Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

А когда мужчина задумчиво кивнул, уменьшила свет:

— Вот и ладненько. Меня зовут Ирэна, — Ирмелис решила придерживаться радикальных мер безопасности и быть начеку. С Сарэном она уже обсудила, что, пока незнакомец на борту, они должны обращаться к ней по-другому, и была уверена, что мальчишка её не выдаст. Да и если уж начал врать, то остановиться, в принципе, сложно.

— Выбери себе какое-нибудь имя, пока память не восстановится, — посоветовала она, снимая с рук и висков мужчины датчики. — Со здоровьем у тебя всё нормально, но я бы посоветовала не скакать без нужды.

Мужчина медленно сел и потёр виски:

— Хоть голова больше не болит…

Ирмелис капризно надула губки:

— Ну-у! Ты сам виноват! Нечего было подкрадываться к хрупкой, беззащитной девушке!

Мужчина хмыкнул:

— Да я уже и сам это понял! Похоже, ты, Ирэна, девушка с характером, — и совершенно неожиданно подмигнул Ирмелис.

Ирмелис очаровательно улыбнулась:

— Да, характер у меня паршивый, рука тяжёлая, настроение с утра вредное… — Ирмелис задумалась. — Хотя нет. Вредная я всегда. Короче, спокойной жизни не обещаю, но на ближайшую обитаемую планетку я тебя подкину.

Незнакомец хохотнул:

— Откуда же ты такая взялась?

Ирмелис мысленно напряглась:

— Из космоса, — продолжая улыбаться, наивно захлопала она глазками, прикидываясь дурочкой.

Н-да, непрост этот крендель. Ой как непрост.

— Я мимо пролетала и вдруг — бамс! — взрыв. Ну, я подлетела, а тут морозилка с тобой летает. А я девушка ещё и хозяйственная: дай, думаю, гляну. Если внутри жмурик (на этих словах мужчина едва заметно поморщился), то я его живенько в космос, а капсулу потом на металлолом толкну. Всё какие-никакие деньги! Авось, на пару туфелек хватит. Я знаешь, как хочу пару от «Зотти»? Ну такие розовенькие, со стразиками! Знаешь? — Ирмелис мысленно передёрнулась от отвращения, когда представила такие туфли. Жуть какая!

Мужчина, кажется, совершенно офигел от словесного поноса, которым его щедро поливала Ирмелис, и только покачал головой.

Ирмелис «искренне» расстроилась:

— Ну как же! Такие с помпончиком и стразиками! Я уже три года о таких мечтаю!

И, видя полное непонимание во взгляде выловленного из глубин космоса «маразматика», только махнула рукой:

— Ничего! Сейчас я тебе их опишу!

С энтузиазмом Ирмелис ещё десять минут описывала «любимые Зоттики». А когда заметила, что взгляд гостя начинает стекленеть (он явно впечатлился её рассказом), хмыкнула, пощёлкала пальцами у лица несчастного и протянула ему сложенную аккуратным конвертом одежду:

— Я, конечно, тоже балдею от «Зотти», но ты, парень, похоже, почти достиг Нирваны. Хватит ловить связь с космосом — давай одевайся, а потом отрывай свой зад от кушеточки, будем тебе каюту искать.

Мужчина растерянно моргнул, нахмурился и встал на ноги, а Ирмелис сделала приглашающий жест в сторону сканирующего сенсора на дверной панели:

— Давай, спящий прынц, ложи клешню на сенсор — надо тебе сделать доступ.

Мужчина неожиданно нахмурился и не сдвинулся с места:

— Ты же совсем меня не знаешь! Может, не стоит так рисковать?

Ирмелис демонстративно задумалась:

— Да... Может, и правда не стоит. Но спать тебе тогда придётся в главном соединительном отсеке, гадить будешь в ведро, потому что сортиры у нас тоже на сенсорах. Еду тебе, так и быть, я буду таскать из пищеблока, но только в том же ведре (у меня тут все ёмкости наперечёт, но ты не волнуйся, у нас есть стерилизатор). О душе на следующие пару месяцев, конечно, придётся забыть, но я, в общем-то, могу и с подветренной стороны к тебе приближаться. Так что, если тебя всё устраивает...

Мужчина, оценив открывающиеся перед ним «радужные перспективы», решительно подошёл к сенсорной панели и без дальнейших пререканий приложил к ней правую ладонь. А уже через пару минут створки шлюза перед ними плавно разъехались, и они вышли в соединительный отсек.

— Так как, говоришь, тебя зовут? — слегка обернувшись с очаровательной улыбкой, как бы между делом снова поинтересовалась Ирмелис.

— Реар, — рассеянно ответил мужчина, но потом, явно спохватившись, добавил: — Пока зови меня Реар.

Ирмелис с трудом сдержала ухмылку. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы увидеть досаду, промелькнувшую на лице... ну пусть будет Реара.

Ага! Что-то ты помнишь, дружок! А раз темнишь, то и все лишние меры предосторожности — это не просто её обострившаяся паранойя, а вполне объяснимое опасение! Только нельзя сейчас ему дать заподозрить, что она заметила оговорку.

— Так вот, мне интересно, Реар, ты не знаешь, что это там так бумкнуло? — продолжала она щебетать, словно ни в чём не бывало.

— Откуда? Я же в криокапсуле был! — резонно заметил Реар.

— Что? Совсем-совсем не знаешь? — Ирмелис обернулась и захлопала ресничками и, не давая ему времени ответить, с энтузиазмом продолжила нести бред дальше: — Да ты не волнуйся так по поводу своей памяти! По статистике только пять процентов крио-отморозков... Ой, я хотела сказать — крио-заторможенных... Ой, тоже как-то не так звучит. О! Амнестийников! Эм... По-моему, тоже что-то не то...

— Амнезиаков! — не выдержал мужчина.

— А! Да, точно! Так вот, только пять процентов маразматиков память насовсем теряют! Да и не самое это главное! Подумаешь... У моего дружбана знаешь какая беда приключилась? Его Кривой Броно, кстати, зовут! Так вот, знаешь, что с ним приключилось?

— Что? — в голосе следующего за ней мужчины послышалось любопытство, а Ирмелис мстительно про себя хмыкнула:

— А яйца он себе отморозил!

Кажется, мужчина за её спиной подавился воздухом.

— А как он теперь без них? — с энтузиазмом продолжала Ирмелис. — Вот и я говорю, что никак! То мужик как мужик был! А теперь толку-то с него? Лучше, в самом деле, пучеглазого зямлика завести! Они хоть прикольные! А Кривой Броно, как свои яйца отморозил, такой букой стал!

— Да, в самом деле... — пробормотал за её спиной Реар.

Похоже, что он совсем не мог вдуплить, как разговор о криокапсулах мог превратиться в обсуждение яиц (или отсутствия таковых) у какого-то Кривого Броно. И главное — почему его это вообще должно было интересовать? Да и зямлики эти?..

Ирмелис давно так про себя не ржала! Да-а! Она словно снова вернулась в старые добрые времена. Раньше она довольно часто пользовалась личиной очаровательной дурочки-пустомели Ирэны. И, надо признать, эта личина никогда её не подводила. Тяжело было только первые