Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

разлив масло на очередной обоз с продовольствием, я уже было обрадовался, что всё тихо. Внезапно среди ночи раздался крик: "Тревога! Нападение!". Блин! Кто-то попался! Лагерь ожил в считаные секунды и я с трудом успел поджечь телеги прежде, чем куча пьяных, вооружённых столичных воительниц не вывалилась из палаток, тряся мечами.

Отмахиваясь руками, ногами и всем “колюще-режущим”, быстро вскочил на первого попавшегося коня, когда справа от меня вдруг раздался звон железа и одновременный вскрик двух голосов. Обернулся. Одна из наших тихо оседала на землю, прижимая руки к распоротому животу.

– Чуть тебя одна гадина, не достала… – сипло произнесла она, – Беги… Мне…

Не дослушав до конца, я поднял её сопротивляющееся тело и перекинул поперёк седла.

Дав пятками под брюхо коню и моля бога, чтобы остальные поступили также, я вылетел из лагеря в спасительную темноту. Скачка напоминала "американские горки", каждую секунду захватывая дух. Раненая воительница не шевелилась, но я чувствовал, что она жива. Дотянуть бы до реки… Дотянул! Сполз с коня, перехватив раненную за талию, дошёл до воды и поплыл. Тяжело… Бесчувственное тело тянет на дно, но сдаваться не хотелось. Пусть одну, но спасу! Рядом раздавался плеск и пыхтение – кто-то ещё смог выбраться! Берег… Шатаясь, вышел и скомандовал:

– Перекличка! Кто ранен?! Идти сможете?

Раздались голоса. Вроде много… Некоторые запросили помощи, которую тут же и получили от находящихся рядом целых диверсанток.

Подхватив свою спасительницу, сделал несколько шагов.

– Оставь… – прошелестели слова рядом с ухом, – Больно… Положи.

Скинув ношу с плеча, осмотрел при лунном свете её рану. Хреново… Очень!

– Держись, подруга! – попытался приободрить молодую женщину, – Скоро наши, а там и "четыре глотка", и "скулзово пиво"! Выживешь!

– Ты в это… – отплёвываясь кровью, попыталась улыбнуться она, с трудом выговаривая слова, – Ты… Веришь? Я не дура… Не тряси напоследок… Не успеем. Егг-Орр… Скажи ему… Я помню наше купание… Всё помню… Неровня… Другая… Детей нет… Жалко… От него… Пусть помянет, если впомни…

Воительница потеряла сознание.

– Эй! – затряс я её, – Не отключайся! Глаза открой!

Подействовало. Придя в себя, безумным, полным боли взглядом, она осматривала сумрак вокруг нас.

– Скажи, что… Куркка… Меня зовут Куркка… Плавать учил… Любил… Немножко… Пусть не забудет… Руки… Сильные руки… Вода… Ночь… Руки сильные руки… – стала заговариваться она,

Потом резко обмякла, тяжёлым тестом надавив на мои ладони и затихла, глядя вдаль. Всё… Я даже не попытался снова привести её в чувство, понимая, что она ушла насовсем.

– Куркка… Я запомню это имя… – прикусив губу, чтобы не завыть, прошептал, склонившись над погибшей девчонкой, – Пусть Сёстры встретят тебя достойно.

Несмотря на тяжесть мёртвого тела, снова взвалил её на плечо и двинулся в сторону нашей базы. Каждый шаг отдавался болью. Одна смерть со мной, а сколько их осталось на том берегу?

Вот и наш лагерь в лесу.

– Нирра! – заорал я, вышедшей встречать Правой Кнара, – Собирай всех, кто дошёл! Прочесать дорогу к реке – могут быть отставшие! Готовь снадобья! Много раненых.

– Поняла! Не дергайся – весь в крови! – быстро посмотрев на меня, отозвалась Нирра.

– Целый я. Не моя кровь.

– Потом разберёмся! Жди!

Оседая от усталости и пережитого на землю, я слышал, впадая в оцепенение, удаляющийся топот десятков ног.

Время перестало существовать. Час, год или секунда? Не знаю… Кто-то трясёт за плечо, натруженным голосом и свистя лёгкими от перенапряжения, пытаясь докричаться до меня:

– Тень! Тень! Все прибыли!

Дерркит-Орр… Поднимаю глаза и вижу её перекошенное лицо с глубоким порезом во всю щёку.

– Тень! – не унимается она, – Все, кто мог, прибыли!

– А? Извини!

Рассудок приходит в норму.

– Доложить о потерях!

– Много…

Она садится рядом, глядя в пустоту.

– Пожгли практически все обозы и половину коней разогнали… Девяносто шесть… Остальные не вернулись…

– Раненые?

– Уже отправили на лечение. Нирра там суетится.

– Как сама?

– Как и ты…

– Понял.

Внезапно душу наполнила ярость и желание жить. Вскочив на ноги, я поднял за плечи свою заместительницу и практически проорал ей в лицо:

– Строй всех! Тех, кто может стоять! Сейчас нельзя быть поодиночке! Говорить буду! Каждой!

Не прошло и пяти минут, как Дерркит, исполнив мой приказ, построила диверсанток.

– Вы живы! – тихо сказал я им, – Не должны, но живы. Такая наша работа была на сегодня – умереть. Поэтому с вами и пошёл, чтобы остаться там – это было бы правильно. По мужск… По-человечески! Каждой из вас сегодня Сёстры подарили вторую жизнь. Оплакивать умерших будем после, а сегодня я хочу просто сказать вам спасибо! Не вините себя за тех, кого не смогли уберечь. И живите за них, не позоря имена наших павших героинь! Завтра будет битва, где крови прольётся ещё больше! Сейчас отоспитесь, а с утра продолжим наше тяжёлое дело! Отбой! И всем вина! Разойдись!

Уставшие женщины молча покинули строй, беря в руки протянутые кружки. Уверен, сегодня все спали без сновидений.

– О чём ты думаешь? – спросила меня Дерркит, когда мы остались одни.

– О Бейлле. – честно ответил я, – Сейчас нужно думать о хорошем.

– А мне не о ком думать.

– Тогда думай о щенках или котятах. Помогает.

– Сомневаюсь… Больше о смерти думается.

– О! За неё не волнуйся! Когда придёт время, то эта красотка сама о себе напомнит. Без приглашения…

* * *

Невва-Инн-Шлёсс стояла на единственной возвышенности рядом с полем боя в окружении командиров отрядов и посыльных, глядя, как с первыми лучами солнца гасли костры в лагере столичных и как с другого берега реки толпой перебирались к ним те, кто не успел дотемна пересечь брод. Как же их много… Одно радует – ночной переполох, устроенный диверсантками Юрия, явно не придал им сил. Понять торргцев можно – тяжело спать, когда в ночи пылает собственные обозы и раздаются крики боя. Недавно пришло донесение от Неввы – Тень и его воительницы сделали максимум, сохранив, пусть и поредевшие, но такие нужные ряды спецназа. Странное слово, которое легко прижилось, благодаря иномирцам. Специальное назначение… Сколько таинственности, крови и безысходности таится в нём… Не каждого можно туда отправить и прав был Егг-Орр, когда толпами выгонял из него, вроде бы сильных, воительниц! Научить воевать можно любого, а вот воевать, умирая в одиночку, далеко не всех. Здесь даже не сила нужна, а определённый склад души. Настоятельница Шлёсс откровенно, сама себе, признавалась, что не смогла бы так уйти в ночь, не чувствуя поддержки за спиной. Что ж! Значит, её сила в другом и сегодня стоит показать, что не зря её поставили во главе войска! Как сказал Его-Орр: “Для того, чтобы