Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Так что сейчас мне придётся немного напрячься, чтобы уклониться от оставшихся восьми.

И вот первые трое уже прыгнули, заранее раскрыв пасти. Если вцепятся, то повиснут на мне, как бульдоги, и отдирать их уже придётся с кожей и мясом. Что, естественно, меня не устраивало.

Так что я пригнулся и отступил на шаг в сторону, попутно вызывая слегка улучшенную версию теневого скальпеля. Получился этакий обоюдосторонний призрачный тесак сантиметров тридцать в длину.

К сожалению, на призыв более мощного оружия у меня пока не хватало энергии, но и это сгодится.

Я пришёл сюда приобретать, а не тратить.

Уклоняясь от тварей, я полоснул нескольких лезвием, а затем отступил ещё на пару шагов, чтобы не попасть под взрывы.

Зато их соратникам повезло меньше. Зацепило аж двоих, и тут же пошла цепная реакция. Так что посчастливилось остаться в живых только одному прыгуну из десяти. Но он с упорством лемминга рвался ко мне. Я справился с ним как с первыми двумя, отшвырнув пинком, как надоедливую шавку.

Что ж, теперь у меня есть от одной до пяти минут, пока до меня не доберётся следующая партия тварей. А может, и не одна.

Обычно они кучкуются по десять-двадцать штук примерно в ста метрах друг от друга, так что ближайшая стая уже, наверняка, поняла, что неподалёку есть кто-то живой.

Поэтому, не теряя времени, я снял с прицепа тент и влил энергию в трёх жнецов, которых специально сделал ночью ради этой охоты.

Можно было, конечно, приказать им выбираться ещё в момент схватки, но они бы тогда неминуемо повредили тент, да и энергии ушло бы больше. Поднятие слуг на расстоянии всегда требует дополнительных трат.

А прыгуны, в целом, безобидные. Если, конечно, знать, как с ними справляться.

Другое дело, что тратить время на бесконечную борьбу с их волнами я не собирался. Также как самолично подбирать каждый выпавший из монстров самоцвет.

Меня ждали дела поинтереснее. Я собирался забрать главный приз.

Каждый очаг берёт свой исток от кристалла в центре. По сути, тот же самый самоцвет, что и в мутантах, но гораздо, гораздо больше.

И чем дольше существует очаг, тем мощнее он становится, иссушая ближайшие земли и превращая всё живое в своих слуг и охранников. Именно охранников, потому что больше всего мутанты не хотят, чтобы кто-то живой добрался до кристалла и разрушил его.

Они готовы буквально ложиться костьми, защищая его.

Был период, когда я даже всерьёз рассматривал теорию, что эти кристаллы разумны, но так и не нашёл этому ни одного весомого подтверждения.

Так что поддержка жнецов нужна была мне в том числе для того, чтобы быстрее добраться до центра очага.

И пока двое из них уже отбивались от прыгунов, ещё один прорубал мне дорогу сквозь хищные растения.

Да, разумеется, не только животные мутировали. Под влиянием скверны менялось всё. И те, кто недооценивал мощь ядовитого живого плюща или огромных коричневых цветов, похожих на мухоловки, то и дело погибали в их путах.

Для неподготовленного мага, я уже молчу про обычных людей, растения были даже опасней мутантов-животных. От тех-то всегда понятно, что ждать. Местная же флора умела удивлять. И ещё как.

Шипы-ловушки, выскакивающие из-под земли, ядовитые споры, только и ждущие, что их кто-то вдохнёт, щупальца-лианы, которые обычным железом не разрубить. И ещё целая масса сюрпризов.

А в награду всё те же самоцветы. Только, чтобы их получить, мало покрошить мутантов-растения в капусту, надо ещё выкопать их корни, где вместо луковицы и будет отравленный кристалл.

Так что, когда жнец прикончил одно из хищных растений на моём пути, я приказал ему заодно и выкопать бонус.

Но быстро понял, что это плохая идея. Я уже и забыл, на какой глубине хранятся эти кристаллы. И целого дня не хватит, чтобы тут зачистить и обобрать все деревья.

Не, столько времени у меня нет. Так что обойдусь прыгунами.

Их жнецы мочили быстро и с огоньком. Я даже успел заскучать из-за того, что до меня эти твари почти не добирались.

Так что, когда на горизонте появился ещё один мутант, я решил разобраться с ним сам.

Честно сказать, не думал, что увижу здесь кого-то крупнее прыгунов, но, похоже, этот очаг уже вот-вот мог бы перейти в статус «Бета».

А потому ближе к центральному кристаллу начали появляться монстры чуть более высокого класса.

Толстяки, как их обычно называли, разумеется, когда-то тоже были обычными зверями. Но были ли они в прошлом крупными животными вроде медведей, или же это что-то вроде моих химер, которых скверна слепила из нескольких маленьких, я не знал.

Случалось и то, и другое. Чем сильнее кристалл, тем большей трансформации подвергалось всё живое внутри очага.

По виду этих монстров можно было предположить всё, что угодно.

Одно я мог сказать точно, шкуры толстяков не выглядели однородными. Могло быть так, что в одном месте их тело покрыто какими-то коростами, в другом шипами или иглами, а то и вовсе чем-то похожим на чешую.

Если прыгуны стремились к одному образцу на всех, в очагах высокого уровня они и вовсе выглядели одинаково, то каждый толстяк наоборот чем-то отличался от остальных.

И первый, с которым мы столкнулись, больше всего походил на бобра-переростка, размером этак со среднего медведя.

У него были огромные передние зубы и маленькие глазки. И передвигался он в характерной позе грызуна.

Однако недооценивать его было бы большой ошибкой. Эти самые зубы легко пробивали не только плоть и деревья, но и даже защищённые заклятием костяные лезвия.

Я знал это по своему старому опыту. Отчасти именно поэтому я решил не подпускать к нему жнецов. У меня пока не так много материала, чтобы рисковать слугами.

Так что я решительно направился к толстяку сам. Они не такие стремительные, как прыгуны, так что с моей реакцией неожиданностей я не боялся.

Но зато выносливости у них хоть отбавляй. И я знал, что драка затянется. Тем более, что у меня пока не было оружия мощнее улучшенного теневого тесака.

А это значило, что мне предстоит нанести очень много ударов, прежде чем тварь свалится без сил.

Чтобы чуть ускорить процесс, я сделал свой тесак зубчатым. И теперь он оставлял не обычные, а рваные раны.

Так что каждое удачное попадание заставляло толстяка терять всё больше крови.

Но даже, когда на его шкуре заалели раны от не менее чем десятка порезов, он всё ещё не выглядел хоть немного измотанным.

И мне приходилось раз за