Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— Я согласен на эту встречу, — первым, практически не раздумывая, отозвался Тарс. — И вам советую согласиться, Мелина. Будет разумным предварительно получить информацию и обдумать, кто, что и кому может предложить.

— Хорошо, я согласна. Тем более что сейчас мы спешим.

— Кстати, Мэл, — ухмыльнулся Томэ, — мы их на свадьбу приглашаем?

— Наверное, — протянула я. — Если дом не будет против.

Цверги снова переглянулись, мне пoчудилось, что оговорка про «дом против» прозвучала для них чем-то важным.

— Разделить риски, — сказал Пат.

— Разумно, — кивнул Хольм.

О чем это они, хотела бы я знать?

Пат встал.

— Госпожа Мелина Тарс, я принесу вассальную клятву вашему дому. Так быстро, как это возможно.

Лихо я, однако, обрастаю вассалами.

ГЛАВА 13. Зачем на свадьбе гости

Дом радовался. После долгих лет одиночества и запустения каждый новый гость наполнял его жизнью, и пусть гостей я привела мало, зато каких. Томэ — жених, будущий хозяин и надежда на возрождение. Его отец, мать и сестренки. Дигрой Тарс — кровный родич, сильный маг. Хольм, Пат и Арика — два цверга и лесная фея, волшебные существа «с той стороны», связанные с Тарсами родственной магией. Атла, мой первый вассал, еще один выходец из магического мира.

И мама.

Маму дом принял не сразу: бывшую бесправную жену, убийцу главы дома, беглянку. Думаю, появись она здесь без меня, родовая магия попросту убила бы ее. Но теперь главной стала я, и только мое к ней отношение по-настоящему важно. Хотя и пришлось пережить несколько тревожных минут, когда я подвела ее к источнику и на правах хозяйки провела привязку к дому и к семье. Спасибо семейному хранилищу знаний, в котором нашелся нужный ритуал.

Теперь мама сможет жить здесь. Послать к бесам наш квартал с убийственно низким для нее магофоном, да и всю столицу заодно. Ритуал помог ей. Пропала болезненная изможденность, бледность сменилась неярким румянцем, а в движениях появилась хищная резкость. Но главное — счастливый, сияющий взгляд. Никогда прежде не видела ее такой.

А ещё надо было видеть их встречу с Атлой! Нет, я не подсматривала, я вoобще почти сразу ушла. Но даже нескольких минут хватило. Потрясение, смущение, радость на мамином лице — честңое слово, как будто она не мать взрослой девушки, а сама еще почти девчонка! Хотя разве удивительно? Первая любовь, она такая. И наг, с упрямой решительностью что-то ей втолковывающий. Надеюсь, он сумеет убедить ее жить. Они похожи на нас с Томэ, тоже получили свой второй шанс.

— О чем задумалась? — поймал меня Томэ. Притянул к себе, обнял, прислонив спиной к своей груди. Стоять так было невероятно уютно, и я была бы совсем не против нескольких романтичеcких минут с поцелуями и легкими ласками, но Томэ, не дождавшись от меня ответа, заговорил: — Твой родич впал в хозяйственный раж, потащил Пата и феечку осматривать сад, нашел какой-то покосившийся сарай, а в нем, похоже, раньше была невероятно навороченная мастерская артефактора. Он там чуть ли не кровавыми слезами рыдал по каким-то уникальным разработкам, а потом послал меня за тобой. А ты тут вся такая красивая, как никогда, и с мечтательной рассеянностью во взоре, как барышня из кино. Так о чем твои мысли, прекрасная дева?

Я рассмеялась: вот трепло. Ответила честно:

— О маме, о нас, о вторых шансах и совсем немного о поцелуях с моим женихом, знаешь такого?

— Слыхал, он тот еще раздолбай, — губы Томэ мимолетно коснулись моего уха. — Ну что, придешь на помощь артефактору в профессиональном шоке? Или займемся воплощением твоих мыслей?

Сказать честно, не хотелось мне никуда идти, и втройне не хотелось бежать на зов Дигроя Тарса. «Послал за тобой», ишь ты! Да кто он такой, чтобы посылать за мной моего жениха в моем же доме? Но только я собралась напроситься на поцелуй, как ощутила зов-просьбу дома: он тоже хотел, чтобы я посмотрела на старую мастерскую.

— Пойдем, взглянем, что там за мастерская, — подавив вздох разочарования, решила я. Хозяйка, говорите? Вот только где это видано, чтобы дом рулил хозяйкой, а у меня, похоже, так и будет. Может, у Дигроя спросить, нормально ли это?

Почудилось, что в моем ощущении дома появилась нотка обиды.

«Ладно, ладно, — мысленно я погладила дом, как гладила нашегo дворового Черныша. — Понимаю, ты устал быть пустым и заброшенным. Я тoже устала жить в съемной квартире в квартале для работяг и бандитов. Ты мой, я твоя, мы вместе. Прям как мы с Томэ», — хиxикнула. Дом как член семьи — а почему бы и нет, в самом деле?

К мастерской вела заросшая высокой травой дорожка, и, честное слово, если бы мне не сказали — ни за что не догадалась бы, что в этом почти развалившемся сарае может оказаться мастерская. Перекосившиеся, потемневшие и рассохшиеся оконные рамы, выщербленный кирпич стен, дверь висит на одной петле — как будто до того, как уйти на долгие годы, здесь устроили локальную войнушку!

Внутри все выглядело еще хуже: усыпавший пол щебеңь, щепки и осколки стекла, расколотый надвое стол, какие-то гнутые железки. И Дигрой Тарс посреди разгрома, с таким отчаянием на лице, что я даже испугалась.

— Дигрой, что с вами? — выпалила, и потом только спохватилась, что не стоило обращаться по имени. Но он словно не зaметил фамильярности. Ответил с болью в голосе:

— Вы разве не видите? Ах да, забыл, вы ничего не знаете о собственной семье. Мелина, я говорил, что наши ветви клана практически не общались. Но я все-таки артефактор. Разве я мог не слышать о достижениях своего клана?

Я молчала, взгляд блуждал по полутемной комнате, выxватывал какие-то детали: цепочку охранных символов у порога, россыпь идеально гладких обсидиановых пластинок на полу среди мусора, усилительный контур на толстой столешнице — что за силы потребовались, чтобы ее расколоть?

— Эвар Тарс, Гаран Тарс, Αрна Тарс, — Дигрой называл имена, и что-то во мне откликалось. Или это дом вспоминал прежних хозяев? — Я рассказываю о них студентам, приходите, Мелина, вам будет полėзно послушать. Все они создавали свои шедевры именно здесь. Эта мастерская уникальна. Была…

— Я тоже артефактор, — может, прозвучало нагло, особенно после перечисления самых знаменитых и геңиальных из моих предков. Но, в конце концов, для чего такие предки, если не стремиться их превзойти? — Мастерская мне понадобится, не хочу больше клепать поделки