Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

- Складно сказал. Я так понимаю, полк этот в Лион ты поведёшь?

- Французский я знаю в совершенстве. У пленных набрался разных жаргонных слов. Плюс офицеров из Тулона, я основательно поспрашивал, прояснил для себя, кто может служить в гарнизонах внутри страны. Прежде чем отправляться в город, пошлю разведку, пусть соберут максимум информации. Многие наши казаки, уже неплохо понимают по-французски.

- Рискованно. А вдруг раскроют тебя, и войск в городе больше твоего полка будет?

- Пока разведка не даст мне полную информацию, никаких действий, предпринимать, не намерен.

Хочу вам сказать, в беседе с генералом Дюгомье я узнал, что он, будучи молодым капитаном, участвовал в сражении за город Лион летом 1793 года. Командовал осадой Лиона генерал Келлерман. Гарнизон Лиона, около десяти тысяч человек, почти два месяца отбивался от регулярных войск, умело используя водные препятствия – реки Сону, Рону и сеть редутов вокруг форта Сен-Фуа. Но силы были изначально неравны. Ближе к осени, войска взяли город.

По приказу комиссаров Конвента, многие тысячи горожан были расстреляны и гильотинированы. Крепостные стены и другие оборонительные сооружения разбиты. Фасады зданий, расположенных на центральной площади Белькур, также подверглись варварскому разрушению. Жители окрестных деревень, натерпелись, их массово пустили под нож.

По словам Дюгомье, промышленники и торговцы разорились. Городу запрещалось иметь городскую стражу, более двухсот человек. В городе вспыхнули эпидемии, унёсшие жизни более половины жителей. Лион перестал существовать, как крупный промышленный и торговый центр. Ближе ста вёрст к Лиону, люди опасались селиться.

После революционных погромов и разрушений город оживал очень медленно. С приходом к власти Бонапарта, в Лионе начали понемногу восстанавливать производство и приводить в порядок улицы и площади. Но ведение Францией постоянных войн, вытягивает из города значительные денежные средства. Даже традиционные ярмарки, проводимые дважды в год, не приносят Лиону существенного дохода, в них не участвуют соседние государства.

- Как ты все запомнил?

- Память хорошая, в кадетском корпусе она меня выручала, да и в последующем тоже. Я же начальник штаба, должность обязывает запоминать многое.

Через пару дней вернулась разведка, и привезла отменный подарок. Этим подарком был, прапорщик Терентьев Игнат Михайлович, русский, житель Лиона. Терентьев попал в плен к французам в Швейцарии, он тогда состоял в войсках генерала Римского-Корсакова. Во второй день сражения под Цюрихом, прапорщик был ранен в ногу. Его, истекающего кровью, подобрали французские солдаты. Долго лечился, и скитался по разным городам. Окончательно излечиться не удалось, осталась хромота. В городе Осер, познакомился с молодой француженкой из Лиона, с которой вступил в брак, под чужим именем. Обзавёлся двумя детьми. Сейчас семья Терентьева владеет тремя лавками, живут не бедно. Собственно Игнат Михайлович сам напросился к нам в гости.

- Вы можете презирать меня, ваше высокопревосходительство, я стерплю, - сказал Терентьев глядя в лицо Багратиону. – Но я хочу сказать вам, что офицерской чести я не уронил. В плен попал полумёртвым Как выжил? Об этом один Господь знает. Постепенно здесь прижился, обрёл семью. Дома у меня перспективы, сами понимаете какие. Служить я не способен по состоянию здоровья. Найти себе партию с деньгами, маловероятно из-за худородности нашей фамилии. Вот я и решил, не искать добра от добра. Постепенно приобрёл в городе вес. В префектуре к моему слову прислушиваются. Понимаю, что вы пришли на земли Франции для взыскания обид, нанесённых России Бонапартом. И это справедливо. Но Лион и его жители всегда выступали против властей, за, что жестоко поплатились не раз. И сейчас настроения чиновников в префектуре антинаполеоновские. Горожане и селяне, мирные люди, они не заслужили быть вновь разорёнными

- Игнат Михайлович, тебя никто и ни в чем не обвиняет, ни упрекает, и презирать не собирается, - спокойно ответил фельдмаршал. – Случилось тебе попасть в плен, да еще раненому, каждый мог испить подобную горестную чашу. Выжил, и молодец. О городе и о своих близких родственниках печёшься?

- В основном о детях и жене, а также о городе. Я когда приехал в Лион, то он лежал в руинах, после нашествие якобинских войск. Постепенно отстраивались и налаживали жизнь. Несколько лет назад только начали жить более менее стабильно. Налогами, правда, со всех сторон обложили. Тяжко. А если сейчас ваши войска захватят и разрушат город, то вновь подняться с колен, люди и через пятьдесят лет не смогут.

- Извини Игнат Михайлович, а кто тебе сказал, что мы хотим Лион захватить?

- Казаки, не зря крутились по округе. Подходы к городу высматривали, я военную науку не забыл. Только воевать в городе не с кем. Гарнизона нет. Пушек нет. Помня бунтарское прошлое горожан, центральные власти опасаются вооружать лионцев. Мирный торговый город Лион, не представляет опасности для ваших войск.

- Иными словами, ты сам, или с подачи правителей города, хочешь с нами договориться?

- Предлагать вам деньги, я думаю, будет излишним. А вот хорошее сукно и шёлк, можем поставить.

- Прапорщик, зачем нам шёлк?

- Продадите в других странах, с выгодой.

- Игнат Михайлович, - вступил я в беседу, - нас больше интересует продовольствие, и желательно длительного хранения.

- О, с этим проблем не будет совершенно. В городе есть армейские склады, куда свозится провиант. Смею заверить, там скопилось такое множество всего, что хватит прокормить огромную армию, примерно полгода. Просто последние два месяца из Парижа транспорты не приходили.

- Тогда Игнат Михайлович, обсудите с генералом Головко, сколько и чего надобно, - молвил Багратион. – Возы с продовольствием отведите от города, мы их заберём Надеюсь, власти Лиона согласятся с вашими доводами. Неплохо было бы присовокупить к продовольствию некоторое количество фуража.

- Не сомневайтесь, все будет. Только любимой вами гречихи не ищите, здесь её не выращивают, не понимают французы её ценности и вкусовых качеств.

Трое суток лионцы готовили обозы. Мы не торопили, главное, чтобы провизии было в достатке, нам предстоял дальний поход.

Армию мы разделили на пять корпусов. Каждому разработали оптимальный маршрут. Планировалось городки, имеющие гарнизоны, после тщательной разведки обстреливать зажигательными и осколочными минами и снарядами. Обстрелы производить исключительно в ночное время, чтобы основные силы корпусов успевали обойти стороной эти населённые пункты. На случай встречи с превосходящими силами французов, корпуса должны уклоняться от прямых столкновений, прикрываясь арьергардами, отправляя гонцов к соседним корпусам за подмогой. Потом, общими усилиями французов уничтожать.

Наш корпус был самым крупным. Мы забрали себе всех раненых и больных солдат, а также пленных французских