"Фантастика 2026-187". Компиляция. Книги 1-21 - Роман Романович

– Да-а-а, сегодня ты будешь только наш! Никаких Тиранствующих Архимагов и Неуклюжих Бардов! – раздалось справа, и Коварная Ассасинка соскользнула мне за спину. В следующее мгновение тонкие пальчики уже принялись стаскивать с меня штаны поддоспешника.

– Хотя без чар тишины завтра будет тяжко! – поделилась Эдель, всё ещё вися у меня на плече и задорно дрыгая ногами.

– Да, мама и тётушка нас изведут своими шутками. И советами, – донеслось снизу.

– Но это будет завтра… – соскользнула вниз и вторая эльфийка, начав помогать первой.

– Я могу наложить эти чары, – вмешался я в диалог сестрёнок, «стоически перенося» тот факт, что две красотки-близняшки меня вовсю лапают и раздевают.

– М-м-м, драконы… – блаженно зажмурилась Адель.

– Да, драконы идеальны, – кивнула Эдель.

– Тусклый свет догорающей свечи. Сосуд, наполненный духом осеннего зерна. Отяжелевшие веки заслуженной безмятежности. Одинокий разум, сплетающий грёзы наяву. Сопрягитесь в истине. Познайте суть. Соната созидания! Да будет тишина! – произнёс я на языке драконов формулу стандартных чар тишины, выведя руками нужные жесты. Модернизированную формулу, чтобы звук глушился только для внешнего наблюдателя, я тоже знал, но уже хуже, да и как-то так получилось, что видел с жестами только под посох, а сейчас… В общем, оно само!

Между тем магия мира ответила, формируя сферу, накрывшую всю комнату и глушащую любые звуки.

– (^__^)! (^__^)! – судя по довольным моськам, дальше девчата собирались не сдерживаться и пойти в полный отрыв.

– Теперь ты наш! – беззвучно промурлыкала Адель, хищно ухмыляясь.

– Сла-а-адкий драко-о-ончик! – также не издавая ни единого звука, но очень предвкушающе глядя на меня, сказала Эдель.

– Я могу читать по губам, – сообщаю этим прохиндейкам, отмечая, что и их глаза мгновенно сфокусировались на моих губах.

– Ой… – явно пискнула старшая сестрёнка. Ну, если бы из её рта выходили звуки.

– Здесь становится холодно, – быстро пришла ей на выручку Адель, и один паладинствующий эльф был вовлечён в «тройной» поцелуй, практику в которых мы, конечно, имели, но практики в подобных вещах много не бывает, а потому мы с удовольствием и полной отдачей себя процессу эту самую практику и продолжили, как-то мимоходом переместившись на кровать и избавившись от остатков одежды. Ну, если не считать трусики на моих девочках. Те явно знали, что «правильно» одетая женщина вызывает желания даже больше, чем полностью обнажённая. И вот этот последний и не очень крупный кусочек ткани был той самой «правильной одеждой», что заставляет слететь любые тормоза. Тем более что никакого «торможения» и так не планировалось.

– Хе-хе, смотрю, нам очень рады, – пошло улыбнулась белокурая «шоколадка», по-хозяйски окидывая взглядом моё распростёртое на кровати тело.

– И мы знаем, как этой радости добавить, – вторила ей вторая «шоколадка», а потом, повернувшись к сестре, жадно ту поцеловала, облапав шикарную попку авантюристки. В следующий миг картина стала зеркальной, и теперь облапыванию «подвергались» обе красотки. А ещё они тёрлись друг о друга своими прекрасными холмиками. Острое эльфийское зрение могло в идеале рассмотреть, как напряжённые и затвердевшие соски красавиц оглаживают ареолы друг у друга, как сжимаются эти гармоничные и так и просящиеся в руку дыньки.

– Это всё… – оторвавшись от родственницы, повернулась ко мне старшая близняшка, – твоё, любимый.

– С какой… – тяжело дыша, продолжила младшая, – сестрёнки ты начнёшь, а какую… употребишь на… десерт?

– Обеих, – честно ответил я, жадно сглатывая. Полная беззвучность разговора и такое же полное отсутствие посторонних звуков делали ситуацию только пикантнее и интимней, а уж эта необходимость тщательно следить за их губками, чтобы не пропустить ни одной реплики, когда глаза очень хотят соскользнуть вниз… ух! – У вас впереди будет очень тяжёлая ночь.

– Мы выдержим её с честью!

– И раз наш дракон такой жадный…

– И развратный…

– Мы должны о нём как следует позаботиться… вместе! – и девочки вновь поцеловались. Только теперь они не просто радовали меня своим «представлением». Ибо поцелуй их был уже лёжа. Если быть точным, то эти негодяйки возлегли на животиках слева и справа от моего паха, и поцелуй приходился чётко над моим членом, что из-за возбуждения и так едва ли не болел. И сейчас он попал в «плотное окружение» прекрасными холмиками со всех сторон. Мягкое давление, натирание и обхватывание — и всё это на фоне становящихся всё более горячими и разнузданными поцелуев сестёр-близняшек. Это была настоящая пытка! До невозможности сладкая, но столь же мучительная. Я знал, что могу в любой момент сграбастать что Адель, что Эдель и проделать с ней всё, что только захочу, к нашему общему удовольствию и одобрению. Но в то же время я хотел «вытерпеть» до конца. Не знаю зачем, но это был вопрос чести! И стойкости! Выдержки! И, кажется, что-то такое уловили и эти чертовки, потому «пошли на повышение».

– А теперь смажем нашего дракона… – после очередного поцелуя с сестрой оповестила старшенькая, и…

– Ух… – нежные губки обхватили головку члена, в то время как язычок эльфийки принялся «щекотать» самый кончик.

– Эй, не жадничай! – второй язычок принялся скользить по стволу, принося новый поток удовольствия, а если ласка и прерывалась, то лишь в тот момент, когда негодяйка переключала внимание на мою мошонку. Или на сестру. Или когда девочки менялись. Или опять действовали синхронно и зеркально.

– Ох, девочки… – что же они творили! Да, разного рода сладкие безобразия мы и так учиняли регулярно, но сегодня близняшки явно решили взять новую высоту… и глубину… А этот набор чувств… Да, я понял, «индивидуальный подход» тоже нужен и обязателен! – не останавливайтесь!

– И не думали, – торжествующие улыбки прилагались.

До первого экстаза эти бандитки довели меня при помощи своих грудей. «Достаточно смазав», они вернулись к прошлой практике, включающей в себя поцелуи «женской дружбы», трогательно переплетённые пальчики и елозанье, ох, какое это было елозанье!

– Хах… – я любовался двумя красавицами, что, продолжая пылать возбуждением, размазали «драконье молочко» по своим телам.

Впрочем, долго просто смотреть мне не дали. Обладательница белых трусиков отодвинула в сторону мягкую ткань и, усевшись на меня, полностью приняла в себя, погружая в горячую и мокрую тесноту. Первое, «пробное» движение таза — и новый поток удовольствия. Мои руки сами, без