"Шолох". Компиляция. Книги 1-7 - Антонина Крейн

тут справедливость, о чем речь… Мир дает нам в ответ ровно то, что мы в него транслируем – своими действиями, словами и даже мыслями. Почаще убеждай себя в том, что ты злобное ничтожество – и, да, так карты и лягут. Начни играть в героя, хрестоматийного паладина – и шаг за шагом мир поверит в твою роль, распахнет тебе объятия в ответ.

Полынь, несмотря на свою клановую гордость, верил, что Ходящие – плохие парни, и теперь покорно сидел в каземате.

А я? Во что верю я?

Если честно, как минимум я верю в то, что я – положительный персонаж. Несмотря на все мои слабости, глупости, очевидные промахи и стыдные трусости, я – человек с горящим сердцем.

Мне частенько бывает жаль, что только королевская фамилия носит гордое название Ищущих. Уверена, существуй справедливость, весь Шолох бы так назывался. Мы все ищем, ищем без устали. Кто-то целенаправленно копает в нужном направлении, как Кадия, кто-то, как я, позволяет течению жизни мотать себя туда-сюда, но иногда спохватывается и корректирует маршрут.

И сейчас моя дорожная карта, как ни крути, вела к таинственной двери. Сидеть и ждать у моря погоды, надеясь на другое чудо, было глупо.

Когда я пересказывала Полыни свои детективные теории, я уже успела проверить Карлову магию. Увы. Не работало. Вообще не работало. Кажется, Карл был прав насчет отношения унни к эмоциональным, неуравновешенным «тусовщикам».

Но… Может, в Святилище магия передумает и помирится со мной? Да наверняка! Ведь Святилище так чутко отзывалось на все мои мысли и желания! И вообще – они одного поля ягоды, нет?

Решительность воссияла внутри меня.

– Полынь! Я вернусь, чтобы вытащить тебя, – я прижалась лбом к холодной стене темницы. С той стороны фыркнули:

– Да я не против.

– Ты не должен «не быть против», ты должен хотеть этого! – возмутилась я, совсем «не в кассу».

Полынь тихонько заржал.

– Чокнутый куратор… – пробормотала я.

Смех прекратился. Строгим, донельзя сухим голосом Полынь сказал:

– Тинави, давай, иди уже в эту дверь. И береги себя.

Я разозлилась так сильно, что не нашлась, что ответить. Встала, потянулась к двери, выдохнула и резким движением повернула странную металлическую ленту. По ту сторону был белый туман, просто много-много белого густого тумана. Я забеспокоилась на пороге, переминаясь с ноги на ногу.

– Я с тобой, – подбодрил меня из-за стены куратор.

Я сделала шаг в белизну, до последнего надеясь сказать что-то важное, что-то уместное случаю, но в итоге так и не выбрала реплику и ушла, не попрощавшись. Когда я поняла, что это куда хуже, чем даже банальное «пока», было уже поздно: стоило мне пройти сквозь дверь, как она, все так же распахнутая, исчезла.

Остались только я и белый туман.

Поэтому первым, что я произнесла, оказавшись в этой неведомой вате, оказалось долгое и громкое «Праааааааааах!».

40

Междумирье

Рано или поздно нам всем приходится вспомнить, кто мы на самом деле.

Приписывается хранителю Карланону

Я шла на ощупь в абсолютной белизне. Кандалы на двух железных цепочках уныло болтались у меня на руках. Перемещение через таинственную дверь как бы «отрубило» их от тюремной стены, но расстегнуть браслеты мне так и не удалось.

Мда. Гремела я, конечно, знатно. Семейные призраки позавидовали бы.

В голове стучали самые разные мысли, преимущественно панического порядка: действительно все вокруг такое белое или, может, я умерла? Вдруг мои догадки неверны? Вдруг это не Святилище, а очень, очень опасный мир, и за мной сейчас ползет огромный белесый червь, бесшумный и голодный, который секунду спустя заглотит меня целиком? Вдруг время здесь идет по-другому и, пока я шатаюсь во взбитом молоке, Полынь уже казнили, четвертовали и что угодно еще?

Впрочем, в какой-то момент сквозь пелену стали проступать очертания высоких, мощных стволов, покрытых серебристой корой. Крон не видно, потому что они таят где-то там, в глухом тумане высоты.

Эти деревья, ни на что не похожие…

Картинка быстро прояснялась, и вот вдалеке показалась изящная белокаменная беседка, увитая редким плющом. Ура!

Более того, на перилах, спиной ко мне, сидел кто-то в шелковой пижаме.

– Лиссай? – окликнула я, чувствуя, что сердце бьется где-то в глотке.

Рыжий принц обернулся.

– Тинави! – он обрадовался. – Оно вернулось! Святилище вернулось к нам! Как ты попала сюда без меня?

– Долго рассказывать, – я покачала головой. – Лиссай, скажите, когда вы возвращаетесь из Святилища в Шолох – нет ли случайно возможности выбрать конкретное место… М-м… Посадки?

– Что ты имеешь в виду? – Принц спрыгнул с перил и подошел ко мне.

Как всегда в белом мире, Лиссай не был похож на доведенного до ручки невротика.

Это был высокий позитивный парниша, открытый всем чудесам мироздания, с улыбкой на миллион. С большим удовольствием я увидела, что он так и не снял жемчужинку Бундруми с лацкана своей коралловой пижамы.

– Мне бы очень хотелось оказаться в каземате Теневого департамента, – сказала я. – А потом снова метнуться сюда, забрав с собой кое-кого. Поможете?

Сказать, что Лиссай удивился – ничего не сказать.

Но сладкий воздух Святилища плохо влиял на критическое мышление. Поэтому принц не стал расспрашивать и просто пожал плечами:

– Я бы хотел помочь, но не знаю как, Тинави. Ведь все последние разы Святилище слушалось тебя, а не меня. Кстати, об этом… – Он неожиданно сграбастал меня за руку и усадил на траву. – Прости, что я ругался на тебя. Просто Святилище – мой лучший друг. Мне было так плохо без него. Когда несколько лет назад я полностью отказался от магии, поняв, насколько больно она делает нашему миру, я не ожидал, что получу за это какую-то награду. А когда получил – в виде Святилища – то, конечно, сразу принял это как должное…

Я моргнула.

– «Отказался от магии»? Так вы не колдуете, Лиссай?

– Конечно, нет! – рассмеялся он. – Я же говорил тебе – с унни надо дружить. А как ты собираешься дружить с ней, если вся магия – сплошь насилие? Энергия не любит лицемеров.

– То есть думаешь, что Святилище – это награда за твою… экологичность?

– Ну разумеется!

Брякнув цепями, я завалилась на спину и задумчиво уставилась на сливочно-белое небо Святилища. С ума сойти. Неужели все так просто – сюда притягивает тех, кто не борется с бытием? Элитный клуб, в который так просто попасть!

– Ты ведь тоже не колдуешь, Тинави? – Принц улегся рядом, закинув руки за голову, и снова улыбнулся.

– Вообще-то колдую… – пробормотала я, чувствуя, как сладкий, опасный воздух Святилища кружит