Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Всё освещение кокпита погасло, осталась только пара аварийных лампочек, в свете которых можно было разве что отличить Магнуса от Пиявки, и то с некоторым трудом.

Но зато всё то, что проецировалось на лобовик корабля при таком освещении было видно как нельзя лучше.

Вот только не сказать чтобы это очень сильно помогло.

Потому что то, что вывел на экран Кайто, явно не предназначалось для глаз абы кого. И, как следствие, не имело той формы, в которой этот абы кто смог бы это понять. Больше всего это напоминало дневники безумного учёного, больного одновременно шизофрений, паранойей и манией величия. Несколько десятков страниц мелкого нечитаемого текста, какие-то рисунки, нагромождение формул, часть из которых заканчивается знаками вопроса, странные знаки, похожие на оккультные руны, что-то ещё…

— Кайто, дорогой… — невинным голоском пропела Пиявка. — Мы все в курсе, что ты у нас умный малый, нет нужды это демонстрировать при каждом удобном случае. Можно как-то для тех, кто не кончал академий?

— Претензия не по адресу, — неожиданно спокойным голосом возразил Кайто. — Я, конечно, неглуп, но во всей этой херне я разбираюсь примерно так же хорошо, как и ты, как все вы. Я всё-таки хакер, ну техник на край, а не астрофизик.

Сложно было сказать, что чувствовала сейчас Кори. Да и не только она. Вот она разгадка, протяни только руку. И вдруг новое препятствие, да ещё какое! Астрофизика в команде нет, а обращаться к постороннему — это же раскрыть тайну чужому человеку. Не думаю, что кто-то в команде готов к этому.

— То есть что… Нам теперь ещё и астрофизик нужен, чтобы во всем разобраться? — с недоверием покосилась на него Кори.

— Если мы хотим разобраться во всем прямо досконально, то… да, — медленно кивнул Кайто. — Но, если вам интересно услышать, так сказать, краткий тезисный пересказ всего изложенного здесь, то в этом я могу помочь прямо сейчас. На это моих знаний всё же хватает.

— Конечно, хотим! — воскликнула Пиявка, запрыгивая в своё любимое кресло и свешивая ноги через подлокотник. — Давай, вперёд, я вся в ожидании!

Но Кайто дождался, пока все остальные рассядутся, и только после этого начал:

— Для начала напомню то, что мы и так все знаем — «Кракен» действительно отрядили «Навуходоносор» в этот участок космоса по той же причине, по которой здесь оказались мы. Они тоже предположили наличие здесь какой-то аномалии и задачей экипажа «Навуходоносора» было не просто установить наличие этой аномалии, но и сразу же — провести несколько, так сказать, натурных тестов, если теории подтвердятся. При помощи научного оборудования, уж не знаю какого именно, не вникал, извините, экипаж подтвердил наличие аномалии и начал проводить тесты.

— Ну, это и так было понятно, — прогудел Магнус. — Научный корабль, «Кракен», какие-то эксперименты, от которых половина корабля превратилась в непонятное явление — это всё мы видели и так. А новое-то есть что-то?

— Ну, есть те самые эксперименты, которые проводили на борту «Навуходоносора», — Кайто увеличил масштаб, явно пытаясь выделить какой-то определённый кусок из дневников сумасшедшего. — Вот, глядите. Они пытались отправить в хардспейс запутанную частицу, разгоняя её в научном реакторе корабля.

— Научном реакторе? — переспросила Пиявка. — Это что за зверь?

— Ускоритель частиц, если по-простому, — быстрее Кайто ответил я. — Устанавливается на некоторые научные суда с особыми целями.

— Вот именно — особыми целями! — Кайто кивнул. — Вот и тут была та самая цель. Частицу, запутанную на квантовом уровне с другой частицей, разогнали в научном реакторе и запулили в эту самую аномалию, желая посмотреть, что с ней будет.

— И что с ней было? — с выражением полного отсутствия интереса на лице спросила Пиявка.

— Вообще ни хрена, — улыбнулся Кайто. — Улетела прочь, как и любая другая частица, и потерялась где-то в космосе.

— Прекрасно, — всё так же скучающе заявила Пиявка. — Очень воодушевляет.

— Ну, тогда от следующего их эксперимента тебе вообще крышу снесёт, — пообещал Кайто. — Но сперва я хочу задать вопрос. Мы все постоянно пользуемся спейсерами и спейс-технологией в общем, для нас это стало привычным и обыденным… Но кто-нибудь из вас вообще знает, что именно из себя представляет спейс-технология? Что такое спейс сам по себе?

Кайто замолчал, и медленно обвёл нас взглядом. Никто не спешил отвечать, хотя, казалось бы, ответ лежал на поверхности. Спейс это… ну… способ путешествия между звёздами со скоростями, превышающими скорость света. Во много раз причём.

Так ответили бы девяноста девять из ста обывателей, а сотый оставшийся не ответил бы так только потому, что оказался бы глухим и вообще не понял, что от него хотят. Поэтому очевидно, что Кайто ждал не этого ответа.

— Ладно, я сам отвечу, — он хлопнул себя по коленкам и встал. — Многие думают, что «спейс» это какое-то подпространство, в которое мы проникаем, когда путешествуем от звезды к звезде. Типа знаменитого, но, увы, нереалистичного фокуса со сложенным пополам листом бумаги, который протыкают ручкой. Другие понимают под «спейсом» разгон до запредельных скоростей, превышающих скорости света в сотни раз.

— И кто из них прав? — нахмурилась Кори.

— Никто, — важно изрёк Кайто. — И одновременно правы все. Сейчас поясню.

Он снова приблизил какой-то кусок записей, где явно изображалось несколько координатных осей, существующих одна в другой.

— На самом деле «спейс» было бы правильнее назвать состоянием. Состоянием, в которое переходит физическое тело для того, чтобы получить возможность добираться от одной звезды до другой, не тратя на это всю свою жизнь. Что же это за состояние, спросите вы…

И Кайто замолчал, глядя на нас хитрым и довольным взглядом.

Пиявка громко вздохнула и закатила глаза:

— И что же это за состояние?

— Как я рад, что вы спросили! — Кайто хлопнул в ладоши. — Так вот, состояние «спейса» это, по сути, состояние энергетической формы, если можно так выразиться. Уже давно известно, что материя и энергия связаны и могут перетекать друг в друга при определённых условиях, и мы, в общем-то, пример этого видим, когда сжигаем топливо, чтобы получить тягу… Но вот обратный перевод — энергии в материю, очень долгое время был недоступен человечеству. Пока гениальный физик, которого до сих пор знают только по кличке Тоши-Доши