Расслоение - ТМВ

своём мире и по какой‑то причине посчитала, что я не посмею применить оружие и вообще сдамся, стоит ей проявить твёрдость. Хотя, возможно, она считала, что все эти футуристически выглядящие «стволы» в руках моих болванчиков вообще не боевые.

— Арестовать их! — твёрдым голосом приказала дама. Бойцы нерешительно зашевелились.

— Последний шанс, — произнёс я, кладя железную руку в тактической перчатке на приклад.

— Оружие на землю! — заорал один из бойцов и направил на «меня» автомат. Нейросеть мгновенно среагировала на угрозу, открыв огонь из всех стволов одновременно. Через две секунды дама и бойцы были в прямом смысле слова перемолоты в фарш, а мой робот успел получить две пули в грудь, застрявшие в броне.

— Какого хера?! — немного нервно спросил я у «Боевика», впечатлённый кровавой инсталляцией перед КПП.

Выяснение, почему «Боевик» открыл огонь, много времени не заняло: оказалось, он просто следовал заложенной в него директиве — защищать меня, невзирая ни на что.

Как оказалось, для нейросети не было разницы, в своём теле я или нет: по его мнению, если я общался через робота, значит, моё «сознание» находилось в роботе и могло быть повреждено при уничтожении «болванчика».

Объяснить идиоту, что «лично» меня там не было, не вышло. Этот момент в его обучении я упустил, и теперь он противоречил его пониманию моей природы и заложенным директивам. Для внесения изменений пришлось бы фундаментально изменять уже сложившуюся псевдоличность.

— Да и чёрт с ними! — махнул я рукой на останки приставов и отдал приказ раздолбать колонну военных, когда она пересечёт тридцатикилометровый рубеж.

Конечно же, сначала я предпринял попытку решить дело малой кровью: достав телефон, набрал номер своего высокопоставленного контакта из Минобороны, которому я уже передал не один десяток килограммов денег.

— Алексей Захарович, добрый день. Иванов беспокоит. Тут ваши орлы в мою сторону маршируют, ты бы повлиял на них, а то как бы чего не вышло, а я в долгу не останусь.

К моему удивлению, всегда прямой как копьё генерал вдруг замялся. Похоже, ему очень хотелось припасть к источнику моей благодарности, и в то же время по какой‑то причине он не мог или не хотел отозвать наступление колонны.

«Подозрительно».

Мелькнула мысль.

Пришлось отдать команду нейросети выяснить причину такой нерешительности генерала.

ИИ за пару мгновений прошерстил все доступные ещё работающие военные серверы, порылся в их компьютерах, проанализировал переговоры, которые он писал вот уже как три месяца, и выдал краткую справку.

Выданная выжимка меня удивила: как оказалось, раскол коснулся не только целостности страны, но и конкретно Министерства обороны и даже отдельных родов войск. Иными словами, Москва была окружена частями, по большей части ей не подчиняющимися. С удивлением узнал, что в Москве и области уже существует несколько полюсов силы, естественно, в основном сформированных из военных и полиции. Десяток крупных банд, организованных олигархами и контролирующих некоторые районы "паханов", особого внимания не стоили. Их не трогали только потому, что многие ещё не до конца поверили, что

возврата к старому миру уже не будет, да и не все ещё до конца оскотинились.

«Ничего, ещё несколько месяцев, и голод согнёт даже самых отъявленных моралистов», — подумал я.

Поняв, что генерал для меня стал полностью бесполезен — группировка в Минобороны, к которой он принадлежал, практически не имела ресурсов, да и с вооружённым контингентом было всё плохо, — стал прощаться.

Похоже, военный чиновник не хуже меня знал свою ситуацию и с поразительной наглостью стал вымогать у меня поставки продуктов. Похоже, до идиота только сейчас дошло, что все те сумки с раскрашенной бумагой, переданные мной, съесть нельзя.

— Алексей Захарович, боюсь, у вас больше нет ничего, что могло бы быть нам интересным. Полагаю, на этом наше сотрудничество можно прекратить.

В ответ мне полетели глупые, ничем не подкреплённые угрозы. Кстати, не имей я перед глазами аналитической выжимки от «Боевика», может быть, даже и купился бы на вопли чиновника.

— Алексей Захарович, если вы не прекратите ваши угрозы, я буду вынужден разбомбить ваш загородный дом на Рублёвке, а также подвергнуть массированной атаке здание министерства.

Генерал резко замолк, а я сбросил вызов и приказал нейросети больше не принимать вызовы от этого человека.

Глава 30

Два часа спустя колонна бронетехники пересекла установленный мной рубеж. Тем не менее я начал с «предупредительного выстрела», подорвав перед головной машиной дрона‑камикадзе. Но, похоже, мой намёк не приняли всерьёз или просто думали, что я не решусь на серьёзный конфликт, что было удивительно, учитывая мою репутацию.

— Ну, это вы зря! — произнёс я, чувствуя, как в груди закипает злость.

— Полномасштабная атака! — скомандовал я в пустоту.

Если честно, я не ожидал какого‑нибудь значительного сопротивления со стороны военных. Уж очень непросто противостоять даже обычным ударным дронам, а если учесть, что мои были невидимками и в скорости и манёвренности превосходили армейские аналоги на порядок, то, на мой взгляд, у военных не было ни шанса.

Поначалу бой складывался, как я и планировал: невидимый рой дронов за пару мгновений буквально утопил колонну в огне. Но в какой‑то момент мне посыпались тревожные доклады от «Боевика»:

— Утеря контроля над звеном одиннадцать.

— Утеря контроля над звеном семь.

— Утеря контроля над звеном тридцать четыре.

Приостановив атаку на подозрительный участок колонны, я отвёл дроны подальше и дал приказ «Боевику» проанализировать аномалию. Почему‑то мой ИИ сам не догадался до этих, казалось бы, элементарных действий.

Через секунду мне вывели картинку с высоты птичьего полёта: несколько уцелевших БТРов и танк Т‑90М. Доклад запоздал на пару мгновений. По мнению «Боевика», в одном из БТРов стояло неизвестное оружие, излучающее электромагнитные волны неопределяемой частоты, которые буквально сжигало «мозги» дронам.

Обозвав нейросеть дураком, выдал своё заключение:

— Там какой‑то паранорм со способностью выжигать «мозги» интеллектуальным системам. И, судя по всему, радиус у него где‑то под сотню метров.

Немного раздражённый «недогадливостью» нейросети — всё‑таки сил и ресурсов на её обучение было потрачено немерено, — отдал приказ о высотной бомбардировке. Выглядело это не так эпично, как звучало: просто дроны, несущие заряды взрывчатки, поднялись за пределы действия паранорма и звеньями стали избавляться от снарядов прямо над его головой — по крайней мере те, что были оборудованы механизмами сброса.

Даже после того как от колонны остались одни обгоревшие остовы, я отправил туда Фёдорова с ротой болванчиков, чтобы он лично убедился, что крайне опасный