остров расколоть на части и дорогу открыть.

Теперь тебе предстоит ошибки исправить. Баланс в мир вернуть. Тогда вновь наступит покой. Для начала найди обручальные кольца, что когда-то надели на пальцы друг друга виновники сего события.

А следующий твой путь озарит луна и путь очищения'. Это все.

Офелия вернула свиток Харпер. Все молчали, обдумывая услышанное.

— Так. Мне нужно объяснение. То, что вы соседствуете с мертвыми — правда плохо? Конец света будет?

Деймонд неопределенно дернул плечами, взял свиток и уставился в него, словно мог что-то понять. Зато заговорил Феликс:

— Мертвые и живые не должны существовать рядом. Мертвых нужно отпускать. Очевидно, что свитки ведут именно к этому выводу: показывают историю, используют магию мертвых, натравили на вас мертвых, чтобы запугать. Но проблема в том, что ни один грех не видит нарушения баланса. Мы прекрасно существуем с мертвыми, помогаем им перерождаться.

— Кроме острова Мук. Папа ушел от туда не без причины, — заявила Офелия. — Только ему не говорите, что я рассказала. Это вроде как ударит по его эго. Но он перестал справляться с мертвыми. Его там больше не слушаются. Души все чаще покидают пыточные, скоро они найдут способ сбежать с острова.

— И он все равно не хочет обрушить небеса? — спросила Харпер.

— Хотел, но передумал. Он-то не пострадает. А остальные… это может быть весело.

— Чертов грех. — Харпер села в кресло, потерла виски столько информация на нее свалилось. Хуже всего только то, что именно она должна обрушить небеса. Ну, с напарником, которого они пока не нашли. — Кто второй избранный? Ты должна знать.

— Папа не знает. Значит, не знаю и я. Мы нашли только тебя, потому что у тебя яркая родословная. Второй избранный… нужен свиток.

— Или ты врешь, — тихо сказал Деймонд, сворачивая свиток. Спрятал в свой рюкзак, провел рукой, окропляя молнию магией: чтобы чужаки не залезли внутрь.

— А еще папа поспорил кое с кем. По условиям ему нельзя вмешиваться лично, поэтому он и велел Дэну… Вы помните. Лазейка. Но он поставил на то, что избранные не обрушат небеса.

— С кем он поспорил?

— С кем-то очень крутым, — подмигнула Офелия. — Он язык мне вырвет, если я расскажу. Буквально. И на расстоянии. На мне заклятие неразглашения.

Харпер повернулась к Деймонду, ведь про такое не слышала.

— Сильная штука. Не побороть, — подтвердил он. — Чисто теоретически, у тебя же новый язык вырастет?

— Вернетесь в Санкт-Петербург и сами у него спросите. Он хочет встречу. Ему есть что предложить.

— Мы пока останемся в Париже. На неделю, может, две. Хотим погулять по городу, — пояснил Деймонд.

— Как хотите. Время есть. Дверь откроется только в январе, так что пока свитки мы искать не можем: они все в Мунфоле. Но вот где кольца? Первый раз про них слышу.

— Наверняка хранятся в одной из семей тех, кто оставил свитки и указания. — Феликс многозначительно посмотрел на Харпер. Она пожала плечами: у них фамильных драгоценностей нет. — Может, у твоей мамы? Отца? Кто в твоей семье темный?

— Отец, — тут же сказал Деймонд. Харпер резко к нему повернулась: ну, почему он так много о ней знает? Не честно! — Веснушка, я уже говорил, что нам нужен твой отец.

— И я все еще не готова к этому разговору, — пробубнила она. Тяжело вздохнула. Все же спросила: — Кто он?

— Искатель древних реликвий. Александр Болконский. В Мунфоле известный как Алекс Болконский. Он давно жил на два мира, но уже много лет о нем никто ничего не слышал.

Харпер нахмурилась: так ее отец был полноценным темным? Его магия не спала? Но он ничего не рассказывал ей! Зато выставил за дверь и отказался общаться. Неужели…

— Родители меня бросили из-за Кейлуса? Им угрожали⁈ — вспылила Харпер, сдерживая порыв кинуться на Офелию. Та еще ничего не сказала, не сделала, но мозг сделал все выводы сам.

— Папа тут ни при чем, — спокойно ответила Офелия. Харпер ощутила руку Деймонда на своей спине, немного остыла, стыдясь вдруг реакции. — Мы контактировали только с Дэном. Честно. Куда интереснее твоя мать, кстати. Появилась буквально из ниоткуда, когда ей было двадцать. Прошлое отсутствует. Родственники —