Клан Волка - Анна Кондакова

Девушка остановила взгляд на крайнем загоне — там находились два панголина. Одного из них подзывала к себе дылда с косичками, но ящер-броненосец воротил от неё нос, отвернувшись к стене.

Вместе с Мидори мы направились к панголинам, хотя кататься на броне-ящерице у меня желания не возникло.

— Ты не так его зовёшь, Зоя, — сказала Мидори дылде, вытянула руку за дверцу загона и пощёлкала пальцами. — Эй... привет, красавчик... хочешь покататься?

Панголин посмотрел на неё, фыркнул и отвернулся.

Дылда захихикала.

— Ты ему не нравишься, как и я.

Мидори нахмурилась и прошла к соседнему загону. Там дружным рядком стояли три белых ламы.

— Какие хорошенькие, — умилилась девушка, но как только ламы нас увидели, то все трое шарахнулись к стене.

Мидори не сдалась. Она продолжила поиски в загоне с буйволами. «Хорошенькими» она их не называла, только — «ух, какие!». Однако и буйволы не проявили к ней интереса, хотя до этого вполне дружелюбно тянули носатые морды к другим ученицам.

— Да что ж такое, — заволновалась Мидори.

— Пошли к лошадям, — предложил я, и мы, минуя оленей, направились к загону с двухвостыми лошадьми.

Правда, как только подошли, животные занервничали и отошли назад.

В отчаянии Мидори потащила меня к оленям — это был последний загон, к которому она ещё не подходила.

И всё повторилось: животные испугались и попятились.

Мидори разозлилась.

— Ну почему? Почему они меня боятся?

И тут её окликнул старик Агра.

— Они вовсе не тебя боятся, глупая! — Он весело рассмеялся и указал на меня. — Они боятся того, кто ходит рядом с тобой!

В отличие от своего помощника, Софию это не развеселило. Женщина попросила меня срочно отойти от загонов, а сама о чём-то тихо заговорила с Агрой.

Тот моментально помрачнел.

Ну а мне стоило лишь сделать несколько шагов назад, как к рукам Мидори сразу же потянулись животные.

Сначала одна из лошадей подставила ей свой нос под ладонь, потом подошёл буйвол, но девушка выбрала ламу. Белую, тонконогую, с торчащими вверх ушами и пушистую настолько, будто её сделали из облака.

Неудивительно, что Мидори сразу назвала её Тучкой.

Пока девушка чесала животное за ухом и улыбалась от счастья, я стоял поодаль и мрачно наблюдал, как остальные выбирают себе ездовых зверей и дают им имена.

Чуть позже ко мне подошла София.

— Мне жаль, Кирилл, но ни одно пространственное животное тебя не примет. Эту область Зоологии тебе придётся пропустить. Я переговорила с Ахрамом, и он согласился, что мы имеем дело с таким редким явлением, как «эффект великого чародея». Это когда Друид вызывает у животных страх одним лишь появлением. Такое происходит, если в маге слишком высокое число пассивного резерва, и зверь интуитивно ощущает эту мощь, пугается.

— Это невозможно исправить? — спросил я.

Женщина посмотрела мне в глаза.

— Зачем это исправлять? Управление ездовыми животными — лишь часть умений Друида. Купишь себе верхолёт, в конце концов. Если у тебя высокий потенциал силы, то тебе будет не до питомцев.

Я покосился на Мидори. Она зашла в загон к своей ламе и обняла её за шею. Радость общения с питомцем дала ей возможность забыть о насущных проблемах хотя бы ненадолго.

Мне тоже так хотелось.

— Понятно, — коротко отреагировал я.

София положила ладонь мне на плечо, улыбнулась и добавила:

— Но всегда бывают исключения.

Сказав это, женщина отправилась к ученицам, а я остался стоять подальше от всех, чтобы не распугивать животных. Агра уже выводил их из загонов на поле Манежа и рассказывал об экипировке наездника, а также о принадлежностях для запряжки, седлания и управления.

Не знаю, был ли смысл мне слушать всё это, но я зачем-то слушал и запоминал.

Когда Агра завершил лекцию, то разрешил всем ученицам закрепить упряжь на своих ездовых питомцах и увести их за поводья из Манежа в соседнее здание, в стойло.

Мидори так увлеклась, запрягая свою Тучку, что не сразу заметила, что я вообще ничего не делаю, а просто наблюдаю за всеми, навалившись плечом на стену опустевшего загона.

— Погоди! Я сейчас! — Девушка потянула ламу за поводья в мою сторону.

Правда, Тучка, не дойдя до меня метров десять, упёрлась копытами в песок, но Мидори всё же уговорила её идти.

Не заставила, а уговорила.

Она что-то пробормотала ей по-янамарски, гладя по морде, и вскоре лама сдвинулась с места, зашагала вслед за девушкой и даже подошла ко мне. Не близко, но всё же.

— И что ты ей сказала? — спросил я, когда мы вместе вышли из Манежа.

— Ты же слышал, — удивилась Мидори. — Ты ведь понимаешь янамарский.

Я потёр лоб.

— Понимаю, но не все фразы.

— Я сказала Тучке, что не дам её в обиду, и что ты не такой ужасный, каким мог ей показаться... и вообще, что ты мой друг. Мне кажется, Тучка решила дать тебе шанс с ней подружиться.

— Ну если так, то это сильно меняет дело, — усмехнулся я.

Мидори засмеялась.

Её мрачное настроение и страхи отошли на второй план.

Узнав о том, что, по мнению Софии, ни одно пространственное животное мне не покорится, Мидори предложила исправить эту несправедливость и тайком покататься на её ламе.

Решили, что сделаем это после того, как почистим загоны, ведь после урока Зоологии учебный день заканчивался, и наступала «добровольная» отработка — наказание от учителя Галея за ночные похождения в Измаиле.

Через два часа, закончив с последними стойлами и прибравшись в Манеже под присмотром старика Агры, я и Мидори попрощались с ним, после чего спрятались за колонной и дождались, когда помощник Софии погасит фонари вокруг Манежа и ипподрома, а также в Зоопарке, и уйдёт.

На улице уже стемнело.

Мы тихо вернулись к стойлам и выпустили Тучку в коридор. Мидори уверенно её оседлала.

— Я покажу тебе, как происходит пространственный рывок, — сказала девушка, и мне почему-то вспомнилось, как она учила меня управлять верхолётом.

Наверное, с ламой это было ненамного сложнее.

— Сначала ты, как Друид, делаешь призыв природных сил, — принялась объяснять Мидори, — затем объединяешь их с силами животного и направляешь его на маршрут. Обычно мой осёл Кин-Кин выбирал самую ближнюю тропу на полях и перемещался до ближайшей остановки на ней. У нас в Ютаке остановки выглядели, как маленькая площадка с фонарём и зонтом из тростника на столбе.

В глазах Мидори загорелся азарт.

— Вот так. Главное, держись.

Она крепче взялась за поводья, произнесла заговор на призыв природных